Розовая весна (СИ) - "NastasiaStory"

Я проигнорировала все возмущенные требования Кирилла вернуться. В моей голове будто складывалась картина происходящего. Да, в ней есть некоторые неточности, зато четкая логика прослеживается. Смотрите, Дима отсидел, вышел и решил нам отомстить. Иначе каким боком здесь мой отец? Он не был настолько скандальным человеком, чтобы его хотело убить полгорода по каким-либо своим причинам. Враждуют по личным соображениям все, ведь люди не киборги, чтобы угождать друг другу, но убивать. Папа мог иногда резко высказаться, за это некоторые его недолюбливали. Некоторые считали моего отца хвастуном. Что ж, все мы не без греха. У Димы есть серьезный мотив в отличие от всех остальных. Так, стоп. Вы же не в курсе. Давайте отмотаем время на десять лет назад.

Начну, пожалуй, с того, что случилось после нашей с Кириллом свадьбы. На Диму завели уголовное дело. Это само собой. Похищение. Попытка изнасилования. Даже две попытки. Неудавшееся убийство. На нем висело слишком много грехов. По крайней мере так было написано в протоколе, который нам показали. На суде мы не присутствовали. Кирилл и я дали показания и решили в это дело больше не лезть. Всем занимались адвокаты, представлявшие нас по доверенности на заседании. Судили Диму по всей строгости. Все-таки дело очень громкое. Нас с Кириллом приглашали на телевидение, но мы отказались. Деньги из беды мы делать не будем. Причем здесь мой отец? А при том, что папа вмешался в следствие и потребовал для Димы высшей меры наказания. Мой отец был очень влиятельным человеком со связями, так что ему это не составило труда. Плюс, доказательств выше крыши. Следствию удалось найти записи с камер видео-наблюдения, на которых было четко видно, как Дима идет за мной до метро от ЦУМа и затаскивает мое тело в машину.

Вызывали подозрения лишь мои отпечатки на пистолете. Согласна, не стоило его трогать, однако ситуация не позволяла медлить. Вдруг это я стреляла, а Кирилл меня выгораживает? Такую версию разрабатывали, но криминалисты провели баллистическую экспертизу и установили, что, судя по ранению, в Кирилла стреляли с нестандартной высоты, то есть снизу, что сходилось с моими показаниями. Дима сидел на стуле, а достать пистолет смог из-за того, что мы не очень туго его связали и не обыскали. С меня сняли подозрения. Не виновна. Во время дачи показаний Ирина, естественно, отрицала, что получила от Димы деньги. Сделка была совершена наличными. Никаких доказательств того, что меня продала мачеха, нет и быть не может. Торговля людьми в Российской Федерации запрещена, вообще-то, хотя этим богатеньким уродам невдомек. Милена призналась, что замечала нездоровое поведение Димы и его попытки домогательства. Правда, она оправдала себя тем, что сама боялась к нему даже близко приближаться, поэтому никому ничего не рассказывала. Папа воздержался от комментариев.

Диму осудили. Прокурор требовал двадцать лет. Папа постарался. Плохо было лишь то, что адвоката Диме нашли дорого и мощного. Сильная сторона обвинения столкнулась с умелой защитой. Срок скостили. В общей сложности ему дали семнадцать лет колонии строгого режима. Странно, что не пожизненное. Чуть не угробили Кирилла! Не понимаю, как его вообще признала вменяемым судебно-психиатрическая экспертиза. Я подозреваю, им заплатили. За деньги можно купить кого угодно. После вынесения приговора адвокат пытался его обжаловать, однако суд отклонил все ходатайства. Дима сел. Кирилл и я успокоились, ведь нам ничего не угрожало. Мы начали жить обычной жизнью, предпочтя выкинуть те жуткие события из памяти. Видимо, очень зря.

Теперь, когда вы в курсе дела, вернемся к нынешней ситуации. Смотрите, папа был тем, кто топил за то, чтобы Диму осудили по всей строгости закона. Именно из-за него этого психа посадили на семнадцать лет, то есть Дима точил на моего отца зуб. Странно, что папу нашли мертвым в своем кабинете. Никаких признаков насилия на его теле не найдено. Тогда как Дима мог его убить? Если подумать, то со слов Кирилла он вышел по УДО три месяца назад. Это как минимум уже значит, что Дима следил за моей семьей. Более того, Дима знал, что Кирилл регулярно посещает кабинет моего отца. Подстава ли это? Очевидная. В то утро Кирилла ждали с капканом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Вопрос состоит только в том, как Диме удалось все это провернуть? Вот тут многое не ясно. В МИД не пройти просто так, когда захочется. Вход исключительно по пропускам. Экскурсий туда тоже, уж извините, не водят. Даже меня не пускают в кабинет отца, хотя я в данной структуре не последний человек. Нужно инициировать служебное расследование. Я буду требовать, чтобы сотрудников департамента, в котором служил мой папа, проверила Служба Безопасности. Как хорошо, что сегодня приезжает Миха. В московском МИДе он своей и уж точно как-нибудь проведет меня в кабинет.

Хорошо, предположим, что Дима действительно подставил Кирилла с убийством моего отца. Тогда, кто топит его бизнес? Пожалуй, это второй момент, который не дает мне покоя. Кто? Зачем? Как? Кирилл проиграл тендер. До сих пор не могу в это поверить. Шведов не проигрывает. Никогда. Ни при каких обстоятельствах. Даже если этот человек сломает ногу, то он будет вести переговоры из больницы. Он слишком упрямый. Собственно, почему я оказалась с ним в одной постели? Потому что Кирилл захотел, чтобы я его простила. Ладно, не простила, хотя бы попыталась. Сам факт, что этот человек добился перемирия в наших отношениях. Понимаете? Он не мог профукать свою очередную «сделку века». Не по Шведову это все. Предполагать, что Дима является виновником финансовых потерь Кирилла, объективно не стоит. Вряд ли кто-то станет ему помогать, зная о его судимости. Опасно. Опасно. И еще раз опасно. Никто не рискнет. Зачем рушить свою жизнь ради помощи этому психу?

Думай, Лера, думай. Кому еще мог насолить Кирилл? Кто его так сильно ненавидит? С учетом всего, что случилось между нами в прошлом, такое вполне могла подстроить я, но это точно не я. Как насчет моего отца? Верилось с трудом, однако версия рабочая. Нужно изолировать своих личных интересов и рассуждать холодной головой. Если это окажется домыслами, я порадуюсь. Если нет, подумаю как это пережить потом. На данный момент ясно, что Кирилл не убивал. Он просто оказался не в том месте и не в то время. По всей видимости, учитывая прошлый конфликт, его подставил Дима. Теперь кто-то пытается разрушить бизнес Кирилла. Вряд ли это дело рук Димы. Слишком очевидно. Вот мой папа вполне мог, чтобы отомстить за меня. Боже, я рассуждаю как следователь из детективного сериала.

Я присела на диван и начала массировать виски. Голова пухнет. Столько вопросов, и так мало ответов. Я нашла на столе свой телефон. Черт, Миха звонил. А который час? Полдень!? Ну, нет. Шведов. Бесит! Я поняла, что надо звонить детективу. Или? Ой, блин. Мне же досье на каждого еще вчера прислали. Следом за мной в гостиную затащился Кирилл:

— Ради чего ты покинула нагретое местечко?

— Ноутбук есть? — выплюнула я, ничего не объясняя.

— Есть. Нести? — кивнул Кирилл, томно вздохнув.

— Ты даже не спросишь, для чего он мне нужен? — многозначительно хмыкнула я, хитро улыбнувшись уголком рта.

— Когда ты так улыбаешься, лучше не спрашивать. Ты что-то задумала, моя хитрая Зайка. — прекрасно прочувствовал ситуацию Кирилл.

— Да, именно. Неси компьютер и садись рядом. — бросила я и осталась дожидаться Шведова в гостиной.

Кирилл вернулся быстро с включенным ноутбуком. Я ввела логин и пароль от своей личной почты, нажав на флажок «чужой компьютер». Читать будем вдвоем. Все-таки в Москве меня не было уже давно, зато Шведов здесь проживает постоянно и в курсе того, чего не хотела слышать я. Мнение это человека сейчас играет роль. Плюс, теперь я более чем уверена, что он не убийца.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Зайка, сейчас обидно было. Ты меня подозреваешь! — огорченно выдал Кирилл, когда заметил у меня на почте досье.

— Уже нет. Это для общего развития. Если хочешь, закажи у детектива и на меня тоже такую папочку. — отмахнулась я и открыла файл с названием «Ирина». — Начнем? Сейчас мне важно знать, что ты сам об этом думаешь. Вдруг слышал какой слушок.