Роковая сделка - Шерил Андерсон

— Привет, Кайл, — сказала Трисия, как всегда готовая встать на мою защиту.

— Трисия, — произнес Кайл без малейших эмоций.

Страшно хотелось спросить, как у него дела, где он был, когда мы помиримся, но я смогла выдавить из себя только «здравствуй».

Он ответил кивком, который, как и голос, не выдавал никаких эмоций, повернулся к Доновану и спросил:

— Что тут происходит?

— Похоже, любопытный поворот в деле — это я, — пришлось мне пояснить.

Кайл начал теребить свою нижнюю губу, потом взял себя в руки, после чего засунул их в карманы со словами:

— Ничего удивительного.

— Я обнаружила пистолет, который, как мне кажется, связан с убийством Хендерсона, поэтому и позвонила детективу Доновану, — сказала я, чувствуя себя юной участницей соревнований по орфографии, которая облегченно вздыхает, узнав слово, предложенное в полуфинале.

Я не знала, как отреагирует на это Кайл, но совершенно не ожидала увидеть на его лице приятное удивление, скорее вызванное тем, что я поступила правильно, чем тем, что я нашла важнейшую улику.

— Вот умница, — сказал он тихо.

— Давайте-ка дождемся результатов баллистической экспертизы, — подал голос Донован.

Но я поняла, о чем говорил Кайл, и благодарно улыбнулась ему за то, что он одобрил мой поступок. Я так поступила не только чтобы сделать приятное Кайлу, но и потому, что это было единственно правильное решение. Тем лучше, если это его порадовало. Очень хотелось доказать ему, что мы оба можем заниматься своим любимым делом, не разрушая при этом наши отношения.

Он позволил себе легкую улыбку и повернулся к Доновану:

— Имей в виду, у нее позади внушительный опыт в раскрытии преступлений. — Потом кивнул мне: — Увидимся позже.

— Отлично. — Я тут же почувствовала, как с плеч свалился груз, о котором я и не подозревала.

Он задумчиво взглянул на часы:

— Наверное, я сразу поеду туда.

Значит, он туда придет! Он снова со мной заговорил и придет на вечер! А потом мы вместе вернемся домой, и все у нас будет как прежде. Или с сегодняшнего вечера мы начнем все заново.

— Хорошо, — сказала я и так энергично затрясла головой, что она, вероятно, стала похожа на болтающийся помпон. Я покашляла, словно надеялась таким образом положить этому конец. — Там и увидимся.

— У меня, судя по всему, будет много работы, но постараюсь не опаздывать. Если приглашение остается в силе. — Донован повернулся к Трисии и поэтому не заметил недоумение на лице Кайла.

— Это тоже будет зависеть от баллистической экспертизы, — сказала Трисия, и теперь уже оба копа смотрели на нее с недоумением. Она улыбнулась. — Не хотелось бы, чтобы сегодня вечером вы арестовали кого-нибудь из моих знакомых.

— Да, кстати о самом главном, — вдруг сурово произнес Донован. Даже Кайл, кажется, удивился такой смене настроения. — Держитесь подальше от ключевых фигур в этом деле.

— Вы не могли бы огласить весь список? — поинтересовалась я.

— Молли, — услышала я предостерегающий шепот Кайла.

— Я пытаюсь помочь следствию. Но мы можем по-разному понимать, кого следует называть ключевыми фигурами, — сказала я, не желая ссориться, но не забывая о том, что мне еще предстоит выполнять задание редакции.

— Вы не должны общаться ни с кем из сотрудников «Г.Х. Инкорпорейтед» и «Уиллис Уорлдвайд».

— А как же сегодняшний вечер? — спросила я, вдруг почувствовав себя Золушкой, которая с тоской смотрит на злых сестер, отправляющихся на бал.

— Туда вы можете прийти. Но только если пообещаете не разговаривать ни с кем из них.

— А с кем же мне тогда разговаривать?

— Со мной. Я за нее ручаюсь, — сказал Кайл, бросив быстрый взгляд на Донована. Слава богу, у Золушки появился Прекрасный Принц!

— Вам также следует держаться подальше от церкви Святого Айдана. И от Питера Малкахи.

Я кожей ощутила жгучий взгляд Кайла. А может, я покраснела?

— Уверяю вас, для меня не составит никакого труда держаться подальше от Питера.

— Не забывайте — от других тоже.

— Ясно, но как долго? Если из-за этого я не смогу вовремя написать статью, мне придется поставить в известность свое начальство.

— Он не может так поступить! — завопила Эйлин.

Сейчас общаться с ней было еще страшнее, чем всегда, оттого что она стояла на своем столе и в буквальном, а не фигуральном смысле слова взирала на меня свысока. Сюзанн покорно стояла рядом, наверное, чтобы поймать начальницу в случае падения с пьедестала. Солидная на вид женщина в обыкновенном черном платье, похожем на форму, подшивала платье прямо на Эйлин. По редакции пронесся слух, что эта портниха из ателье самого Издателя по его личному распоряжению вносит завершающие штрихи в вечерний туалет Эйлин. Тот, в котором она отправится на гала-представление. Судя по всему, перспектива оказаться среди богатых и знаменитых вселила в Эйлин серьезные сомнения относительно ее гардероба: кучи платьев медленно стекали с дивана, придавая кабинету еще более устрашающий вид.

— Вообще-то может, — начала объяснять Кэссиди, элегантно вступая в роль моего личного советника. Мы с Трисией встретили ее, когда вышли из отделения: она стремительно поднималась по ступеням, готовая спасать меня от меня же самой. Трисия без моего ведома как-то сумела отослать ей эсэмэску с просьбой о помощи.

Кэссиди затолкала нас в тут же остановившееся такси и приказала ехать в редакцию, где собиралась разумно объяснить моей неразумной начальнице, почему выход статьи придется отложить.

— Возможны обвинения в воспрепятствовании осуществлению правосудия и производству предварительного расследования, потворстве преступнику…

— Потворстве?! Но я и не думала ей потворствовать, — запротестовала я.

— Ей? Кому это «ей»? Кто это, по-твоему? — призвала меня к ответу Эйлин, скользя к краю стола. Трисия предусмотрительно отодвинула с ее пути телефон и полную чашку кофе, чтобы она ненароком не уронила их на пол.

— Я советую своей доверительнице ни с кем не обсуждать этот вопрос до выяснения всех обстоятельств, — сказала Кэссиди так спокойно, словно спрашивала о цвете лака на ногтях Эйлин.

Впрочем, скорее следовало упомянуть о цвете ее лица. Побелев от злости, Эйлин сверху смерила Кэссиди грозным взглядом, хотя, стоя на столе босиком, она не так сильно, как ей бы того хотелось, возвышалась над Кэссиди, обутой в туфельки на высокой шпильке.

— Нечего тут корчить из себя важную шишку! Меня этим не проймешь.

— Кто бы сомневался. Кстати, такие же затруднения могут возникнуть и у журнала Квина Гарримана, — заверила ее Кэссиди. — По дороге мы на всякий случай позвонили им и уточнили, устраивает ли их такое положение вещей.