Джамьянг Кхьенце Чокьи Лодро. Жизнь и эпоха - Дилго Кхьенце Ринпоче

старые реликвии, и в процессе этой работы он обычно оставлял себе всё, что ему могло пригодиться. Поэтому, прибыв в Нангчен Цанг, он сразу спросил, есть ли у кого-то что-нибудь подобное, и обследовал все шкатулки, которые ему были предоставлены. В монастыре Цокньи он обнаружил серьгу размером с большой палец в виде кольца, которая была похожа на хрустальную бусину из ожерелья, принадлежавшего когда-то Еше Цогьял. Ринпоче выпросил эту серьгу и забрал её с собой, когда уезжал из монастыря. Однако эту серьгу я ни разу не видел в архиве, собранном в Бире, и мне до сих пор интересно, куда же она делась.

В Ярчен Кьясу, на родине Чокгьюра Лингпы, Ринпоче получил от кого-то, кому он передал некогда устную передачу цикла «Глубокий путь в семи главах», в качестве подношения металлический сундук. Ринпоче в тот день даровал особенно изящное учение, которое, как казалось, исходит прямо из его ясного возвышенного ума. В Ярчен Кьясу Ринпоче провёл около пятнадцати дней.

Монастырь Нетен

Покинув Ярчен Кьясу, Ринпоче отправился в монастырь Нетен. К тому моменту Цеджор проводил часть времени в лабранге Кхьенце, а часть – в монастыре Нетен. Он и рассказал мне о том визите Ринпоче.

Нетен Чоклинг находился в лесу около Кьюнгтанг Гага, заготавливая стройматериалы для нового храма, когда его помощник Сопел прибыл с новостями – как обычно, и с хорошей, и с плохой. Последовал типичный для подобной ситуации вопрос – какую новость рассказывать первой.

– Да чего уж там! – воскликнул Нетен Чоклинг. – Давай сначала плохую!

– Дочь Яб Цангмы Церинг Долкар умерла при рождении, – выпалил Сопел.

– А хорошая?

– Мимо нас проезжает Джамьянг Кхьенце Чокьи Лодро!

Поначалу Нетен Чоклинг не поверил Сопелу, поскольку знал, что если уж Ринпоче решал отправиться в путешествие, то это сопровождается очень сложными приготовлениями, и похоже на то, как если бы кто-нибудь собирался сдвинуть с места гору! Но Сопел был довольно убедителен и уверял, что точно знает, о чём говорит, поскольку разговаривал с гонцом, который своими глазами видел, как Ринпоче ведёт церемонию освящения статуй Тары для царицы. Нетен Чоклинг был весьма удивлён и дал распоряжения своим помощникам седлать коней и безотлагательно возвращаться в монастырь Нетен. Сам же он в сопровождении Цеджора и ещё нескольких человек помчались в Нангчен Гаг, чтобы упросить Ринпоче посетить их монастырь хотя бы с самым коротким визитом. Ринпоче отказался от их предложения, но сказал, что заедет в святое место Цегьял Драг, где Чокгьюр Лингпа обнаружил садхану «Практика долгой жизни „Гирлянда ваджр“», поскольку собирался выполнить практику ганачакры в Йегьял Намкха Дзо, а это место было всего в паре миль от монастыря Нетен.

Когда Ринпоче прибыл в Цегьял Драг, монахи встречали его музыкой, играя на всех инструментах, какие только имелись в кладовых монастыря Нетен. В автобиографии (которую прятал во время путешествия внутри путеводителя с портретом Мао на обложке) Ринпоче пишет, что на подъезде к монастырю Нетен его встречали три сотни всадников. Но надо полагать, что такое количество встречающих объясняется чистым видением Ринпоче, поскольку из других источников известно, что в тот день ему навстречу выехали около пятидесяти человек. В любом случае, сколько бы встречающих там ни было, они устроили Ринпоче очень тёплый приём в тот день.

Цеджор, который опасался, что путешествующий инкогнито Ринпоче рассердится, если его приезд будет сопровождаться шумихой, надел свой лучший наряд и отправился к нему, чтобы рассказать, какую программу его пребывания составил Нетен Чоклинг. Он застал Ринпоче в довольно бодром расположении духа. Когда Цеджор спросил его, не против ли он того, чтобы его приезд сопровождался музыкой сирна-дора – одновременной игрой на духовых язычковых инструментах и барабанах, тот ответил: «Делайте всё, что считаете нужным. Я не против».

Это был отличный момент для того, чтобы зазвучали музыкальные инструменты, и Цеджор помчался мимо сложенных в груды мани-камней в Нангчен Гаг – побыстрее сообщить монахам, чтобы приготовились. Церинг Сангье, пожилой монах из нашего монастыря, который умер в 2008 году, был одним из исполнителей сирна-дора. План был следующий: Сопел и два мирянина поедут перед Ринпоче, везя с собой котлы с горящим можжевельником, которые будут прикреплены к их лошадям (подношение дыма), а далее должна следовать процессия людей, несущих флаги, зонты и остальные торжественные атрибуты. Музыка сирна-дора по плану должна была зазвучать как раз в тот момент, когда покажется Ринпоче.

К встречающим присоединились также царь и министры Нангчена, которые прибыли со своими помощниками и слугами. Как только они оседлали своих лошадей, показался и сам Ринпоче – он ехал верхом, облачённый в оранжевые одеяния. Грянула музыка, из котлов валил дым, монахи двинулись по часовой стрелке мимо дворца, в обход груд мани-камней. Царица Нангчена была потрясена, наблюдая, как монахи сопровождают Ринпоче через Мангьо Гаг. Она потом рассказывала, что монахи справлялись с церемонией встречи на удивление хорошо, учитывая, что все они были из обычного небольшого монастыря. Однако были и такие очевидцы, которым показалось, что встречающие слишком увлеклись и устроили показуху. Здесь было не принято играть сирна-дора – точнее, такая музыка была запрещена на территории дворца; а ламы, не обладающие высоким статусом, были обязаны спешиваться, проехав через ворота.

Когда верхом на коне появился Ринпоче, поднялся ветер, и Цеджор расценил это как проявление энергии, подавляющей злонамеренные силы. В какой-то момент Ринпоче остановился на вершине холма, чтобы немного передохнуть. Пока он пил чай, музыкант, игравший на сирне, которого звали Церинг Сангье, потерял трость от своего инструмента, но тут же чудесным образом её нашёл, как только о потере стало известно Ринпоче. После перерыва на чай снова заиграла музыка сирна-дора, и Ринпоче отправился прямиком в Цегьял Драг, где его отряд и встал лагерем. На следующий день он совершил пиршественное подношение перед Йегьял Намкха Дзо. Подробное описание всех событий того дня, а также подробности всех медитативных переживаний и видений, связанных с ними, можно найти в тексте «Великая биография». Затем Ринпоче дал наставления о том, как строить новый храм на территории монастыря Нетен, провёл для собравшихся церемонию принятия обетов бодхисаттвы согласно обеим традициям – глубокого воззрения и достойного поведения.

Белая чашка с драконом

Путь в Лхасу проходил через Седор и Санг Шунг. Во время этого переезда Ринпоче использовал чашку, которая, как считалось, принадлежала Кхьенце Вангпо, а Чагдзо Цеванг Палджор пользовался обычной белой чашкой, на которой было изображение дракона. Это изображение можно было рассмотреть лишь при определённом свете под определённым углом. Эта чашка Чагдзо заинтересовала Ринпоче, и он решил её получше рассмотреть. Чагдзо тут же выплеснул из неё чай, протёр начисто и передал её Ринпоче. Тот внимательное её осмотрел со всех сторон,