Мы обнимем смерть - Девин Мэдсон

Во главе кавалькады бок о бок скакали Гидеон и светлейший Бахайн, а я следовала за ними, как верный сторожевой пес, каким и была. Несмотря на дождь, сменяющийся с проливного на морось и обратно, я воспрянула духом из-за того, что снова в седле. Итагай много дней провел взаперти в конюшне, его выпускали только на короткие пробежки, когда позволяла погода, а в остальное время он был предоставлен самому себе. Я была слишком поглощена новыми обязанностями и оставила его на попечение Локлана, но когда в ушах засвистел ветер, он унес с собой и чувство вины. Мы могли от многого отказаться ради нового дома, но никогда не откажемся от лошадей. Никогда. Лошади у нас в крови.

Мы скакали под дождем до вечера, переходя с галопа на шаг. От лошадей поднимался пар, но они почти не устали по сравнению с покрытыми пеной и поникшими кисианскими клячами.

– Капитан.

Я обернулась так резко, что прострелило шею.

– Что?

Ясс прискакал ближе, лицо под козырьком капюшона оставалось в тени. Ручейки воды, стекающие по промасленной ткани, напоминали тонкие трещины в камне.

– Ничего такого, капитан, просто хотел поговорить.

Вокруг нас болтовня смешивалась с вездесущим стуком копыт и дождя. На повороте петляющей дороги Ясс поравнялся со мной. Он и без седла был хорош собой, а верхом просто неотразим. В седле даже и не скажешь, что он на полголовы ниже большинства левантийцев.

– Так говори, – отозвалась я.

– Что ты думаешь об этой внезапной свадьбе?

Я покосилась на него.

– Я думала, ты просто хотел поболтать от скуки.

– Это тоже можно. Вообще-то, я тут подумал, что хорошо бы организовать площадку для игры в хойю. Многие Клинки будут рады поиграть, даже под дождем.

Я кивнула.

– Думаю, Гидеону выкрутили руки, – ответила я достаточно тихо, чтобы никто не подслушал. – Не уверена, что он хочет жениться на госпоже Сичи, хотя и твердит о важности этого союза.

– Считаешь, он предпочел бы жениться на императрице Мико?

И снова он удивил меня совпадением наших мыслей, я опять кивнула:

– Да. Он ничего не сказал, но…

Ясс подвел лошадь так близко, что наши колени соприкасались.

– Я слышал, после взятия Мейляна пропало двадцать пять Клинков Охт, а капитан Йисс совершенно не обеспокоена, словно никто из Охтов не дезертировал.

Я уставилась на него.

– Думаешь, они ищут императрицу?

Ясс пожал плечами.

– Когда я об этом узнал, то задумался, с каким заданием их послали, но мне ничего не приходило в голову. До сегодняшнего дня.

Это выглядело разумным. Даже светлейший Бахайн не мог отрицать, что женитьба на императрице Мико – лучший вариант для империи. А если он пытался… Быть может, Гидеон хотел заточить ее в безопасном месте и жениться, когда будет чуть меньше зависеть от герцога. Я недостаточно разбиралась в политике, чтобы понять, как это происходит, но поспешная женитьба Гидеона сразу после того, как императрица ускользнула из рук Бахайна, это не совпадение.

– Вот я и гадаю, на какие уступки ему придется пойти, женившись на племяннице Бахайна, – продолжил Ясс. – Я не знаю, как устроены кисианские семьи, но наверняка это даст Бахайну дополнительные рычаги влияния и уверенность, иначе почему он так напирал?

Разумные слова, но от его шепота мне стало не по себе.

– Зачем ты мне все это говоришь? – спросила я, бросив на него испытующий взгляд из-под капюшона.

– Потому что ты мой капитан и мне не все равно, что происходит с императором, но если ты передумала и не желаешь обременять себя моими необдуманными мнениями, я приберегу их для себя.

Я тянула с ответом, ожидая, что он вот-вот отступит, но нет.

– И честно говоря, – добавил он после долгого молчания, – в последние дни старые друзья наводят на меня скуку. Мне больше не интересно вспоминать удачную охоту и болтать о старых добрых временах. Мне хочется создать новые воспоминания. Здесь.

Я не могла не заметить его многозначительный взгляд, но промолчала. Порой он казался таким юным и неловким, а иной раз серьезным, и я поняла, что не могу в нем разобраться, не могу определить ни его возраст, ни намерения, ни характер – ничего, помимо предательского зова собственного тела, желания снова быть с ним.

К счастью, прежде чем мое молчание могло показаться грубостью, Гидеон перешел на галоп, и Итагай последовал за ним, лишив нас возможности продолжить разговор.

* * *

Там оказалось так много ступеней. Я думала, что храм стоит у дороги, и не ожидала, что придется карабкаться пешком на гору, но Куросима, видимо, был особенным местом. Мои Клинки недовольно ворчали, спешиваясь на окраине тихой деревушки. Жители настороженно рассматривали нас.

Дождливый день клонился к закату. Деревня Куросима стояла в укромной лощине в окружении густого леса, реки на востоке и горы на юге и выглядела как нетронутое, священное место. Несмотря на ворчание, Клинки понизили голоса, словно боялись потревожить мертвых.

Когда я спрыгнула с Итагая, ко мне подошла Нуру.

– Здесь две лестницы, – сказала она без предисловий. – Обе ведут к храму наверху, других путей нет. Его величество должен подниматься по одной лестнице, а госпожа Сичи – по другой. Пошли половину Клинков на каждую сторону, а пятерых или шестерых оставь здесь с лошадьми.

Выслушав ее короткие и компетентные приказы, я пригвоздила ее к месту взглядом. Нуру тоже посмотрела на меня и выдержала довольно долго, в ее юном лице было слишком много самоуверенности. Но она была всего лишь седельной девчонкой, до сих пор не заклеймена Клинком, и в конечном счете она отвернулась, пробормотала «капитан» и сжала кулаки в приветствии.

– Это приказы его величества.

Не дождавшись ответа, она надулась и ушла, снова вернувшись к образу той девушки, которую я уже привыкла видеть порхающей вокруг в кисианских нарядах.

– Как… занятно, – сказал Ясс, осаживая лошадь рядом.

Остаток пути он проскакал подле меня, хотя мы уже не могли разговаривать.

– Да, – согласилась я, осматриваясь.

На поляну подтянулись все остальные. В отличие от Нуру, Локлан не забыл о наших традициях и скакал позади, присматривая за лошадьми, находящимися на его попечении. Он даже откинул капюшон, чтобы тот ничего не загораживал.

– Останешься с лошадьми, – велела я, когда он приблизился. – Дальше мы пойдем пешком, так что выбери человек пять, чтобы остались с тобой. Полагаю, кисианцы поступят так же.

– Да, капитан.

– За их лошадьми тоже присмотри по возможности, – добавила я. – Не хочу застрять здесь на ночь из-за того, что лошадь госпожи Сичи сбежит.

– Да, капитан. С твоего разрешения я возьму Массаму и Яфеу. Они не способны долго идти пешком.

– И Сенет тоже, – вставил Ясс. – Ее беспокоят колени с тех самых пор, как мы выступили на юг.

Я кивнула.

– Узнай, может, еще кому-то будет тяжело подниматься по лестнице, и оставь их охранять лошадей. Остальных мы разделим. Я поведу половину по одной лестнице. – Ясс кивнул, и, прочитав на его лице решимость идти со мной, я добавила: – А ты поведешь другую половину по второй лестнице.

– Я?

– Да, почему бы и нет.

– Я не из гурта Яровен.

– Да, но ты Клинок императора, а значит, такого же ранга, как и все другие мои Клинки, Яровен ты или нет. Кека в Когахейре, Локлан будет внизу, и здесь нет Ладони, из которой я могу выбрать. Так что это будешь ты. Давай, забирай свою половину. Ты пойдешь с госпожой Сичи. А я с Гидеоном.

Не дав ему возможности возразить, я пошла к Клинкам, уже разделившимся на два отряда. У подножия лестницы стоял Гидеон и разговаривал с человеком в длинном светлом халате, но не таком, как носил Лео, а подпоясанном в кисианском стиле. На нем не было дождевика, и ткань промокла насквозь.

Госпожу Сичи в дождевике едва можно было выделить в толпе людей, стоящих у подножия другой лестницы. Ясс присоединился к ним с половиной Клинков и, несмотря на присутствие светлейшего Бахайна, не стушевался. Он зашагал прямо в центр группы, и, хотя для левантийца был низкорослым и коренастым, возвышался над герцогом, положив ладони на сабли.

Я выдавила улыбку и стала ждать Гидеона.

– Какой высоты лестница? – спросила подошедшая ко мне Тафа эн’Охт.

– Понятия не имею, но если кисианские священники могут