Душегуб - Сергей Жилин

Плюс с её ребёнком поступили самым жестоким образом: единственный, кого Душегуб попытался сжечь…

«Так им и надо!» — слова рыдающей психопатки промелькнули в голове на долю секунды, оставив глубокие борозды… Я что-то упустил…

«Пусть хоть кто-то ощутит то же, что и я! Чтоб все так же мучились!»

Она не сообщала о Келлетрифе, пока до неё не добрались. Когда правосудие в моём лице оказалось на пороге, женщина натравила меня на отца Дональда… единственного мальчика, которого пытались сжечь… никого больше…

Душегуб сменил методы? Хладнокровный и расчётливый ублюдок с железной волей изменил себе?

«Отомстите только за Дональда… за остальных не надо!»

Истеричные вопли звенят в ушах, что заглушают ливень. Алиес, психованное создание, нечеловечески быстрое, ловкое и беспощадное. Оно вернулось в Гавару… готов спорить, не в первый раз.

Вот я и нашёл тебя!

Глава 15 Три новости

После славного ливня небо очистилось, в лесу запахло эталонной осенью, миазмы гнилой листвы витают меж дерев. День не так уж и плох: мы с Твидом разыскали своё оружие, утерянное в стычке. Коротышку этот факт не сильно взбодрил. Злобная крыса дёргает носом и поджимает губы, словно всю ночь спала на ежах. Моя шутка должна его взбодрить:

— Эй, а знаешь, почему белки едят орехи, а волки — нет?

— Удиви меня…

— Волк к белке в дупло не пролезет!

— Джон, разве так можно? — совершенно не изменившись в лице, отозвался Крысёныш. — Я же сейчас со смеху помру.

— Я тебя закапывать не буду! — продолжил я пробрасывать шутки.

— Договорились, сам закопаюсь, а потом и слягу.

Смешно! Коротышка только кажется вечно хмурым и злым, на самом деле он весельчак похлеще меня. Уважаю!

В поисках дичи мы ушли довольно далеко от лагеря, рыскаем на любимом участке неподалёку от Гавары. Желания охотиться у обоих немного, так что просто прогуливаемся.

— Слушай, вот ещё…

— Помолчи, — прошипел прищурившийся товарищ, — видишь вон там на дереве?

— Сумка?

— Похоже на то. Посмотрим.

На видном месте кто-то повесил на сук небольшую сумку. Висит низко — Твид с прыжка достанет. Мы подошли к находке вплотную, но взять её как-то боязно.

— Загляни, — толкнул меня в область колена напарник.

— Иди ты! Слышал я про такие: там граната внутри лежит! Хочешь, чтоб мне руку оторвало?

— Нет там никаких гранат! — огрызнулся карлик.

— Вот сам и проверяй!

— Вот и проверю, увалень!

Я поспешил отойти на почтительное расстояние, пока Твид, кряхтя на все лады, пытается винтовкой подцепить лямку. Спустя полминуты он свалил сумку на землю, тут же занявшись досмотром её содержимого.

— Иди сюда, трусохвост, говорил же тебе, что нет тут ничего, — выкрикнул он, вынырнув из сумки.

— Совсем ничего?

— Почти, — ехидно прошептал Твид и подбросил пару найденных монет. — Ещё записка.

— Зачитывай.

Коротышка расправил клочок бумаги, разве что коровой не жёваный, и начал громко читать:

— Двадцать третьего октября мимо Гавары проходил молодой леший, один из жителей решил его ограбить. Без крови не обошлось: он убил его. Полагаю, вам захочется отомстить. Мне этот парень не нравится, так что готов заплатить за его убийство, задаток прилагается. Имя убийцы — Чедвер Гомаргольц, известный под прозвищем Харон.

— Что думаешь, Твид?

— Ну, мы же хотели подзаработать…

Со стороны конюшни двигаются верхом трое: люди из Сакра Ципиона и Максимилиан. Я успеваю отсалютовать товарищу, пока взлетаю по ступенькам. Захожу в участок, готовый к очередному тяжёлому разговору с Тимом. Он, кстати, выглядит чуть ярче тучи, ритмично стучит карандашом по столу. Собираюсь открыть рот, но инвалид меня опережает:

— Спасибо, Кейт уже всё рассказала. Странно, что ты не удосужился… Где тебя носило вчера?

— Я… я вечером был у себя… работал.

— Готов спорить, новости тебе неизвестны, — с беспочвенной злобой отбросил он карандаш. — Столько всего произошло, пока ты работал. Три новости, с какой начать?

— И вот как я должен выбрать? — с сарказмом вернул я Тиму.

Шериф развернулся и покатил из-за стойки ко мне:

— Тогда начну с плохой: этой ночью была похищена Кетрин Сиб с Багряной улицы. На сей раз девочка.

— Этой ночью? — чувство, как получить по роже посреди улицы.

— Этой, Марк! Работает он… Проник в дом, как и в случае с Цукеронами.

— Харон, сволочь!

— Это не он.

Так уверенно оправдывать убийцу? По моему взгляду Тим должен понять, какой же он идиот. А уж чего мне стоит сдерживаться, чтобы не перейти на крик.

— Не он? — всё-таки вышло не очень. — Ты как смеешь вот так заявлять? Я тебе разве не…

— А вот тебе и новость номер два: вчера в Гавару зашёл челнок. Харон напал на него за городом, но вмешалась… как её… госпожа Номати и помогла того обезвредить. Всё то время, когда могло произойти похищение Кетрин, твой любимый кандидат просидел за решёткой. Он невиновен, Марк.

Как внезапно сломалась превосходная теория. Я подогнал все листы, осталось потуже гайки затянуть, как на конструкцию упал метеорит. Тим не из тех, кто устраивает глупые шутки, так что вышибающая почву из под ног новость является правдой. Я в растерянности хватаюсь за голову, с лица стекают все эмоции.

— Я ошибся, — тупо проронил я.

— Кейт уже знает, она полночи перед его камерой просидела.

— Как же так?

— Не беспокойся, — размял шею Тим, — последняя новость тебя взбодрит: Винчи заявился ко мне той ночью. Не поверишь, но он догадался, кто убийца — это Алиес Зунтер.

— Это должно было меня взбодрить? — скептически пробормотал я.

Тим поддержал моё желчное недоверие сдержанным смешком и покатил в сторону окна.

— Знаешь, в его теории даже нашлось место логике: если ты помнишь, её сына попытались сжечь в отличие от всех остальных. Это наталкивает на мысль, что первая жертва принадлежит не руке Душегуба — случайное убийство, за которое сошедшая с ума мать взялась мстить всем без разбора. Заметь, первый кандидат с чётко прослеживаемым мотивом. Ко всему прочему ты должен помнить скорость этой мутантки.

— Но все свидетели описывали мужчину…

— Марк, их было четверо, а трое из них видели его практически в кромешной темноте. Один лишь Васкер Чеф заприметил маньяка при свете дня, однако никаких доказательств, что ему на глаза попался тот, кто нужно, и говорил ли он правду, нет! Как и самого свидетеля.

— Он видел мужчину, вертевшегося возле дома Путов!