"Фантастика 2023-141", Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Черчень Александра

– Ирьяна! – потерял терпение муж.

– Отпусти!

Меня била крупная дрожь, по щекам катились слезы, и я судорожно отталкивала супруга. Тот растерянно смотрел на меня и явно не понимал, что надо сделать, чтобы я успокоилась. А надо было всего лишь обнять через сопротивление и не отпускать, сказать что-то приятное! И не один раз. Ну и что, что я не даюсь?! Ведь у меня истерика! Но муж этого не знал, а потому пробормотал что-то про то, что дает мне время успокоиться и зайдет позже. Я беспомощно поглядела на улегшуюся вьюгу портала и зарыдала еще горше. Бесчувственный!

Ни-и-чего не по-о-нял!

Мне было плохо как никогда. Это наша первая ссора. Причем какая!

С одной стороны, Вейл на все смотрит со своей колокольни. Я и правда уже не раз рисковала. Но ведь он не может не понимать, что в таких условиях я стану еще больше беситься и делать глупости?! Потому что я огненная! Мне нужно движение! Сам развлекается вовсю и доволен! А я?!

Забралась на постель, закуталась в покрывало и с энтузиазмом продолжила себя жалеть.

Привезли невесть куда! Бросили! Муж вроде оказался нормальный, но и это первое впечатление-э-э! Защищает он меня!

Ну, положим, и правда защищает… но мог же и с собой взять!

Как и любая эгоистичная юная барышня, я видела только свою сторону проблемы и не считала нужным взглянуть на нее с другой стороны. Мне плохо, и важно только это.

Вот в таком состоянии – «бедная я, несчастная, все кругом черствые и бессердечные!» – уплыла в сон.

Проснулась спустя несколько часов. Устало села на постели, ощущая себя разбитой. Помассировала виски, поморщилась от легкой головной боли, потом сползла с кровати и направилась в ванную.

Отражение не порадовало. Личико опухшее, глаза покрасневшие, да и выражение… Загнанное.

Что мы имеем?

Вейл, Вейл… Одна лишь фраза: «А какую роль ты еще себе отводишь сейчас?» – перечеркивает все дальнейшие благие доводы и заверения. Потому что ты сначала сказанул то, что думал, а потом старался сгладить впечатление. Ведь и правда? Что нас связывает, кроме постели и интереса?

На этой невеселой ноте раздался стук в дверь. Я быстро умылась и вышла из ванной. Стоящая возле дверей Наина поклонилась и сказала:

– Льета Ирьяна, прибыла ваша мать, я проводила ее в зеленую гостиную.

О-о-о! Этого мне только не хватало! И зачем же принесло драгоценную матушку?

– Хорошо, – кивнула. – Наина, помоги мне одеться.

Могу и сама, но с помощью служанки это будет быстрее и… безупречнее. А перед льетой Мирабель я предпочитаю появиться в идеальном виде.

Девушка достала из шкафа зеленое платье, которое очень подходило к моим глазам. Я немного подумала и отрицательно покачала головой. Оттенок ткани похож на цвет, в котором выдержана гостиная. Стану сливаться.

– Лучше желтое, – подсказала я.

Спустя десять минут вдевала в уши серьги с темным изумрудом в золотой оправе, а Наина как раз защелкивала на моей шее ожерелье. Встала и оглядела себя со всех сторон. Элегантна, спокойна, сдержанна. Все правильно. Теперь еще любезную улыбку, как завершающий штрих к наряду, и можно спускаться.

Уже на подходе к гостиной услышала веселый щебет матушки и мимолетно удивилась. Кому она там может мозг выносить? Разве что Фрику…

Осторожно заглянула и удостоверилась в своих подозрениях. Каменно-невозмутимый дворецкий стоял с подносом в руках и выслушивал тараторящую огненную. Впрочем, чем дальше, тем сильнее в глазах мужчины вспыхивало раздражение. А если это даже видно, то, похоже, Фрик практически в бешенстве.

– Любезный, что вы мне принесли? Я же просила эклеры с шоколадной начинкой. А это что? Да в них в лучшем случае щепотку какао бросили. А чай? Просила жасминовый зеленый и непременно из южных провинций Изначальной империи. Но по отвратительному вкусу понятно, что это ваше, местное. И что вы так на меня смотрите?! Как можно так неуважительно относиться к гостям, голубчик?

«Голубчика» отчетливо перекосило, но, к чести Фрика, он сдержался и ничего не сказал. А я быстро зашла и жестом отпустила страдальца. Дворецкий кинул на меня благодарный взгляд и стремительно вылетел из комнаты.

– Ири, деточка, – подскочила с дивана матушка и метнулась ко мне.

– Мама, хватит, – устало вздохнула я. – Он ушел, на публику играть не надо.

Льета Мирабель недовольно поджала губы и осуждающе посмотрела на меня.

– Что, и обнять дочку не могу?

– Я про «деточка» и этот тон, – улыбнулась в ответ и обняла подошедшую ближе матушку.

– Ну что поделаешь, если меня так и провоцирует эта невозмутимая физиономия, – тихо рассмеялась женщина и откинула упавшую на глаза кудрявую золотую прядку.

– Не одну тебя, – вспомнила кузину и «проводы заблудившихся».

– Я, собственно, к тебе по делу. – Огненная уселась напротив, подвинула к себе чашку, отпила и одобрительно сказала: – А вообще хороший сбор, надо заказать.

Я только молча покачала головой. В этом вся она.

– Слушаю тебя.

– Что с Ринвейлом? – напрямую спросила мама.

– Ничего, – спокойно улыбнулась, безмятежно глядя в такие же зеленые, как и у меня, глаза напротив.

– Ты меня разочаровываешь, – так же невозмутимо ответила златовласка.

– Твои проблемы, – пожала плечами, взяла заварочный чайничек и медленно налила в чашку зеленоватый напиток. – Вернее, проблемы Огненной долины.

– Мне как-то казалось, что ты ее часть.

– Верно, – задумчиво кивнула, разглядывая мать через еле заметную пелену пара от чая. – Но Огненная долина благополучно продала меня Ледяному Пределу. Как, впрочем, и Криону.

– Ты всегда ощущала себя особенной. Думаешь, единственная, кого выдали за ледяного лорда? И не всем так повезло, как тебе, Ирьяна.

– На каких же постах стоят остальные «счастливые мужья»? – вопросительно вскинула брови я. – И как их жены? Покладистые или некоторые все же ерепенятся?

– Кто как, – провела пальцем по краю чашки мама. – Я хотела бы услышать причины твоего ответа.

– Я не лезу в дела Вейла. В лабораторию не хожу, не допытываюсь о его заказчиках. И он знал, что ты у меня просила.

– С проницательными всегда так сложно работать, – картинно прикрыла глаза драконица. – Значит, алхимик отказывается?

– Верно, – осторожно кивнула я.

– Как… неосмотрительно. – Она внезапно прямо на меня посмотрела. – С твоей стороны.

– О чем ты?

– О том, что моей глупой девочке так мало лет. И что она выбирает не ту сторону. Не свой род и клан.

– Уже выбрала, – развела руками я, – назад не шагнешь. Тем более ты знаешь, что я никогда не одобряла двойных игр.

– Всегда была слишком правильная для политики, – кивнула она. – Именно потому тебя и сплавили замуж, как только смогли. Кстати, твой драгоценный подобной щепетильностью не страдает.

– Знаю.

– Получается, в этом плане я не могу на тебя рассчитывать. Жаль.

– Жаль, – безмятежно улыбнулась и поднесла чашку к губам.

– Позволишь дать совет? – внимательно посмотрела на меня мать. Мне ничего не оставалось, кроме как согласно кивнуть. – Расти, Ирьяна. Над собой расти.

– Не понимаю, – нахмурилась я.

– Ты все знаешь, но почему-то не хочешь признавать. Как только новизна отношений пройдет, минует страсть и его перестанут умилять твои пробелы в знаниях и мелкие детские выходки, то придут скука и раздражение, – жестко сказала Мирабель. – Потому, пока у тебя есть время, надо что-то делать. Прекрати отдыхать. Я же тебя знаю. Наверняка все это время посвящала только своему «хочу» и не сделала ни малейшего вклада в свое же будущее.

Я сидела, крепко сжимая в руках чашку, и холодела от каждой фразы матери. А она не молчала… Она продолжала:

– Что ты знаешь о нашем браке с твоим отцом? Меня тоже молодую выдали замуж. Не представляешь, через что пришлось пройти, чтобы стать ему интересной. Как изменить себя. Сколько учиться и доказывать-доказывать-доказывать. Что я умная. Что я сильная. Что я верткая.

– Я… – Чтобы не расплескать чай, поставила его обратно на столик. – Я поняла тебя, хватит.