Сага Гарри Поттера - Джоан Роулинг

Хедвиг радостно ухнула Гарри с насеста на верху большого шкафа, а затем вылетела в окно; Гарри знал, что она хотела его увидеть перед охотой. Гарри пожелал миссис Уизли спокойной ночи, переоделся в пижаму и лег в одну из постелей. Внутри наволочки было что-то жесткое. Он вытащил оттуда клейкую фиолетово-оранжевую конфету, в которой узнал Рвотную пастилку. Улыбнувшись себе, он перевернулся и тотчас заснул.

Секундой позже (по крайней мере так показалось Гарри) он проснулся от чего-то, похожего на звук пушечной стрельбы; дверь в комнату внезапно открылась. Сидя и ища очки, он услышал, как открывают шторы, ослепительный свет ударил ему в глаза. Закрываясь от него одной рукой, он продолжал искать свои очки.

— Что просходт?

— Мы не знали, что ты уже тут! — услышал он громкий пробуждающий голос, а затем получил подзатыльник.

— Рон, не бей его! — сказал женский голос укоризненно.

Гарри наконец нащупал свои очки и немедленно надел их, хотя свет был настолько ярким, что он все равно почти ничего не видел. Длинная неясная тень дрожала напротив него всего секунду; он моргнул и наконец смог увидеть Рона Уизли, склонившегося над ним.

— Все в порядке?

— Никогда не было лучше, — ответил он, опять ложась на подушки, — а ты?

— Неплохо, — сказал Рон, подтянул к себе коробку и сел на нее. — Когда ты приехал? Мама только что сказала нам!

— Где-то в час ночи.

— С маглами не было проблем? Они тебя нормально кормили?

— Как и обычно, — ответил Гарри, когда Гермиона присела на перекладину кровати, — они со мной почти не разговаривали, но меня это устраивало. Ты как, Гермиона?

— О, я в порядке, — сказала Гермиона, изучающая Гарри, как будто он чем-то заболел. Он предполагал, что за этим скрывалось, но так как он не хотел обсуждать смерть Сириуса или другие неприятные темы сейчас, спросил, — Сколько времени? Я не пропустил завтрак?

— Не беспокойся об этом, мама несет тебе поднос; она считает, что ты выглядишь некормленным, — сказал Рон, закатывая глаза, — Так что произошло?

— Ничего особенного, я же только что вернулся от дяди и тети, разве нет?

— Да перестань! Ты же уходил с Дамблдором!

— Это было не так уж замечательно. Он просто хотел, чтобы я помог убедить этого старого учителя вернуться. Его зовут Горацио Слизнерог.

— О, — ответил разочарованный Рон, — мы думали…

Гермиона послала Рону предупреждающий взгляд, и он сразу же поспешил исправиться.

— Мы думали, что это будет что-то вроде этого.

— Правда? — спросил развеселенный Гарри.

— Да… да, теперь, когда Амбридж ушла, нам нужен новый учитель Защиты от Темных Искусств, разве нет? Так какой он?

— Он немного похож на моржа, и он привык быть деканом Слизерина, — ответил Гарри. — Что-то не так, Гермиона?

Она смотрела на него, как будто ожидаемые симптомы вдруг проявились. Она изменилась в лице и натянуто улыбнулась.

— Нет, конечно, нет! Так, гм, тебе Слизнерог показался хорошим учителем?

— Не знаю. Ну, думаю, хуже Амбридж он быть не может, верно?

— Я знаю кое-кого похуже Амбридж, — раздалось от двери. Младшая сестра Рона, сутулясь, вошла в комнату, она выглядела раздраженной. — Привет, Гарри.

— Что с тобой? — спросил Рон.

— Это она, — ответила Джинни, с шумом усевшись на кровать. — Она сводит меня с ума.

— Что она сделала теперь? — сочувственно спросила Гермиона

— Это то, как она со мной говорит — как-будто мне три года!

— Я знаю, — ответила Гермиона, понижая голос. — Она не замечает ничего, кроме себя.

Гарри был поражен от слов Гермионы о миссис Уизли и не мог винить Рона за то, что он вспылил:

— Вы не можете отстать от нее хоть на пять секунд?

— О, отлично, защищай ее, — сказала Джинни холодным голосом. — Все мы знаем, что ты не можешь ее добиться.

Эта фраза казалось странной по отношению к матери Рона. Чувствуя, что он что-то пропустил, Гарри спросил:

— О ком вы…?

Но ответ на этот вопрос появился раньше, чем он успел его закончить. Дверь в комнату открылась, и Гарри инстинктивно натянул одеяло до подбородка, так что Джинни и Гермиона скатились от этого на пол.

На пороге стояла молодая женщина, женщина такой ошеломительной красоты, что казалось, будто в комнате закончился воздух. Она была высокой и стройной, с длинными светлыми волосами и казалось, что она испускает серебряный свет. В довершение безукоризненности, она держала тяжело нагруженный поднос с завтраком.

— Арри, — сказала она хриплым голосом, — это было слишком долго.

Как только она поставила перед ним поднос, показалась миссис Уизли в своем фартуке, выглядевшая как после кросса.

— Не было нужды нести сюда поднос, я могла это сделать сама.

— Нет проблем, — ответила Флер Делакур, установив поднос у Гарри на коленях и, внезапно наклонившись, поцеловала его в обе щеки: он почувствовал, что места, к которым она прикоснулась губами, начали гореть. — Я хотела увидеть его. Помнишь мою сестру, Габриэль? Она никак не прекратит говорить об Арри Поттере. Она бы хотела еще раз с тобой встретиться.

— О… она тоже тут? — прохрипел Гарри.

— Нет, нет, глупый мальчик, — ответила Флер со звонким смехом. — Я думаю, следующим летом, когда мы… но ты не знаешь?

Ее великолепные голубые глаза расширились и она неодобрительно посмотрела на миссис Уизли, которая овтетила:

— Мы не нашли времени, чтобы им сказать.

Флер повернулась, взмахнув своими серебряными волосами так, что они ударили миссис Уизли по лицу:

— Мы с Биллом собираемся пожениться!

— О, — сказал Гарри невыразительно. Он не мог не заметить, что миссис Уизли, Джинни и Гермиона избегают смотреть друг другу в глаза. — Вау. Хмм… Поздравляю!

Она склонилась к нему и опять поцеловала.

— Билл очень занйят сейчас, он много работайет, а я сейчас работаю в Гринготтсе на неполную ставку над моим английским, так что он оставил меня здесь на несколько дней, чтобы я поближе познакомилась с его семьей. Я так обрадовалась, когда узнала, что ты приедешь — тут довольно скучно, если ты не любишь готовить и ухаживать за цыплятами. Ну, приятного аппетита, Арри!

С этими словами она грациозно развернулась ивышла из комнаты, тихо закрыв за собой дверь. Миссис Уизли издала звук, похожий на рычание.

— Мама ненавидит ее, — тихо прошептала Джинни.

— Я не ненавижу ее, — сказала миссис Уизли, услышавшая слова дочери. — Я просто считаю, что они поторопились с помолвкой, вот и все!

— Они друг друга знают уже год, — сказал Рон, странно смотревший на дверь.