Лавкрафт. Я – Провиденс. Книга 2 - С. Т. Джоши

имя приведено в «Ужасе» Артура Мэкена (1917). Впрочем, самая любопытная деталь заключается в том, что Данвич в Англии скорее похож на лавкрафтовский Инсмут, разрушающийся морской порт, чем на американский Данвич, далекий от моря. Тем не менее вполне вероятно, что он мог позаимствовать у английского города одно только название. При этом в Новой Англии полно городов с именами, оканчивающимися на «-вич» (например, тот самый Гринвич в Массачусетсе, который расселили, чтобы освободить место под водохранилище Куаббин).

В Weird Tales, что вовсе не удивительно, сразу выкупили «Ужас Данвича» (за этот рассказ Лавкрафт получил двести сорок долларов, и это самый крупный из всех его гонораров за оригинальную художественную прозу), и когда в апреле 1929 года номер с этим произведением вышел в печать, читатели были в восторге. А. В. Першинг, хваставшийся тем, что читал «„настоящих“ авторов вроде Шекспира и По», писал: «По моему мнению, Лавкрафт обладает поразительной, чуть ли не сверхчеловеческой способностью физически переносить вас внутрь сцен своих бесподобных „ужасов“, предоставляя изысканное удовольствие от возможности „прожить историю вместе с героями“». Бернард Остин Дуайер, друг Лавкрафта, мимоходом восхваляя работы Кларка Эштона Смита и Уондри, заявлял: «Не могу подобрать слов, чтобы выразить восхищение девственностью [sic] его задумки – странной, эксцентричной, небанальной и приносящей удовлетворение глубиной ярких образов и фантазий, которые в нашей повседневной жизни кажутся не менее причудливыми, чуждыми и страшными, чем лихорадочный сон». Эти два письма опубликовали в июньском номере 1929 года, а в августовском выпуске Э. Л. Менгшоел задал вопрос, волнующий многих: «Я хотел бы спросить [Лавкрафта], не существует ли в действительности эта старинная книга под названием „Некрономикон“, упомянутая в „Ужасе Данвича“». Эти и другие комментарии, к сожалению, подтверждают, что Лавкрафт абсолютно не обращал внимания на мнения так называемого «„Орлиного гнезда“ – атакующего пролетариата»32.

В остальном 1928 год прошел спокойно. Ближе к зимеЛавкрафт написал стихотворение, которое сохранилось под двумя названиями. Оригинальная рукопись озаглавлена «К утонченному молодому джентльмену в подарок от его деда вместе с томом современной литературы», а в письме к Морису Моу указано другое название: «Послание к Фрэнсису, лорду Белнэпу, с томом Пруста в подарок от старика Льюиса Теобальда-мл.». Другими словами, Лавкрафт подарил Фрэнку Лонгу книгу «По направлению к Свану», первый том из цикла «В поисках утраченного времени». В стихотворении Лавкрафт показывает знание современных явлений, как популярных («Лишенный помпезности, как „Вулвортc“ и „МакКрориc“, / И высокого ума, как Vogue и Snappy-Stories»), так и более высокоинтеллектуальных («Кубист и футурист в одном флаконе / Достиг высот не меньших, чем Креймборг и Кокто»), однако все эти отсылки являются частью прелестной стилизации – или пародии – на язык восемнадцатого века. Стихотворение получилось чудесным.

Примерно в то же время появился рассказ «Ибид». В письме 1931 года Лавкрафт относил его к 1927 году33, но в соответствии с комментариями Мориса У. Моу его можно датировать 1928 годом. Впервые он упоминается в письме Моу от третьего августа 1928 года, когда он говорит о «восхитительной газете Spectator с потрясающей историей старика Ибида»34. И все-таки не стоит исключать возможность, что рассказ был написан намного раньше этого упоминания, поэтому 1927 год – тоже вариант.

Лавкрафт либо включил «Ибид» прямо в текст письма к Моу, либо отправил его в качестве приложения к письму, однако мне неизвестно, связан ли эпиграф («„…Как говорит Ибид в знаменитых «Жизнеописаниях поэтов»“. Из студенческой работы») к какому-либо утверждению из статьи, обнаруженной одним из учеников Моу. Впрочем, думаю, что это вполне вероятно. Так или иначе, Лавкрафт использует эту глупую историю, то ли реальную, то ли вымышленную, в качестве основы для ироничной «биографии» знаменитого ученого Ибида, который прославился вовсе не «Жизнеописаниями поэтов», а известным «Цит. соч., в котором сформулированы все скрытые тенденции греко-римских речений».

Однако на самом деле в «Ибиде» – третьем по счету юмористическом рассказе Лавкрафта после «Воспоминаний о докторе Сэмюэле Джонсоне» и «Прелестной Эрменгарды» – высмеивается не только глупость школьников, но и напыщенность академического образования. В этом смысле «Ибид» более актуален в наши дни, чем в то время, когда был написан. В произведении, где полно заумных, но крайне нелепых сносок, повествуется о жизни Ибида вплоть до его смерти в 587 году, а затем о судьбе его черепа (с античных времен до двадцатого века), который, помимо прочего, служил для помазания Карла Великого папой Львом. Лавкрафт выдерживает безупречно серьезный тон:

«Череп захватил рядовой Читай-и-Плачь Хопкинс, который вскоре обменял его у Покойся-с-Богом Стаббса на фунт свежего виргинского табака. Стаббс, отправив своего сына Зоровавеля в 1661 году на поиски счастья в Новую Англию (поскольку атмосферу Реставрации он считал губительной для благочестивого молодого землевладельца), дал ему с собой в качестве талисмана череп Св. Ибида – или, точнее, брата Ибида, так как все папистское вызывало у него отвращение. Оказавшись в Салеме, Зоровавель поставил его в шкафчик у камина в скромном доме, что он построил недалеко от городской водокачки. Однако влияние Реставрации настигло его и там – и, пристрастившись к азартным играм, юноша проиграл череп некому Эпенету Декстеру, свободному гражданину из Провиденса, который в городе был проездом».

Моу хотел отправить эту историю в American Mercury или другой подобный журнал, поэтому попросил Лавкрафта немного отредактировать рассказ, однако тот, по-видимому, не внес никак изменений, и в конце января Моу (к тому время уже перепечатав рассказ на машинке и послав его Лавкрафту) согласился, что произведение не подойдет для коммерческого журнала и «удовольствуется ограниченным частным тиражом»35. «Ибид» опубликовали только в 1938 году в любительском журнале O-Wash-Ta-Nong, редактором которого был давний друг Лавкрафта Джордж У. Маколей.

К концу года с Лавкрафтом связался составитель антологий Т. Эверетт Харре – он хотел перепечатать «Зов Ктулху» в сборнике «Бойся темноты!». Лавкрафт был вынужден обсудить этот вопрос с Фарнсуортом Райтом, ведь тот собирался использовать «Ктулху» как главное произведение в задуманном им сборнике. Как мы уже знаем, из более объемных произведений Лавкрафт отдавал предпочтение «Цвету из иных миров», но Райт, по всей вероятности, сделал выбор в пользу «Ктулху» – возможно, потому, что это произведение, в отличие от «Цвета из иных миров», выходило в Weird Tales. В любом случае Райт разрешил использовать рассказ для антологии – вполне вероятно, как уже начал подозревать Лавкрафт, редактор стал сомневаться, что издательство «Попьюлар фикшн паблишинг» когда-либо выпустит сборник произведений Лавкрафта.

Харре купил рассказ за пятнадцать долларов36 – неплохой гонорар за рассказ, который уже публиковался. Уондри усердно помогал