Секреты, скрытые в шрамах - Эстрелла Роуз

прости, Эдвард… — Наталия переводит грустный взгляд на Эдварда. — Но это конец… Все кончено… Если ты не против, то и я не стану тебя удерживать… Это наше финальное прощание…

Эдвард нервно сглатывает, став еще более печальным и понимая, как им овладевает сильное напряжение, а дышать становится труднее.

— Это будет правильным решением… — низким голосом с трудом выдавливает из себя Эдвард.

— Однако несмотря ни на что, я тоже благодарна тебе за все, что ты для меня сделал, — натягивает улыбку Наталия. — Тебе даже удалось сделать меня лучше. И ты подарил мне воспоминания, которые будут одними из самых лучших в моей жизни. Я никогда не забуду их… Даже если у меня будет амнезия.

— Рад это слышать, — с печалью в глазах едва заметно улыбается Эдвард, чувствуя, как его буквально разрывает на части от невыносимой боли, вызванной мыслью, что все вот-вот закончится.

— Было много плохого, много хорошего. Но я не стану ни о чем жалеть и как-то злословить про тебя. Наоборот, я буду вспоминать тебя добрым словом. И не вспомню о той боли, которую ты мне причинил.

— Да и ты не вини себя в произошедшем. Будем считать, что так и должно было произойти.

— Спасибо большое за все. Ты подарил мне лучшее время в жизни.

— Я тоже благодарю тебя за все, что ты для меня сделала. Мне и правда было очень хорошо с тобой. Лучше, чем с кем-либо. Но думаю, пришло время попрощаться и начать жить своей жизнью.

— Но даже если мы расходимся, это ведь не означает, что мы не можем остаться хорошими приятелями и помогать друг другу, а?

— Да… — с фальшивой улыбкой кивает Эдвард. — Мы перестаем быть парой, но можем сохранить дружеские отношения.

— С радостью. Я была бы рада иметь такого чудесного друга, как ты. И знать, что я всегда могу обратиться к тебе с просьбой о помощи или советом.

— Однако сколько бы я ни помогал тебе, у меня не получится искупить перед тобой вину.

— Все хорошо, не думай об этом, — выдавив из себя улыбку, спокойно говорит Наталия. — Просто будь счастлив. И… Надеюсь, что ты будешь очень счастлив… С другой девушкой. Которая не разочарует тебя так, как это сделала я.

К глазам Наталии сами собой подступают слезы, но она отворачивается от Эдварда, дабы он не увидел этого. Да и мужчина едва сдерживает свои эмоции, приходя в ужас от того, что совершает большую ошибку.

— Спасибо… — тихо благодарит Эдвард. — Я тоже желаю тебе найти того мужчину, который всегда будет рядом и не подумает ревновать тебя ко всем подряд. И даст тебе все, что ты заслуживаешь.

— Дай-то бог, — натянув на лицо насквозь фальшивую улыбку, бубнит под нос Наталия. — Спасибо…

В воздухе на несколько секунд воцаряется напряженная пауза, во время которой бывшие влюбленные либо смотрят по сторонам, либо под ноги или на свои руки, отчаянно борясь с желанием заявить то, что они закрыли глубоко в себе.

— Э-э-э, Наталия… — неуверенно произносит Эдвард, переведя взгляд на Наталию, и на секунду прикусывает губу. — Ты можешь сделать для меня кое-что?

— Да, конечно, — кивает Наталия. — Что я должна сделать?

Эдвард несколько секунд ничего не говорит, а затем он находит в себе смелость уверенно посмотреть Наталии в глаза и спросить:

— Ты можешь поцеловать меня в последний раз?

Резко побледневшая Наталия переводит ошарашенные, широко распахнутые глаза в сторону Эдварда. Ею овладевает еще большее волнение, а сердце начинает биться чаще от одной только мысли, что мягкие губы этого человека вновь будут целовать ее уста, а теплые руки нежно ласкать ее лицо.

— Э-э-э… Что, прости?

— Поцелуй меня в последний раз, — скромно говорит Эдвард. — Я… Хочу, чтобы ты поцеловала меня… Так… Чтобы мы навсегда запомнили этот момент…

— Поцеловать тебя? — словно в замедленном действии Наталия.

— Было бы неплохо расстаться на хорошей ноте. Без всяких скандалов… И… Сделать так, чтобы наше расставание ассоциировалось не с чем-то ужасным, а… С чем-то приятным…

От волнения на Наталию накатывает волна жара, ее тело начинает сильно дрожать, а она понимает, что ей не хватает воздуха. Впрочем, и сам Эдвард чувствует себя неловко и не совсем уверен, стоило ли предлагать что-то подобное. Тем не менее он мечтает в последний раз почувствовать вкус нежных губ этой грустной златовласой красавицы и полной грудью вдохнуть запах ее светло-коричневой кожи.

— Знаю, тебе это предложение кажется безумным… — неуверенно говорит Эдвард, запустив руку в свои волосы. — Но… Ведь лучше оставить о себе хорошее впечатление, чем прощаться с неприятным послевкусием и негативными эмоциями.

— Э-э-э… — запинается Наталия. — Я… Э-э-э…

— Но если ты не хочешь этого, то я не буду настаивать. — Эдвард замолкает на пару секунд. — Я не собираюсь целовать тебя насильно. Только скажи, что ты думаешь об этом, и я все пойму.

Тяжело вздохнув и крепко сцепив пальцы рук, Наталия медленно и неуверенно переводит взгляд на Эдварда и молча смотрит на него, находясь во власти волнения и паники, будучи не в силах что-то сказать и чувствуя себя так, будто что-то сдавливает ее грудь.

— Что ж… — неуверенно произносит Эдвард и с грустью во взгляде пожимает плечами, опустив взгляд вниз. — Ладно… Раз ты посчитала это сумасшествием, то я приму это. Знаю, я совершил глупость, когда сказал это, но…

— Нет! — восклицает Наталия, и резко поднимает взгляд на Эдварда. — Я хочу! Хочу, чтобы ты сделал это!

— Э-э-э… — теряется Эдвард и нервно сглатывает, уставив на Наталию широко распахнутые глаза. — Что?

— Я не буду возражать. Если ты поцелуешь меня.

— Ты позволишь мне сделать это? — тихо, неуверенно интересуется Эдвард.

— Да, — с подступающими к глазам слезами кивает Наталия. — Просто сделай это, и мы расстанемся на хорошей ноте. Пожалуйста.

Эдвард медленно кивает и еще пару секунд борется с огромным волнением, начав нервничать еще больше после того, как дело все-таки дошло до этого момента. Но как бы ни было трудно начать прощальный поцелуй, мужчина понимает, что нужно довести дела до конца и хотя бы здесь проявить решительность и уверенность. А так как Наталия тяжело дышит и буквально боится пошевелиться, то ему приходиться взять инициативу в свои руки, начав медленно сокращать расстояние между ним и девушкой. Чем меньше расстояние между бывшими влюбленными, тем больше начинает колотиться сердце. Его звук эхом отдается в голову. Дышать становится труднее. Тело становится горячим из-за волны жара. Бледная, полуживая Наталия уже не пытается сдержать слезы, что медленно катятся по ее щеке. Она изо всех сил пытается расслабиться хотя бы для того, чтобы