Миллиардеры. История крупнейших финансовых династий - Гжегож Яшуньский

Лишь в 1941 году, значительно позже других крупных американских предпринимателей, Генри Форд наконец-то согласился на то, чтобы его рабочие вступали в профсоюз. А вскоре закончилась и эра Беннета.

«Идеолог»

В 1920 году, когда Форд уже был миллиардером, ему нанесли визит пятеро наиболее известных нью-йоркских торговцев произведениями искусства. Один из них, Джозеф Дьювин, рассказывал потом, как проходила аудиенция у автомобильного короля. Известно, что в первые послевоенные годы произведения искусства не пользовались особым спросом, и торговцам приходилось туго. У Дьювина и его коллег по бизнесу родилась идея продать Форду «сто самых известных в мире картин» и тем самым несколько поправить свои финансовые дела.

Поскольку не было ясности, каким образом удастся собрать эти картины, торговцы сделали с них сто цветных репродукций, сброшюровали в три толстых тома и отправились к Форду. Миллиардер просмотрел репродукции, затем позвал жену и предложил ей полюбоваться прекрасными творениями художпиков. Дьювин стал исподволь агитировать Форда приобрести чудесные полотна и подарил ему принесенные репродукции. И тут выяснилось, что Форд не в состоянии отличить цветные репродукции от оригиналов: он не принял предложенные ему три тома репродукций, сочтя это слишком дорогим подарком. Сделка не состоялась. Торговцы, покинув кабинет миллиардера в полном отчаянии, убедились, что Форд был попросту полуграмотным человеком.

Но Форд не интересовался культурой. Он был слишком поглощен сколачиванием капиталов. Хуже то, что «полуинтеллигент» Форд претендовал на издание своих книг, на выступления в роли идеолога и пророка, на поучения своих рабочих и вообще окружающих, как им следует жить, к чему стремиться. Он пытался также сделать политическую карьеру, но, к счастью, неудачно.

Генри Форд известен как автор нескольких книг. Все они написаны в «содружестве» с профессиональным публицистом Сэмюэлом Кроутером. Невозможно понять, что в этих творениях принадлежит перу и уму Форда, а что – Кроутера. Весьма вероятно, что капиталист высказывал свои взгляды, а Кроутер записывал и литературно обрабатывал их. В свое время книги Форда вызывали ярость, сегодня они только смешны. Ведь эти книги – просто коллекция банальностей и бахвальства нуворйша, его дешевой псевдофилософии и морализаторских поучений. Но так как Форд был богат, люди интересовались его «творениями». Книги Форда переводились даже на иностранные языки (до войны они издавались и в Польше).

Если бы Форд только ппсал книги, это было бы еще полбеды. Ведь выступали же другие миллиардеры в качестве «филантропов» или «коллекционеров», так почему бы Форду было не претендовать на лавры «писателя»? К сожалению, Форд не довольствовался пассивной ролью автора. В различные периоды своей жизни он пытался играть активную роль во внутренней и внешней политике Соединенных Штатов.

О самых ранних такого рода попытках Форда рассказывает Альфред Либфельд в своей недавно вышедшей книге «Генри Форд. Легенда и действительность». Во время Первой мировой войны Форд объявил себя пацифистом. Вскоре он начал «крестовый поход за мир». С этой целью он нанял специальный корабль и вместе с небольшой группой друзей отправился в Европу. Перед отъездом Форд побывал в Белом доме у президента Вильсона, но, убедившись, что тот не поддерживает его замыслов, довольно неодобрительно отозвался о президенте.

Во время «крестового похода», который, как нетрудно догадаться, закончился осмеянием Форда, наш главный герой стал «мстить» финансистам с Уолл-стрита. В том, что началась война, повинны банкиры с Уолл-стрита, утверждал он, а евреи несут за это особую ответственность. Комизм ситуации заключался в том, что Форд, кроме того, что высказывал довольно странные взгляды, ничем не отличался от других богачей Америки. Что касается евреев, то красавица Розита Швиммер, уговорившая его нанять «корабль мира», принадлежала к еврейской нации.

В это же самое время Форд затеял длительный судебный процесс против газеты «Чикаго трибюн», которая начала острую полемику с политическими взглядами миллиардера, причем не очень лестно отозвалась о его интеллекте. Форд счел себя оскорбленным и подал в суд. Адвокаты «Чикаго трибюн» использовали процесс, чтобы скомпрометировать Форда. На процессе они задавали ему многочисленные вопросы, в том числе по истории Соединенных Штатов, чтобы показать общественному мнению его невежество и безграмотность. Форд то и дело «сыпался» на ответах. Через три года был вынесен приговор, принесший Форду сомнительное удовлетворение: суд присяжных признал, что он действительно был оскорблен, но постановил возместить ему ущерб за диффамацию не в миллион долларов, как он требовал, а только в размере шести центов.

Однако Форд не сдавался. В 1918 году он выдвинул свою кандидатуру в сенат США. За мандат он начал бороться в своем родном штате Мичиган, наивно рассчитывая на поддержку рабочих предприятий своего концерна (ведь в представлении Форда он был их «благодетелем»). Одно оставалось неясным, от какой партии выступать? Правда, Форд был ближе к республиканцам, но те таили на него злобу за его нападки на Уолл-стрит. Тогда Форд решил выступить от имени демократической партии.

Его противником в избирательной кампании был другой миллионер, Трумэн Ньюберри, в прошлом конкурент Форда в автомобильной промышленности, поскольку он активно участвовал в «Паккард мотор компани». В ходе избирательной кампании Форд и Ньюберри обливали грязью, оскорбляли и поносили друг друга, что вполне соответствовало американской предвыборной практике. Сторонники Ньюберри на всех перекрестках кричали, что Форд неуч, невежда, что он жестоко обращается с рабочими. И Форд проиграл выборы: его конкурент получил вдвое больше голосов избирателей.

Еще в ходе избирательной кампании 1918 года Форд дал понять, что, если он станет сенатором, то в будущем сможет претендовать и на пост президента Соединенных штатов… Как видим, честолюбие Форда было обратно пропорционально его интеллекту. В 1923 году, когда во главе США стал Гардинг, Генри Форд вновь заявил, что он намерен попасть в Белый дом. В популярном тогда журнале «Кольерс» появилась его статья под кричащим заголовком «Если бы я был президентом Соединенных Штатов».

Многие в Америке считали в то время, что популярность Форда может принести ему большинство голосов избирателей, особенно если он выступит против скомпрометированного Гардинга. Неожиданно и при до сих пор не выясненных полностью обстоятельствах президент Гардинг умер, а его место занял вице-президент Кулидж. Это перечеркнуло надежды Форда на президентское кресло, но не погасило политических и публицистических притязаний миллионера.