Допустимый брак - Лина Инарина

Действительно стало намного лучше — вернулась способность концентрироваться, память стала почти что прежней. Правда работать как раньше пока не получалось — от длительного перенапряжения начинала болеть голова, постепенно выработался ритм — завтрак, работа, плаванье в домашнем бассейне, обед, работа, прогулки по саду, иногда брала с собой телефон, болтала с Сашей, потом с кем-нибудь из друзей.

Только на вторые выходные после больницы решилась выбраться из дома. Саша предложил проверить Лизу.

— Почему именно ее?

Жених замялся, выдумывая отмазки, хотя все было ясно. Не доверял Лизе — она живет как хочет, меняет парней как чаще, чем нижнее белье. С его точки зрения — идеальная кандидатура в предатели. Из-за нее пару раз поругались.

В этот раз отвертеться от проверки не удалось — место выбрано идеально. В городе открылся новый СПА-комплекс — шикарный, она сама видела рекламу. Мраморные стены, бассейн под стеклянным потолком, хамам, финская сауна и двенадцать видов массажа.

«Лиза обязательно клюнет». Однако была загвоздка — для компашки выделят отдельное помещение, из посторонних только банщики и массажисты.

— А где там соблазнительница пристанет?

— Спокойно, солнце, спокойно. Я все предусмотрел. Вечером в баре будет шоу в честь открытия. Будут разыгрывать абонементы в СПА. Не забудь рассказать об этом своей подруге.

— Этому тебя в Сицилии научили?

Саша лишь укоризненно покачал головой. Причин отказаться не было, повода начать скандал — тоже, пришлось звонить.

Глава 70

Разумеется, Лиза согласилась пойти на открытие. Договорились встретиться прямо в СПА, подруга, как всегда, опаздывала. Пришлось ждать. Они уселись на низкий диванчик с ярко-синей обивкой, расшитой золотым орнаментом, стена позади мраморной стойки ресепшена сияла золотом.

Они ждали втроем, пришлось брать с собой и Мальвину, за столь тяжелую работу она потребовала плату — абонемент на один вечер для двоих.

— Меня девушка ревнует.

— Да что ты говоришь?! Мне казалось, она за человека меня не считает.

— Что?!

Ника скривилась, вспоминая как Полли потащила знакомиться. Случилось это после того как в клубе к ним подвалила девка с наполовину обритой головой, на другой половине росли длинные фиолетовые волосы. Незнакомка окинула Веронику недобрым взглядом и спросила:

— А где Юля?

— Пишет кандидатскую.

— Ясно, — процедила сквозь зубы фиолетоволосая, еще раз зло глянула на Нику и скрылась.

На следующий день Мальвина потребовала приехать в их уютное гнездышко. Вспоминать о знакомстве было неприятно.

— Она устроила соревнование по чтению стихов, — нехотя проговорила Вероника, глядя на золотую стену напротив. — Когда выяснила, что я не знаю ни одного, глянула на меня, как учительница литературы на двоечника.

— Один ты все же прочла.

— Ой, все!

Полина откинулась на спинку диванчика и продекламировала:

— Наша Таня громко плачет.

Уронила в речку мячик.

Таня, Танечка, не плачь —

Не утонет в речке мяч.

— Это так трогательно, — Саша обнял Веронику за плечи.

— Мне его папа прочел. Давно еще, в детстве… Я тогда упустила мяч в море. Мне он так нравился — веселый такой, розовый, — вспоминала она вслух. Ника настолько сильно привязалась к нему, что придумала имя Аяблик… Сейчас уже не вспомнить почему именно Аяблик, но сам мячик помнила так хорошо, будто вчера держала его в руках. — Я взяла его с собой купаться и не удержала.

Полли фыркнула, поэтому не получилось закончить историю, — отец сказал, что мячику понравится скакать по волнам, он подружится с дельфинами и все у него будет хорошо. Вероничка потом каждый вечер бегала к морю — ждала, когда мяч вернется с новыми друзьями. Если бы они сидели вдвоем с Сашей, она, конечно, рассказала бы, как плакала, когда пришло время уезжать, Аяблик вернется, а ее нет. Она была уверена, что он обязательно вернется. Да, можно было бы многое бы рассказать, но тут сидела эта Мальвина и презрительно кривила кукольные губки, поэтому Ника резко бросила:

— Зачем мне стихи?

— Моя мама любит стихи Бродского, — сказал Саша, поглаживая её плечо.

— Правда? — Вероника не надолго задумалась, потом сказала. — Пришли мне книжку. Мне докторша советовала стихи учить для памяти.

— И не забудь отметить мамины любимые, — ехидно посоветовала розоволосая вредина.

— Я не знаю, какие она любит.

Полли закатила глаза.

— Ты прям как маленький! Найдешь потрепанную страницу и сфоткай. Тогда и книгу покупать не придется.

— Женщины!

Вероника показала большой палец. Саша глянул на нее, от души расхохотался, притянул и чмокнул в висок. Она почувствовала, как расплывается в дурацкой улыбке. Тут дверь распахнулась: появилась Лиза в новеньком красном плаще.

— Привет, мои хорошие!

Она по очереди расцеловались со всеми.

— Вероника! Ты прекрасно выглядишь!

— Ага, — кивнула она. — Учитывая, что недавно разбилась.

Подруга укоризненно глянула.

— Да ну тебя! Полиночка! Какая у тебя кофточка!

Полина была в очередном корсете, на этот раз в бледно-розовом с черной шнуровкой, ее юбка напоминала облако на рассвете.

— Сашенька! Ты такой молодчинка! Как замечательно, что ты нас сюда пригласил! — она обвела взглядом холл. — Мне здесь все нравится!

— Очень рад. Надеюсь, мы хорошо проведем время.

Девушка с ресепшена приняла ее плащ, отдала взамен номерок. Впереди ждал хамам, украшенный роскошной мозаикой, стены лазурные со сложным орнаментом. Играла томная восточная музыка, влажная жара пахла розовым маслом. Через пятнадцать минут их повели в соседнюю купальню, украшенную белой мозаикой с золотым орнаментом. Смуглые коренастые банщицы обмазали их воздушной пеной и принялись бить мочалками. Через пять минут белая пена стала бежевой, потом коричневой.

— А я ведь принимала душ, — задумчиво сказала Вероника, глядя на клочки пены, что летели с нее.

Полина хихикнула, Лиза оглядела, что с нее натекло, и тоже рассмеялась, улыбались банщицы:

— Раз в месяц в хамам ходить надо. До ста лет красавицами останетесь.

— Было бы прекрасно, — пропела Лиза.

Полли фыркнула. Вероника вдруг осознала, что