С Потомака на Миссисипи: несентиментальное путешествие по Америке - Мэлор Стуруа

Люди в джинсовых комбинезонах, ловко орудуя электропилами и гигантскими садовыми ножницами, подпиливали, подрезали сучья деревьев, несущих почетный караул на «Променаде славы». Ветви валились охапками на плиты древесного угля, хороня под собой бронзовые звезды и имена их носителей. Старожилы шагали по ветвям, издававшим жалобный хруст, не глядя себе под ноги. Туристы разгребали сучья, пытаясь прочесть имена своих кумиров — целлулоидных героев. Первые шли как сомнамбулы, ничего не замечая, вторые — спотыкались на каждом шагу, словно слепцы с брейгелевских полотен. Равнодушие первых, как и любопытство вторых, было вполне понятно, даже оправданно, и тем не менее раздражало, злило. «Так проходит слава мира», — вертелось в голове, а к ногам стелились не по-апрельски желтые листья с болезнетворных ветвей, безжалостно ампутированных парнями в джинсовых комбинезонах.

Не все 2518 специальных плит, которыми вымощен «Променад славы» на бульваре Голливуд и Вайн-стрит, «заселены». Я насчитал что-то немногим более 1600 «обитаемых звезд» в голливудской галактике. Остальные — вакантные — или пустуют в ожидании будущих владельцев, или испещрены мелом и углем «временной пропиской» — автографами туристов и влюбленных. С тех пор как я в последний раз был здесь, звезд явно прибавилось. Некоторые из них не светят, не греют и уже напоминают таинственные «черные дыры» вселенной, хотя девственная бронза неопровержимо свидетельствует о том, что зажглись эти звезды совсем недавно. Ничего не поделаешь, инфляция в Америке захватила не только экономику.

Делаю мысленные «зарубки» на память. На бульваре Голливуд звезды обрываются у Тауэр-авеню: с одной, стороны, кинорежиссер Стэнли Крамер, с другой — король больших джаз-бандов, кларнетист Бени Гудмэн. Отмечаю новацию в развилке Вайн-стрит. Целых четыре плиты отведены экипажу «Аполлона-11» — Армстронгу, Олдрину, Коллинзу, первым землянам, ступившим на Луну. Если судить по символу — квадрат с усиками, изображающий телевизор с антеннами, — знаменитые астронавты проходят на «Променаде славы» по рубрике голубого экрана. Считается, что для кинематографиста бронзовая звезда на «Променаде славы» не менее почетна, чем золотая статуэтка «Оскара», ежегодно присуждаемая Американской академией киноискусства. Это, конечно, преувеличение. И все-таки… Выше я уже упоминал, что право зажигать звезды на «Променаде славы» принадлежит торговой палате города Голливуд. Она заполняет вакантные плиты бульвара, руководствуясь квотой — не больше двенадцати звезд в год. Но еще с библейских времен известно, что получается, когда менял пускают в храм.

Здесь я позволю себе по возможности краткое, но крайне необходимое отступление. Торговые палаты, в особенности в небольших городах Америки, — весьма специфическая институция. Они выступают в роли самозваных стражей традиций, понимаемых в лучшем случае как консерватизм, но оказывающихся на поверку реакционностью. По своей правизне торговые палаты с полным на то основанием претендуют на место где-то между американским легионом и «обществом Джона Бэрча».

Критерии пресловутого «стопроцентного американизма» применяются торговой палатой Голливуда и при определении кандидатов на прописку по «Променаду славы». Наиболее вопиющим примером политического мракобесия палаты было ее нежелание установить на бульваре звезду в честь Чарли Чаплина, великого киноактера и режиссера. Более десяти лет ожесточенно сопротивлялись голливудские менялы требованиям деятелей кино и широких общественных кругов положить конец позорящей страну вендетте против Чаплина. Мне довелось писать об этом в «Известиях» еще в 1972 году.

Гильдия американских киноактеров и американское театральное общество единодушно выдвинули покойного Робсона в качестве кандидата на бронзовую звезду «Променада славы» в 1978 году. Но отборочный комитет торговой палаты Голливуда под председательством некоего Уильяма Хертца решительно отвел кандидатуру Робсона, бесстыдно заявив, что он, дескать, «не отвечает высоким стандартам», которые требуются для прописки на «Променаде славы»!

— Я не думаю, что мистер Робсон отвечает необходимым критериям, — заявил Хертц. — Во скольких кинофильмах он снимался? Сколько его пластинок было продано? Какие артистические награды он имел? Уверяю вас, политика тут ни при чем.

Хотя в искусстве критерии качества имеют примат над количеством, мы тем не менее можем напомнить «забывчивому» мистеру Хертцу, что Робсон снимался в тринадцати фильмах и выступал в 26 театральных постановках, что его Отелло, которого он играл в 40-х годах на Бродвее, до сих пор держит рекорд среди шекспировских постановок в Соединенных Штатах. Робсон выступал в этой роли 296 раз. Можно напомнить и о том, что кинофильм «Император Джонс» по пьесе Юджина О'Нила, в котором Робсон играет заглавную роль, входит в золотой фонд американского и мирового кино. Наконец, какой торговой палате под силу подсчитать, сколько пластинок с песнями Поля Робсона было выпущено и до сих пор выпускается по всему свету? Неужели все это неизвестно мистеру Хертцу? Конечно же, известно. Хертц, один из руководителей компании кинотеатров «Манн», прекрасно осведомлен о личности Робсона. Его заявление о «критериях» — неуклюжая и лицемерная попытка скрыть политическую подоплеку произвольного решения торговой палаты кинематографического града Голливуд. История с отводом кандидатуры Робсона стала известна благодаря публикации в газете «Дейли вэрайети», наиболее влиятельного печатного органа в мире американского театра и кино.

Репортаж, написанный Уиллом Ташером, носил иронический заголовок: «Никс Поль Робсон: недостаточно знаменит». Публикация немедленно вызвала бурю протестов в артистических кругах Америки. В адрес торговой палаты Голливуда посыпались гневные письма и телеграммы. Киноактер Бен Верин предложил, чтобы его звезда, уже украшающая тротуар «Променада славы», была передана Робсону. Аналогичное предложение сделал и другой популярный киноактер, Джеки Купер. Через газеты и телевидение он объявил, что отказывается от своей звезды в пользу Робсона, и потребовал выкорчевать свое имя, если не найдется места для имени Поля Робсона.

Мэр Лос-Анджелеса негр Том Брэдли сделал следующее заявление: «Я обеспокоен и опечален подобным решением. Как можно отказать Робсону в звезде, одному из самых почетных символов Голливуда, в звезде, которую он сорвал с неба еще при жизни?» Репортеры местного радио провели блицопрос «человека с улицы» — своеобразный референдум «за» или «против» звезды Робсона. Когда людей спрашивали об этом, то их первой реакцией было, что их разыгрывают, настолько диким казалось им решение торговой палаты Голливуда.

Отцы кинематографической столицы, не ожидавшие столь бурной реакции, всполошились. Упорствуя в своем постыдном и несправедливом решении, они попытались спасти лицо и обратились с длиннющим посланием к гильдии американских киноактеров к американскому театральному обществу. В послании они лицемерно сетуют на то, что их якобы сделали жертвами незаслуженных и язвительных инсинуаций, сплетен и слухов, распространяемых «от Тихоокеанского до Атлантического берега». Обдав грязью всех и вся, торговая палата Голливуда в заключение цинично предложила «попытаться выставить» кандидатуру Робсона как-нибудь в следующий раз. Я, в свою очередь, попытался связаться по телефону с торговой палатой, чтобы получить у ее членов интервью по поводу несчастливой звезды Робсона. Но мне ответили, что на сей счет палата отказывается от каких-либо дальнейших комментариев. Особенно упорно играет в молчальника и невидимку мистер Хертц. Вашингтонские коллеги «успокаивают» меня тем, что и их постигло подобное же фиаско…

Кстати, в нынешнем году чести получить звезду на «Променаде славы» удостоились артист Питер Фрэмптон, диктор Дик Уиттингхилл, рок-группа «Би Джис» и… Микки-Маус! Знаменитый мышонок объявлен здесь символом неунывающих янки, своеобразным дубликатом «оптимистического американизма». В нынешних невеселых условиях, когда зима тревог катит в глаза американца, он готов уцепиться за что угодно: будь то соломинка или хвостик Микки-Мауса. Кроме того, у торговой палаты были и свои специфические резоны. Опрос, проведенный по заказу ряда коммерческих фирм, установил, что фигурка Микки-Мауса в качестве рекламного символа вызывает наибольшее доверие потребителей, пропуская впереди себя лишь каноническую фигуру дядюшки Сэма с клинообразной бородкой и в цилиндре, да и то лишь если у дядюшки Сэма явно выраженные черты Авраама Линкольна!

История с незажегшейся звездой Поля Робсона весьма показательна. Она симптом, характеризующий «дух времени», вернее, душок вновь поднявшего голову в Америке воинствующего антикоммунизма. Подобно тому, как травля Чаплина отразила мрачную эпоху «гонения на ведьм» в Голливуде, эру маккартизма и разгула произвола, чинившегося печально знаменитой комиссией по расследованию антиамериканской деятельности, посмертное унижение памяти Поля Робсона — проявление рецидива все той же реакции. Давно установлено: усиление антисоветского крена во внешней политике Вашингтона неминуемо сопровождается ужесточением репрессий против демократических сил внутри страны. Так было в конце сороковых — начале пятидесятых годов, так происходит и теперь.