До тебя - Катарина Мора

Все смотрят на нас, множество телефонов нацелены на нас. Я растерянно оглядываюсь.

– Ты отключила телефон, и я испугался, что ты улетишь. У меня не было выбора. Я не мог позволить тебе сесть в самолет. Мне наплевать на последствия за взлом системы безопасности аэропорта.

Мое сердце сжимается от боли, и я с трудом сглатываю.

– Ты позволял мне уходить уже не один месяц, – шепчу я, и он качает головой.

– Прости, милая. Я знаю, как это для тебя выглядело, но я никогда не прекращал любить тебя. Ты дашь мне шанс доказать это? Я сделаю что угодно.

Я внимательно разглядываю его, пытаясь понять, насколько он искренен. Отчаяние в его глазах не может быть наигранным.

– Можешь пообещать, что будешь разговаривать со мной? Обещай, что будешь активно работать над нашими проблемами. Не думаю, что мы сможем обойтись без терапии, Грейсон. Обещай мне, что ты сделаешь все, что потребуется, что не будешь снова выгонять меня из своей жизни, когда возникнут трудности. Обещай мне, Грей.

Я ожидала, что он будет колебаться, но нет. Он кивает и крепче сжимает мои ладони.

– Я обещаю. Все, что ты хочешь, я это сделаю. Я просто хочу, чтобы тебе было хорошо со мной, Ария. Нет ничего, что я не попробую. Пожалуйста, просто скажи, что ты остаешься.

Мольба в его глазах заставляет мое сердце биться быстрее. Я так долго сомневалась в нем и в итоге решила, что уже ничего нельзя исправить. Я думала, он отказался от нас. Но, возможно, неуверенность и страх – это не только его проблема, но и моя.

Я улыбаюсь ему, и мои глаза наполняются слезами.

– Тогда да, Грейсон. Я останусь.

Глава 67. Грейсон

Когда мы возвращаемся в квартиру, Ария молчит. По ее лицу я понимаю, что она не надеялась снова здесь оказаться. Ставлю ее чемодан в угол. Она подходит к окну, как в самый первый раз.

Я встаю у нее за спиной, накрывая ладонью ее руку. Ария напрягается и поворачивается, оказываясь в плену между стеклом и моим телом. Смотрит на меня, и мне больно от неуверенности в ее взгляде. Мне больно оттого, что я всему виной.

Я приподнимаю ее подбородок указательным пальцем и медленно, осторожно наклоняюсь. Ее глаза закрываются перед тем, как мои губы задевают ее рот, и когда наши губы сливаются, она ахает.

Ария встает на цыпочки, и я целую ее глубже, наслаждаясь каждой секундой. Я прижимаюсь к ней, она стонет, запутываясь руками в моих волосах. Когда мы отрываемся друг от друга, мы оба тяжело дышим. Как давно я ее не целовал.

– Мне тебя не хватало, – шепчу я ей в губы, наклоняясь для очередного поцелуя. Она вцепляется в меня еще крепче и страстно отвечает.

К тому времени, когда она отодвигается, я твердый как камень. Мы прислоняемся лбами друг к другу.

– Мне тоже, Грейсон. Даже не представляешь насколько.

Ее руки скользят по моему телу, и я целую ее прямо под ухом, перед тем как спуститься к шее. Она тихо стонет, и я улыбаюсь. У нее дрожат руки, и она прижимает ладони к моей груди в попытке скрыть дрожь.

– Скажи мне, о чем ты думаешь, – шепчу я.

Она выглядит такой уязвимой, такой раненой.

– Думаю, хочешь ли ты меня, Грей. Ты примчался за мной в аэропорт и уговорил остаться, но мне трудно поверить твоим словам. Я не хочу снова быть обманутой. Если ты чего-то хочешь от меня, пожалуйста, скажи. Я сделаю для тебя что угодно, только, пожалуйста, не используй меня. Не думай, что тебе нужно встречаться со мной, чтобы не расстраивать Ноа.

Что за черт? Я так был занят своими переживаниями, что ни разу не задумался, как мое поведение может повлиять на ее едва затянувшиеся раны. Каждый раз, когда я отстранялся от нее, она, должно быть, вспоминала Брэда. Твою ж… Не могу поверить, что я довел свою девушку до таких мыслей. И, что хуже, я сам не понимал, что творю. Я до сих пор помню, как она рыдала, передавая нам с Ноа слова Брэда, и все это время я сам напоминал о той ситуации, заставляя ее думать, что отношусь к ней так же.

Я беру ее щеки в ладони и заглядываю в глаза.

– Все, о чем я могу сейчас думать, это о том, что я хочу увидеть тебя голой и глубоко войти в тебя. Я боюсь, что хочу тебя слишком сильно, как тогда, когда ты взяла мой член в свой красивый ротик. Я хочу вытрахать все дурацкие мысли из твоей головы, но я боюсь, что буду слишком груб. Вот и все. Мой самый большой страх – причинить тебе боль. Ты заставляешь меня терять контроль, Ария, и я не хочу, чтобы ты страдала. Но в то же время я эгоистичный ублюдок, и как бы я ни пытался, не могу отпустить тебя, хотя знаю, что есть большая вероятность, что я не сдержусь и сделаю тебе больно.

Она кивает, скользнув руками к пуговицам моей рубашки, и шепчет:

– Но, милый, мне нравится пожестче.

Она смотрит мне в глаза, расстегивая пуговицы и оценивая мою реакцию, и я закусываю губу, когда ее руки опускаются к моим брюкам.

– Чувствуешь, Никта? – спрашиваю я. – Похоже на притворство? Похоже на то, что я тебя не хочу?

Она качает головой, и в ее глазах загорается надежда. Я снова целую ее, стягивая одежду. Она глубже впивается в мои губы и поднимает руки, помогая мне снять с нее платье. Остается в черном кружевном белье, и я с трудом сглатываю.

– Черт.

То, что она видит в моих глазах, успокаивает ее, потому что она довольно улыбается. Я убираю пряди волос с ее лица и шепчу:

– Ты такая красивая.

Ария улыбается и приподнимается на цыпочки, целуя меня. Когда она так делает, я теряю контроль. Подхватываю ее на руки и прижимаю к окну, вырывая стон из ее губ. То, как ее руки скользят по моему телу, как ее ногти задевают кожу, путаясь в моих волосах, когда она целует меня… Да… Черт.

Она прижимается бедрами к моим, трется, и я хочу немедленно оказаться внутри.

– Ты мне нужна, – шепчу я, и она кивает.

Я так отчаянно хочу ее, что у меня нет терпения нести ее в спальню. Черт, я даже не в состоянии раздеть нас. Я приспускаю свое белье, отодвигаю ее трусики и, прижав член к промежности Арии, наслаждаюсь ее трепетом.

Она насаживается на меня, стремясь заполниться, и я улыбаюсь, прижимая ее к окну.

– Хочешь мой член, да?

– Пожалуйста, – просит она, и ее глаза блестят от возбуждения.

Я со смешком ввожу в нее головку, наслаждаясь ее желанием. Моя девочка… Да-а, моя единственная.