Весь Эдгар Берроуз в одном томе - Эдгар Райс Берроуз

даже если человеческое существо исхитрится каким-то образом спуститься по этой жуткой стене, где нет никакой опоры для ног и для рук, то оно наверняка погибнет прежде, чем достигнет дна. Ведь это скорее всего земля Потерянного Племени, что по преданию расположена в сердце гор Вирамвази. Там обитают духи умерших.

— Не ходи со мной, Габула, — предостерёг его фон Харбен. — Возвращайся к своим.

— Каким образом ты надеешься спуститься вниз? — спросил чернокожий.

— Сам толком не знаю. Для начала полезу в эту расщелину, а там видно будет.

— А если расщелина никуда не выведет? — спросил Габула.

— Я просто обязан найти проход! Габула сокрушенно покачал головой.

— А если тебе всё-таки удастся достичь дна, бвана, но окажется, что никаких духов там нет, либо же есть, но они неопасные, то как ты думаешь вернуться?

Фон Харбен пожал плечами и с улыбкой протянул Руку.

— Прощай, Габула! — сказал он. — Ты храбрый парень.

Но Габула руки не пожал.

— Я иду с тобой, — решительно заявил он. — Даже несмотря на то, что обратной дороги может и не быть.

— Странный ты человек, Габула. То ты боишься духов и мечтаешь поскорее оказаться дома, то хочешь идти со мной, хотя я даю тебе возможность вернуться.

— Я поклялся служить тебе, бвана, а я — баторо, — ответил Габула.

— Осталось только поблагодарить Всевышнего за то, что ты — баторо, — сказал фон Харбен, — ибо небу известно, насколько мне необходима сейчас помощь. Если мы не хотим умереть с голода, то нужно немедленно спускаться вниз.

— Я принёс еды, — сказал Габула. — Подумал, что ты проголодаешься и кое-что прихватил.

Развернув принесенный с собой свёрток, Габула указал на плитки шоколада и пакеты с консервами, которые фон Харбен отложил в качестве неприкосновенного запаса. Для голодного белого это было как манна небесная, и он не дал себя долго уговаривать. Утолив голод, фон Харбен почувствовал прилив сил, а вместе с силами к нему вернулась уверенность. Повеселев, он начал спуск в каньон.

Габула замешкался. Дело в том, что его племя в течение многих поколений жило на равнине, в джунглях, оттого-то страшная пропасть внушала ему такой ужас. Однако чувство чести и родовой гордости взяло наконец верх, и он последовал за своим хозяином, старательно скрывая охватившее его смятение.

Спуск через расщелину был менее сложным, чем казалось сверху. Обломки скал, частично засыпавшие её, держались прочно, так что взаимная помощь понадобилась скалолазам всего несколько раз, но именно в такие моменты фон Харбен особенно остро ощущал, что без Габулы пришлось бы туго.

Так они продвигались вниз, пока не наткнулись на каменный завал, перекрывший всю расщелину. Фон Харбен осторожно приблизился к внешнему краю и обнаружил, что до следующего уступа не менее тридцати футов вертикального спуска. У исследователя сжалось сердце. Вернуться тем же путём обратно было свыше их сил и возможностей. Перегнувшись через край, он увидел в нескольких футах продолжение расщелины, которая значительно сужалась и была не шире семи футов.

Если бы ему с Габулой удалось забраться в расщелину, то они без труда спустились бы, держась за стены. Но для этого требовалось перелезть Через громадный валун на самом краю обрыва, а это уже предполагало акробатическую ловкость, чем Габула похвастаться никак не мог.

Проблема легко решилась бы при помощи верёвки, но её у них не было. Когда осмотр расщелины показал, что нужно другое решение, фон Харбен со вздохом отступил, так как решение не приходило ему в голову.

При виде того, что фон Харбен исследует внешний край обрыва, Габула забился в самый дальний угол, обливаясь холодным потом. Его едва не парализовало при мысли, что хозяин выберет именно этот путь и велит ему спускаться по валуну. И все же, если бы фон Харбен пошёл, Габула последовал бы за ним.

Эрих фон Харбен долгое время сидел, сосредоточенно размышляя и исследуя трещину. Если бы не валун, они спокойно спустились бы на следующий уступ, но такую громадину можно было сдвинуть разве что только зарядом динамита.

Фон Харбен перевёл взгляд с валуна на валявшиеся рядом обломки скал, и тут его осенило.

— Иди сюда, Габула, — сказал он, — поможешь мне сбросить камни. Мне кажется, это единственная наша надежда выбраться из западни, в которую мы угодили по моей вине.

— Да, бвана, — откликнулся Габула и немедленно принялся за дело, хотя не понимал, для чего понадобилось сталкивать тяжеленные камни в каньон.

Грохот падающих камней привёл Габулу в неописуемый восторг, и он с удесятеренным рвением принялся катить камни к обрыву.

— Только смотри не тронь вон те, а не то произойдёт обвал и нас погребет заживо, — предупредил фон Харбен. — Тогда нам будет уже не до тайны Потерянного Племени.

— Хорошо, бвана, — отозвался Габула.

Взявшись за большой валун, он покатил его к краю.

— Гляди, бвана! — воскликнул он, указывая на место, где только что лежал валун.

Фон Харбен увидел отверстие величиной с человеческую голову, ведущее в расщелину.

— Благодари Ноемене, тотем твоего племени! — вскричал белый. — Вот это удача! Кажется, мы спасены.

Не теряя времени, они принялись расширять лаз, выбирая плотно лежавшие камни, блокировавшие расщелину с незапамятных времен, и выбрасывая их наружу.

Обломки скал с грохотом полетели вниз, ударяясь о камни.

Шум не остался незамеченным. Высокий стройный негр поднял глаза и окликнул своих товарищей, с которыми находился в лодке на болотистом озере на дне каньона.

— Большая стена падает, — сказал он.

— Всего-то парочка камней, — отозвался другой. — Ерунда.

— Такое бывает только после сильного дождя, — сказал первый. — А предсказание говорит, что большая стена рухнет.