Кремль 2222. Транспортное кольцо - Владислав Выставной

– Где это мы? – шепотом спросила Хельга. – В метро?

– Не знаю, – так же тихо откликнулся Книжник. – Но думаю, это какая-то специализированная магистраль.

– Интересно, куда она ведет? – подошел к ним вест.

– Туда же, на запад, – указал Тридцать Третий. – Видите – этот тоннель изгибается и идет параллельно нашему…

– Тихо! – Зигфрид поднял руку. – Слышите?

Все замерли – только где-то за спиной поскрипывал приближавшийся био. К этому звуку примешался новый – протяжный, с мерными перебоями. Такой Книжник уже слышал, совсем недавно, еще до первого визита на ипподром… Звук нарастал, и до семинариста вдруг дошло:

– Рельсы! Что-то едет по рельсам!

– Назад! – рыкнул Зигфрид.

Все ринулись обратно в туннель, однако путь им загородил «баг». Зигфрид решительно надвинулся на него, и био с неожиданной проворностью отступил. В этот момент Книжник понял, что ждал угрозы не с той стороны.

Угроза приближалась с мерным нарастающим звуком. Путники вжались в стены тоннеля. Мимо, постукивая колесами на стыках рельсов, неторопливо проехала сцепка из двух открытых вагонеток. Задняя была доверху завалена тюками из мешковины и деревянными ящиками, в передней же вальяжно развалились двое мужчин в черном. Оба небрежно обнимали оружие – почти мифологические уже «АК».

Тележка проехала, но какое-то время все продолжали молчать. Первым заговорил Книжник:

– Интересно, что здесь понадобилось маркитантам?

– И с чего это они здесь чувствуют себя как дома? – хмуро добавил Зигфрид. – Что это за тоннель вообще?

– Кажется, я догадываюсь, – подал голос Тридцать Третий.

– Поделишься догадками? – не очень дружелюбно буркнул Зигфрид. – Что ты еще знаешь и не успел нам рассказать?

– Поверьте, это действительно всего лишь предположение, – примирительно поднял руки Тридцать Третий. – Это всегда было секретной информацией. Откуда я мог знать, что он проходит именно здесь? – кио кивнул в сторону рельсов. – Это магистральный тоннель.

– И для чего он нужен?

– Вы все знаете, что во времена Последней войны было несколько рубежей обороны. Последний из них проходил по Садовому кольцу, резервный – по Третьему транспортному. Так вот, эти рубежи соединялись между собой магистральными тоннелями, вроде этого. Для быстрой переброски ресурсов, войск и вооружений.

– Вот, значит, как, – протянул Книжник. – Значит, этот магистральный тоннель ведет прямиком к Транспортному кольцу.

– Не просто к Кольцу, – многозначительно сказал Тридцать Третий. – К транспортному узлу.

– Никогда не слышал ни про какой «транспортный узел», – покачал головой Книжник.

– Зато Сержант, видимо, кое-что знал, – прищурился вест. – И если я хоть что-то понимаю в военных действиях, то свою бомбу он неспроста замыслил взорвать именно в этом месте. Над этим самым узлом.

– Думаешь?

– Лично я на месте тех военных так бы и поступил. Эх, поглядеть бы, что там находится…

– Так вперед, – усмехнулся Тридцать Третий. – Потому что единственный путь ведет именно туда.

– Тогда чего мы стоим? – Молния спрыгнула на рельсы, крикнула:

– Давайте сюда!

– А если мы встретим этих, с вагонеткой? – усомнилась Хельга.

– Другого пути все равно нет, – Книжник легко спрыгнул вслед за Молнией. – Предлагаю решать проблемы по мере их возникновения.

– Я бы не сказал, что это разумно, – с сомнением произнес Тридцать Третий. – У маркитантов более мощное оружие, да и держатся они всегда крупными группами.

Книжник ничего не ответил – он уходил вперед. Ему не давал покоя этот транспортный узел, о котором говорил Три-Три. Маркитанты нигде и никогда не находятся просто так. И если они снуют здесь на своих пижонских вагонетках, стало быть, в этом самом узле или по соседству с ним у них имеются свои интересы. Пересекаться в интересах с маркитантами – себе дороже. Потому что для торговцев их собственные интересы, даже самые незначительные, всегда важнее чужой жизни. И в этом сейчас серьезная угроза их маленькой группе.

Впрочем, страшна даже не сама эта опасность, а то, что гибель их группы может оказаться фатальной для всего города. Для Кремля. Для всех выживших в бесконечной бойне.

С другой стороны, угроза интересам маркитантов исходит сейчас не столько от их маленького отряда, сколько со стороны биоробота типа «мангуст», вообразившего себя Сержантом несуществующей армии.

Враг твоего врага – твой друг. Так, кажется, говорит иногда Зигфрид?

Озвучить эту мысль семинарист не успел: за спиной что-то заскрипело, заскрежетало, удивленно вскрикнула Хельга. Книжник обернулся и увидел неожиданную картину: «баг» катился вслед за ними по рельсам – нелепо вытянув «руки» и «ноги», в которых оказались встроенные металлические ролики.

– Необычная конструкция, – задумчиво произнес Тридцать Третий.

– Но довольно удачная! – Книжник хлопнул в ладоши, даже руки потер, обходя робота, притормозившего напротив Хельги.

– Не пойму, чего ты так радуешься? – пожал плечами Зигфрид.

– Что ж непонятного? – хмыкнул семинарист. – Это же транспорт!

– В каком смысле – транспорт? Предлагаешь… оседлать это железное чучело?

– А почему нет?

Молния не стала ввязываться в дискуссию. Она легко запрыгнула на компактную «платформу» и уселась прямо на голову роботу, свесив ноги поверх уставившихся вперед объективов.

– Вперед! – приказала она.

Странный «локомотив» дернулся и начал набирать скорость.

– Стой!

Скрипнул металл, и «поезд» остановился. Качнувшись по инерции, девочка с улыбкой оглядела спутников.

– А эта штука не взбунтуется на полном ходу? – залезая на металлический хребет, проворчал Зигфрид.

Остальные уже расселись кто как на не приспособленном для этого корпусе. Хельгу посадили по центру, Тридцать Третий и Книжник оседлали мощные ноги.

– Не-а, не взбунтуется, – пообещала Молния. – Главное, его покормить, как приедем.

– Тогда вперед! – Зигфрид пнул мощное «плечо» со следами облупившейся краски. – Никогда не ездил верхом.

– Так на ипподром вроде как скачем, – хмыкнул Книжник.

– Ставлю один к десяти, что мы придем первыми. Пошел!

С некоторой натугой био сдвинулся с места и стал набирать скорость. Книжник оглянулся. Ему казалось, что сейчас их нагонит возвращающаяся вагонетка с маркитантами. Эти опасения не оправдались, но радоваться было преждевременно – если это подземелье и впрямь было вотчиной маркитантов.

Мерно постукивали на стыках колеса, движение вдоль голых стен и мелькание огней завораживало. Молчали. Да и о чем говорить теперь, когда и без того все ясно: мерно тикают секунды неумолимого «обратного отсчета», приближая неизбежное. Они делали все, что могли.