Запрещённая реальность. Книги 1-10 - Василий Головачёв

– Тогда понятно, почему он такой важный. В таком случае, у него есть деньги. – Тарас посмотрел на Марата, ошеломленного разворачивающимися событиями. – Сколько нам будет стоить ремонт?

Марат бросил взгляд на свою поврежденную машину.

– Да один бампер стоит полторы тысячи «зеленых»! Плюс блок-фара около тысячи… да плюс работа… всего три с лишним получится.

– Слышал? – повернул голову к охраннику Шейникиса Тарас. – Пошарь-ка по карманам, у тебя наверняка найдется требуемая сумма. Шеф потом возместит расходы.

– У меня только штука… – промямлил бугай.

– Тогда поищи у дружков.

Здоровяк наклонился над приходящим в себя водителем в черных очках, вытащил его бумажник.

– Тут две с мелочью… вот еще одна… всего три будет…

– Достаточно. – Тарас ловко выхватил деньги из руки охранника, протянул Марату. – Держи добровольный взнос, пока дают. Парни раскаялись.

Тарас выщелкнул обойму из пистолетов охраны и водителя, бросил оружие на асфальт.

– Забирайте свои грозные пушки, я сегодня добрый. А начнете шебуршиться, сдам всех мусорам, отсидите пару лет за ношение стволов. Кумекаете?

Охранник кивнул.

– Босс… тебя… по стене размажет… – сквозь зубы выговорил бугай в очках, сидевший на корточках.

– Передай ему, чтобы не мучился дурью, наживет крупные неприятности.

Тарас повернулся к охранникам Шейникиса спиной, взял под руку Марата:

– Поехали, спектакль закончен.

В кабине «Мерседеса» Марат окончательно пришел в себя, покачал головой, бросая восхищенные взгляды на невозмутимое лицо спутника.

– Я не предполагал, что ты знаешь такие приемчики. Где научился? В десанте?

– Я учусь этим приемчикам с детства. А когда долго занимаешься одним и тем же делом, в конце концов становишься профессионалом. Ты же стал теннисистом экстра-класса?

– Но то – теннис, а это – боевое искусство.

– Не имеет значения. Главное – для чего тебе то или иное знание. Я занимаюсь боем не для того, чтобы бить бандитам морды и крушить стены.

– А для чего?

– Мотивация у всех мастеров разная, но все сходятся в одном: жизнь – это иллюзия, реализующая борьбу страстей, и вся гамма техник должна всего лишь научить человека обходить эту борьбу, а не участвовать в ней. В идеале мастер должен не только эффективно противостоять атаке, но и предупреждать ее.

– Как это сделал ты?

– Я еще только учусь этому. Мой учитель вообще не допустил бы схватки. Его девиз: совершенствование боевого искусства – оптимальный способ познания самого себя. Поехали, не жди продолжения. Эти мальчики сейчас опомнятся и вполне способны наехать еще раз.

Марат тронул машину с места, вывел на дорогу.

– Пожалуй, я позанимался бы единоборствами под твоим руководством. Возьмешь в ученики? Я когда-то в детстве боксом занимался.

Тарас улыбнулся.

– Ты уже не раз делал подобные заявления, а потом укатывал за границу.

Марат виновато шмыгнул носом.

– Турнирная сетка… я участвую в двух-трех десятках соревнований в год. Но вот увидишь, составлю график и буду приезжать заниматься борьбой.

– Поживем – увидим. Однако больше не конфликтуй ни с кем по пустякам, особенно с такими жлобами, как эти. Есть железное автодорожное правило, оно работает и в обычной жизни.

– Какое?

– Правило «трех Д»: дай дорогу дураку. Останови, я выйду, предпочитаю свою машину нигде не оставлять.

Марат засмеялся, притормозил.

– Я совсем забыл, что ты на своей тачке. Спасибо за урок, дядя Тарас. – Он снова прыснул.

– Будь здоров, племяш, – в тон ему ответил Тарас, вылезая.

Марат помахал рукой, вдавил педаль газа, и «Мерседес» исчез в переулках Садового кольца. Тарас проводил его взглядом, вернулся к «Вольво», мечтая уехать тихо и мирно. Продолжать выяснение отношений с бензиновыми мафиози не хотелось.

Ему повезло.

У «Континенталя» «шестерок» бензинового короля Юго-Западного административного округа Москвы господина Шейникиса уже не было. Тарас вздохнул с облегчением, завел двигатель, расслабился, и ему вдруг показалось, что на него сверху насмешливо посмотрел кто-то огромный, как планета, и черный, как бездна.

Глава 4

МОЖЕТ БЫТЬ, ПОДОЖДЕМ?

Звонок телефона раздался в тот момент, когда Елисей Юрьевич открыл глаза: сработала интуитивная система оповещения об изменении обстановки. Секунду он вслушивался в тишину квартиры, автоматически определяя время – пять часов утра, – бесшумно встал, хотя жена уехала в Грозный и он уже вторую неделю жил один, можно было не бояться разбудить ее, накинул халат и прошел в гостиную.

Гость ждал его, сидя в кресле, не зажигая света, хотя рассвет еще только начинался и гостиная пряталась в полутьме. Телефонный звонок был лишь вежливым средством предупредить хозяина о своем появлении.

Гостем на этот раз был один из носителей тайного знания – Адептов Внутреннего Круга, занимавший в его иерархии место гептарха. Звали его Герардом, и отвечал он за Анналы Преемственности, или, иными словами, за отбор и инициацию учеников. Возраст его Елисею Юрьевичу был неизвестен, но он подозревал, что гептарх живет на Земле не одну сотню лет, хотя выглядит как сорокалетний мужчина. Уровень же его биоэнергетики был на порядок выше, чем у Елисея Юрьевича.

Одет гость был в серую хламиду, напоминающую рясу и плащ одновременно, которая скрывала фигуру.

– Прошу прощения за столь ранний визит, мастер, – сказал он, пожимая руку хозяину. – Плохие новости. Благодаря вмешательству эмиссара Монарха Госдума приняла закон об «Упорядочении систем образования» в стране. Фактически это означает дальнейшее выхолащивание русского языка, что накладывается на глобальную природоотрицающую деятельность человека и ведет к деградации общества по примеру Америки.