Библиотекарь - Антон Исаев

вместо библиотекарши зверь какой-то сидит, вообще поблажек не даёт. Так что Михалыч бегает по родным и близким, ищет долг. А у меня всё хорошо, я в библиотеках только обязательные книги беру, осенью взял — летом сдал. Ну так что, пойдём?

Костя вопросительно посмотрел на Катю, Лену, потом на меня. Я замотал головой:

— У меня не получится, завтра рано вставать, — я очень надеялся увидеть Менеланну в архиве. Вдруг она поможет разобраться с зелёными кристаллами? У меня так и не получалось освоить чтение с кристалла на расстоянии.

— А мы пойдём, — Лена убрала панель, — только нам сначала нужно в номер зайти, себя в порядок привести. Да, Кать?

— Угу, — Катя не сводила глаз с Кости, — конечно, как скажешь, Лен.

— Ну, я тогда жду вас, девушки! — парень махнул нам рукой, подмигнул Кате и пружинящей походкой направился по дорожке вдоль многоэтажек. Зал отдыха — яркое трёхэтажное здание с отличной шумоизоляцией — располагался напротив общежития номер девять. А мы с девушками направились в наш корпус.

— Кать, веди себя приличней, — сквозь зубы процедила Лена.

— Ленок, отстань, — беззаботно отмахнулась девушка. — Он классный. Он внимательный, тактичный и такой умный. И сильный. И очень юморной.

— Поверь мне, — продолжала Лена внушать подруге ценную мысль, — как только он с тобой ночь проведёт, то сразу превратится из красавца в чудовище. Тут же очевидно, что ему от тебя надо.

— А? — Катя словно очнулась от морока. — Не, я ж не настолько дура, Лен. Да и мой отец как только узнает, то сразу ему голову открутит. А он узнает. Так что Костечке ничего не светит.

— Угу, конечно, — Лена скептически посмотрела на Катю, — это я сейчас стояла перед ним и чуть ли не таяла под его взглядом. Костечка? Серьёзно? Ну, ладно, подруга, дело, конечно, твоё, но мы сейчас идём вместе. Жаль, Мишки не будет. Надеюсь, он разберётся с этим зверем-библиотекарем. Ти, кстати, ты же вроде там работаешь. Что за цербер там сейчас сидит вместо библиотекарши? Ты его знаешь?

— Это я, — простодушно ответил я.

— А, — Лена на секунду зависла, — поняла, ну ты это… сильно-то строго не надо, мы же тоже люди… но вообще ты молодец, а то если без строгости, то никогда порядка не будет, да… О, а вот и лифты!

Мы подошли к площадке, я попрощался со смущённой Леной, кивнул задумчиво-загадочной Кате и пошёл по лестнице. Мне хотелось ещё раз посмотреть на красивый вид из окна: огромный дворцовый комплекс вдалеке, подбегающая к нему яркая ниточка Центральной дороги и тёмный лес. Интересно, а мне когда-нибудь удастся попасть во дворец? Было бы любопытно посмотреть, что там внутри.

Я не спеша поднимался по ступенькам, здания университетского двора становились всё меньше. Вдалеке беззвучно играл цветами дом отдыха, к нему тонкими ручейками стекались студенты со всех общежитий. Как все они могли уместиться в одном здании? Наверняка и здесь математики со свёрткой пространства постарались.

На шестом этаже на диване в одиночестве сидел Артур и с напряжённым лицом читал какую-то книгу с серой обложкой.

— Привет, — махнул я рукой. Артур приподнял глаза над книгой, кивнул и вновь погрузился в чтение. А мне оставалось пройти до спасительной кровати ещё совсем немного.

— Ти, погоди, — со спины окликнул меня Артур, я обернулся, — я забыл тебе сказать. Помнишь, я говорил про патент на твою идею с панелью набора и записью книг в кристаллы? Я ходил к отцу. Рассказал ему в общих чертах об этом, хотел ему панель набора показать, но он даже слушать меня не стал. Говорит, что они в своё время тоже в студенчестве всякую фигню постоянно придумывали и были уверены, что это будет революция. Сказал, что до третьего курса даже слушать меня не будет.

Голос у парня слегка дрогнул, Артур на секунду взял паузу и продолжил:

— Это я к чему. Я разобрался, как можно защитить разработку, но без наших промышленников или Короля ничего не выйдет, нашу заявку отклонят. Мой отец заблокирует заявку на совете промышленников. У тебя нет случайно выхода на Короля?

Я помотал головой. Откуда он мог быть?

— Понятно, — нахмурился Артур. — Я был уверен, что ты какой-то из тайных принцев, ну или сын советника. Такой костюм мастер Притвик делает только под заказ.

— Мои родители погибли в Керите при взрыве, — развёл я руками. — И я даже не знаю, были ли они кем-то важными. Мне было десять, когда всё рвануло. Я мало чего помню, но одно я помню точно — во дворце у Короля я ни разу не был.

— Ты ещё и керитовец? — удивился Артур. — Неожиданно. До сегодняшнего дня я о керитовцах только в газетах читал. По большей части в разделе криминальных сводок.

— Мне повезло, я вовремя устроился на работу к Оскару, — обрывки воспоминаний уличной жизни вновь всплыли из задворок памяти, я поморщился. — А не то я бы тоже попал в газетные сводки. Никто не хотел брать на работу керитовцев. Нас почему-то считали шпионами Эльфийской империи.

— А разве так не было? — нахмурился Артур. — Мой отец принял на работу около полусотни беженцев из Керита и буквально через неделю о нашей секретной технологии ускоренной зарядки кристаллов узнали эльфийцы. Я не думаю, что это было просто совпадение.

Я молчал, у меня не было аргументов в этом споре. Я для себя уже давно решил, что всё в прошлом и нужно двигаться дальше. Тем более, что мне невероятно повезло с Оскаром и Лелей.

— Ти, прости, я не хотел тебя обидеть, — видимо, Артур решил, что я расстроился от его слов. — Наверное, действительно, нельзя судить обо всех керитовцах одинаково.

— Я не обиделся, — улыбнулся я. — Просто воспоминания нахлынули. Если кто-то украл секреты производства, то его нужно судить. Воровство всегда будет воровством. Артур, извини меня, пожалуйста, сегодня был довольно тяжёлый день, такой же будет завтра, мне нужно выспаться. Давай поговорим потом, если ещё захочешь поговорить.

Не дожидаясь ответа, я развернулся и направился вверх, преодолевать последние два пролёта. Лестница закончилась. Какой же длинный коридор. Почему я так устал? Неужели костюм мастера Притвика больше не помогает мне? А, заряд кристалла на нуле. Шагаем, шагаем. Дверь 715. Да где же ключ… Щелчок двери, свет не надо включать, дверь захлопнуть, рюкзак бросить на пол, упасть на спасительную кровать…

— Ти, смотри, как он называется?

Напротив меня с цветком в протянутой руке стояла Мени, моя молодая сестрёнка, ей снова было восемь лет.

— Это солнечник, — мой голос тоже был детским. Я посмотрел на свои руки,