Тайные тропы Бездны. Книга вторая - Валерий Шалдин

они обсуждают вполне серьёзно. О местной неизвестной мафии они старались много не распространяться, но в их словах проскальзывали нотки гордости за свою неуловимую мафию. Другого толкового в их посёлке и нет, кроме мафии.

Загорулько особо не верил всяким бредням, что трендят его пассажиры, но сегодня понял, почему в его автопредприятии несколько шоферов по секрету ему признались, что в это Жупеево даже полиция не показывается, а комаровцы стараются туда под вечер не ездить: вот поэтому приезжему Загорульке и вручили этот злосчастный маршрут, ибо местным ссыкотно. Сегодня Загорулько проклял тот день, когда сел за баранку этого пылесоса на колёсиках, и стал ездить в Жупеево. Понял он, почему некоторые комаровцы качали головой, когда узнавали, что Загорулько уже целый месяц катается в Жупеево и ещё живой.

Василий Трофимович, честно говоря, особо не парился, что его считают чуть ли не смертником и особо не волновался. Думал преувеличения. До сего дня так и думал. Вернее до утра, когда прямо на трассе ему открылась удивительная картина: человек с автоматом, стоящий возле изрешечённой машины, а вокруг него валяется куча трупов. Судя по восклицаниям пассажиров — этот человек как раз тот самый Чекмарёв, ну, который главарь мафии.

— Смотрите бабоньки! Хозяин сам лично проводит контроль, а мы тут катаемся, мешаем ему работать, — со знанием дела высказалась одна пассажирка роста высокого, упитанная, на вид лет пятьдесят.

— А трупов-то, трупов, — завизжала другая бабонька. Эта сама выглядела, как колобок и лицо имела круглое. — И все такие крупные, как на подбор.

— Дихлофосу плевать на размер таракана, — объяснила ей третья пассажирка, имеющая выдающийся размер сисек.

Через пару секунд Загорулько понял, о каком таком «контроле» говорила крупная тётка. Водиле как-то резко поплохело. Ещё он понял, что на него очень нехорошо смотрит один из пассажиров, которого все звали дядя Володя. Подозрительно нехорошо смотрит. Выражению лица этого пассажира могли бы позавидовать Кинг-Конг вместе с Годзиллой. С другой стороны, как ещё на честного водилу, увидевшего лишнего, смотреть местным отморозкам? Я для них, как вертолёт в сауне, особо им не нужен. И что теперь делать? Сдаться в полицию? Так говорят, местную мафию прикрывает волосатая рука из области, которая и на полицию надавит, и загривок местной власти больно почешет. Что этой мафии какой-то водила автобуса?

Ну, всё, приехали! Если для пассажиров автовокзал — конечная станция, то для шофёра корячилась, как минимум, психлечебница. В конечном пункте маршрута Загорулько высадил своих пассажиров и судорожно стал искать в кармане пиджачка сигареты. Это дело надо перекурить, чтобы приглушить влияние гормонального коктейля в крови. Вот только, оказалось, что не все пассажиры покинули салон, а остался в салоне тот самый дядя Вова, что нехорошо посматривал на водилу. Ух, и морда у этого дяди Вовы — настоящий каторжанин и потомственный рецидивист. Он, к ужасу Василия Трофимовича перебрался к нему поближе, плюхнулся на потёртое кресло, покосился на бедного Загорулько нечитаемым взглядом и нахмурил свои седые брови.

— Курение убивает, — мрачно высказал свою мысль мужик. От таких напоминаний о вреде курения, сигарета выпала из дрожащих губ Загорулько. — Чпок и нет человека. И никто не узнает, где могилка его.

— Почему не узнает? — затравленно прошептал Загорулько.

— Потому, что болота большие: весь Комаровск можно там утопить, — просветил шофёра в местные реалии высокий и здоровый мужик с бандитской физиономией. — Знаешь, что такое «система ниппель»: туда — дуй, оттуда — …, ничего не выходит, — он криво ухмыльнулся, продемонстрировав Загорулько свои большие зубы.

К чему он это говорит — совсем запаниковал Загорулько. От таких намёков слабость в членах возникает, и резко обостряются хронические заболевания. Впрочем, от заболеваний можно и не помереть, судя по дальнейшим словам этого злого дяди Володи.

— Это называется по-научному дилемма, ага. Между «очень хочется» и «нельзя», — стал популярно объяснять водиле прописные истины дядя Володя. — Хочется индивиду покурить сигарету, но нельзя, потому как ему надо помнить о болотах, ибо можно так накуриться, что заблудишься на болотах и привет большой семье. Вот, бывало, идёшь по болоту и дышишь полной грудью прокисший воздух топей, которые квакают, хлюпают, жужжат комарами, а также булькают и смердят. Красотища…

— Это я к тому, что, например, подойдёт к тебе вдруг некто и поинтересуется: «А скажи мне, мил человек, есть ли у тебя желание выкурить сигаретку? Давай гражданин водитель автобуса покурим с тобой и обсудим конкретно некоторые детали, что ты мог любопытного видеть на трассе».

Дядя Володя говоря это, внимательно изучал реакцию водилы на его слова. Тот молчал и потел.

— Что должен тогда ответить этому излишне любопытному «некто» честный водила? — вопросил дядя Володя и сам же ответил:

— Честный водила должен сказать, что не курит и, вообще, занимается спортом. Как считаешь, я прав?

Загорулько, загипнотизированный взглядом матёрого каторжника, хрипло произнёс:

— Скажу, что не курю и занимаюсь спортом. Лёгкой атлетикой.

От такого ответа дядя Вова пришёл в полный восторг, и с умилением произнёс:

— Я всегда знал, что нужно давать хорошему человеку второй шанс, но никогда не давать третий. Ты, я смотрю, мужик свой в гробовую доску. Наш человек до тапочек. На лету сечёшь фишку. Надо же — лёгкой атлетикой занимаешься. У нас в Жупеево как раз открылся новый спортивный клуб кому за тридцать, так ты можешь в него ходить. Знаешь, какие тётки там занимаются. У, брат! Значит, узнаешь! Скажешь тренеру просто, что пришёл от дяди Вовы и всё такое, там поймут. Ну, бывай, спортсмен и не затягивай с этим делом. И помни, что твоё будущее пока ещё покрыто мглой и пеплом. Держись за спорт и всё такое, ага. Влага осядет росой, а пепел удобрит землю. Короче, взойдёт богатый урожай. Мысль уловил?

Новоявленный спортсмен, после окончания разговора, больше походил на рыбу, которую только что достали из воды: мокрую, скользкую и задыхающуюся. Как-то не очень радовал гражданина Загорулько выданный ему второй шанс. Третьего шанса, сказали не дадим и даже про пепел намекнули. Ага, не утопят, так сожгут ироды. С этих станется.

Глава пятнадцатая

Стало доброй традицией — раз в месяц в посёлке Жупеево встречались три незаурядные личности. Один из троицы — это всем известный главный врач местной больницы доктор Бутенко Роман Яковлевич. Второй участник встречи — ярый коммунист с незамутнённым классовым сознанием — товарищ Найдёнов Вилен Кимович. И, наконец, третий человек — это сам директор городского кладбища незабвенный Мохов Иван Трофимович. Все эти три гражданина являлись депутатами, следовательно, законодательной властью в