Бег по лезвию клинка - Владимир Михальчук

Суета сует и не более того. Выйти за пределы компьютерного центра было легко и просто. Сложно станет сейчас, когда придется столкнуться с неведомой мне пока Ирреальностью. Даже Лио знала о ней не слишком-то и много, хотя видела пару раз ее проявления. Объяснить же закономерности — это без нее… Да и без всех прочих. Закон тут один — полные хаос и алогичность, возведенные в степень высокого уровня магического воздействия на окружающее.

Посмотрим. Увидим.

Глава 20

Из истории Игры

«К сожалению или к счастью, история не донесла до нас имя этого человека. Нет, не человека. Это был самый кровожадный монстр из всех, кого только родила наша планета. Будем называть его просто Он, поскольку твердо знаем, что Он был мужского пола.

Когда Он родился, подозреваем, его мать покончила жизнь самоубийством, а отец скончался от хронического алкоголизма. Мы не можем утверждать, что Он болел расстройствами психики, но уверены, что здоровый человек не может стать вопреки планам создания общемировой Республики. Только больной олигофрен не видит светлого будущего и несомненной пользы в объединение народов в один, правильнее сказать — однородную интернациональную массу, в Человечество.

Неизвестно, каким образом Он обрел популярность и был избран главой одного из Среднеазиатских государств. Но без сомнения, он прошел по головах каждого, кто не хотел видеть на престоле этого мерзкого ублюдка. Его пути — дороги обмана и злобной кровожадности. И никто не смог ему помешать — в руги Его попала страна, в арсенале которой имелось ядерное оружие.

Государство, которым правил Он каким-то образом вышло из общемировой экономики, созданной славными вольными строителями. Он наплевал на все кредиты и договоренности, отозвал всех послов и шпионов, закрыл страну от вмешательства извне. Территория этого безымянного государства стала непроницаемой от наблюдения со спутников. Во всех городах были казнены бесстрашные разведчики других государств. Он готовился к противостоянию.

На всех митингах, которые транслировались по сети (в те времена она называлась «Интернет»), Он говорил одно и то же. Что каждый имеет право на свободу личной жизни, имеет право финансово не зависеть от, по его словам «кровососов-банков». Его лживые речи сообщали о том, что каждый человек — индивидуум, и в этом его человечность. Мы не можем, поскольку глубоко оскорблены подобными высказываниями (особенно теми, в которых Он называет мезанов — вампирами человечества, пытающимися захватить мировую власть), воспроизводить эти цитаты. Можем сказать одно: этот проклятый всеми нами человек проповедовал величие нестандартной жизни.

Мировые лидеры, среди которых не осталось никого, кто бы не принадлежал в секретному обществу, объединились против Него. Разрабатывались стратегии устранения Первого Нестандарта, как мы его называем. Лучшие ученые создали вирус, который должен был уничтожить всех жителей только Его страны и не затронуть государства союзников. Но это было потом, а пока ядовитые речи нестандарта гуляли по миру.

Его не дупускали ни на телеканалы, ни на радио. Печатная продукция, пиратским образом изданная в Его стране, изымалась и сжигалась сразу же на границах, вместе с Его проповедниками. Но сеть «Интернет» тогда никто не смог контролировать, это и стало началом конца…»

Отрывок архивной записи послевоенных годов, год архивации неизвестен,

Обнаружен в руинах Большой Детской Библиотеки г. Канзас-город (территория бывшей Северно-Центральной Америки)

Мегаполис, понедельник, восемнадцать часов сорок минут. Игра продолжается.

Ирреальность… Простое слово, если ты сам не видишь его сущности. Стоит посмотреть на самые невинные проявления иного восприятия действительности, и ты в лучшем случае окажешься в состоянии полного недоумения. А есть и НЕбезобидные особенности, которых здесь и сейчас на порядок больше.

Коридор дышал. Я не обмолвился! Стены вздымались и вновь опадали, двигаясь в строгом ритме и прогоняя сквозь себя… Воздух? Нет, это было бы слишком обычно для нагрянувшего безумия. Вереницы плывущих по воздуху муравьев, каждый из которых был размером в несколько раз больше, чем им положено быть. И чувствовали они себя комфортно и где-то даже деловито. Объектом же их делового интереса был полуобглоданный труп. Они деловито откусывали по кусочку и с почетным трофеем вновь исчезали в стенах.

Любого простого человека подстерегала печальная участь оказаться кормом для обитателей невидимого муравейника. Вот и на послушно держащегося в арьергарде компьютерщика уже набросились несколько заготовщиков фуража, клацая челюстями. А ведь соображают мураши на инстинктивном уровне. Бросились на самого безобидного, магией никоим образом не владеющего.

На вскрик Макса моментально отреагировала Лио, подогрев воздух вокруг нас до температуры, относительно нормально переносимой нами, но чреватой для насекомых. Мгновение жара, как в сауне, и тут же вновь все возвратилось на круги своя. Только тихий шорох осыпающихся на пол скукоженных трупиков…

— Все оказалось проще, чем я думал.

— Вредно думать в таком направлении, Крест. Это даже не цветочки, только общий набросок пейзажа.

Подобная фраза порадовала не слишком, то есть вовсе не порадовала. Вместе с тем стоило признать правоту Пламенеющей и ускорить ход. Возглавляющий процессию Следопыт снижать темп не собирался. Надеялся прорваться быстро? Быть может. Проскочить хотя бы часть из стоящих на пути преград? Гораздо более вероятно.

Спазматическая пульсация коридора на миг прекратилась. Пространство словно вывернулось наизнанку, и стены раздвинулись до габаритов солидного зала. О как! Зеркальные стены, потолок из сверкающего оникса и ледяной пол. Последнее особенно мерзко особенно для меня. С детства ненавижу скользкие поверхности, потому как много раз падал при гололеде. Хоть и научился относительно прилично держаться на ногах при самых мерзких условиях, а воспоминания далекого детства все равно остались. Неприятные шуточки, они всегда такие запоминающиеся.

Ускорившаяся было Киара затормозила, выпустив когти и протестующе мяукнув что-то на своем кошачьем наречии. Понимаю, а кому сейчас легко? Уж точно не мне, да и у Лио настроение преотвратное. Точно не из-за льда под ногами, такой мелочью мою красавицу не проймешь. Ее явно насторожили зеркала, хотя причина оставалась загадочной.

Ну какой смысл бояться зеркал? Я ведь не красна девица, для которой отражение поутру может принести больше болезненных ощущений, нежели игла под ноготь. К тому же при желании тюк по зеркалу… Тогда только хрустальный звон осыпающихся на пол осколков да пустая рама напомнят о существовавшем когда-то предмете. Или я все упрощаю?

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});