Танцовщица - Эмма Драммонд

Около Вивиана появился цветной мальчишка, несший на подносе стакан с охлажденным соком лаймы и содовой. Вивиан поблагодарил его кивком, а затем, бросив взгляд на двух незнакомцев, сказал:

— Может быть, ты представишь мне своих новых знакомых, Джулия?

Представления были сделаны, артиллеристы рассказали, что они проездом, направляясь в Кимберли, чтобы помочь с обороной. Старший из них, высокий светловолосый мужчина по имени Синклер, улыбнулся Джулии.

— Сейчас, когда я смог оценить характер вашего мужа, мадам, должен признать, что, вероятно, буду сожалеть о своей похвальбе.

— Надеюсь, вы не окажетесь настолько малодушным, что сдадитесь без боя, сэр, — бросила она с вызовом.

Чувствуя, как растет напряжение, Вивиан резко спросил:

— Кто-нибудь объяснит мне содержание беседы, которая, очевидно, каким-то образом меня касается?

Синклер повернулся к нему.

— Ваша жена, майор Вейси-Хантер, оспорила утверждение, что в моем владении находится самая быстрая лошадь серой масти. Я, как джентльмен, не в состоянии подвергать сомнению слова леди. Возможно, восхищение мужем мешает миссис Джулии трезво смотреть на вещи, но она поклялась, что вы обгоните меня на своей лошади по кличке Маунтфут. Мы даже наметили маршрут — от здания суда до подножия горы, и время — в субботу утром, часов в восемь. Вас это устраивает?

Все еще под действием того настроения, которое охватило его на вершине холма, Вивиан будто со стороны услышал свой ответ.

— Абсолютно, если, конечно, не принимать во внимание, что подобное состязание невозможно. Маунтфут принадлежит не мне, а моей жене. — Он выдавил улыбку. — Так что ваше утверждение остается в силе — у меня нет лошади, способной поспорить с вашей.

Реакция Джулии на его отказ принять вызов была настолько явной, что Синклер постарался загладить неловкость, заявив, смеясь, что ему повезло, потому что его лошади еще не набрали форму после долгого путешествия из Англии. Другие принялись поспешно обсуждать, какой подарок сделать одному из младших офицеров на его помолвку, вовлекая в разговор и Джулию. Оставшись в обществе двух военных, которые находились на пути в другую часть страны, Вивиан не упустил возможность порасспросить их.

— Я не ошибусь, если предположу, что ваша профессиональная помощь нужна из-за накалившейся сейчас обстановки? Иначе как объяснить вызов экспертов-артиллеристов в город, находящийся в середине равнины.

Оба собеседника кивнули, и второй, по имени Блайз, добавил, понизив голос:

— Вы сотый, кто говорит о Кимберли в таком духе, что не внушает надежду. Проклятое место похоже на западню. Не понимаю, какую пользу принесет пара устаревших орудий против вооруженных всадников, надвигающихся со всех сторон.

— Думаете, дело дойдет и до этого? — с интересом спросил Вивиан.

— Вам лучше знать, майор, — заметил Синклер, — вы находитесь в Кейптауне девять месяцев и должны были уже оценить обстановку.

— Здесь вы не правы, — сказал Вивиан, делая знак мальчику, чтобы тот принес еще выпить. — Самым распространенным мнением в Южной Африке является то, что буры — это просто агрессивные фермеры, которые не осмелятся испытать на себе силу англичан. Вы, возможно, лучше меня знакомы с мнением командования в Англии. А находясь у подножия страны, так сказать, мы знаем о происходящем в северных штатах еще меньше, чем правительство Великобритании.

Капитан Блайз нахмурился, беря с подноса стакан.

— Боюсь, что и там та же история. Лондонские политики вряд ли учитывают мнение людей, которые боролись с этими «агрессивными фермерами» в восемьдесят первом. Любой, кто тогда находился здесь, расскажет, какими могут быть буры: холмы покрывались телами убитых и раненых. И рисковать снова быть униженными этими голландцами — чистое безумие.

Взбудораженный словами, так созвучными его собственным мыслям, Вивиан прошел к французским окнам, выходящим на веранду. Оба собеседника последовали за ним, понимая желание хозяина дома поговорить в большем уединении. Выйдя наружу, Вивиан бросил на офицеров проницательный взгляд.

— Роде клянется, что опасности нет.

— Этот человек — дурак, — тут же ответил Блайз. Вивиан покачал головой.

— Я слышал, как его называли разными именами, но никогда глупцом.

— Он живет в придуманном мире, что примерно то же самое. Когда он основал страну, названную его именем, то решил, что вся Южная Африка уже у него в кармане.

— В настоящее время его больше всего интересует, как извлечь выгоду из того, что лежит под землей, — настаивал Вивиан.

— А там-то и находится корень всех бед, — подхватил Синклер. — Буры хотят обрабатывать землю, мы же мечтаем раскопать ее в поисках алмазов и золота.

— Многие англичане также мечтают стать фермерами, Синклер. И на самом деле так поступают. Я гостил у некоторых из них.

— Существует довольно большое число старателей, готовых отдать все, лишь бы сколотить состояние на добыче золота, — сухо заметил Блайз, — но они вряд ли присоединятся к нам, когда придется проливать кровь, отстаивая их права.

— А какие у них права? — поинтересовался Вивиан, взгляд которого скользнул по изумительному пейзажу на фоне горных вершин. — Мой брат поместил свое состояние в золото, а мама сделала немалые инвестиции в алмазы. Брат живет в своем поместье в Корнуолле, а мама — в Родезии…

Капитан Блайз с любопытством посмотрел на него.

— Не слишком понимаю, что вы этим хотите сказать, майор.

Вивиан пожал плечами.

— Не знаю… Возможно, только то, что скоро нам придется защищать многих людей.

— Это, конечно, само собой разумеется, — согласился Синклер. — Мы возьмем оружие в защиту Великобритании. И группка длиннобородых фермеров не имеет права мешать нам!

Вивиан кивнул.

— Согласен. Но было бы лучше, если жертвы, принесенные нашими товарищами, иногда признавались бы и теми, кто получает от них выгоду.

Оба артиллериста расплылись в улыбке.

— Любимая песня в обществе людей, одетых в красные мундиры. Солдат оскорбляли с незапамятных времен. Согласитесь, нас, военных, всегда будут рассматривать как самую ненавистную необходимость. Если бы мы принадлежали к тем, кто ищет награды, то давным-давно засунули бы руки в недра этой земли вместо того, чтобы охранять ее.

Вивиан улыбнулся в ответ.

— Приятно поговорить с понимающими и рассудительными людьми. Здесь, где почти рай, слишком многие поддаются вихрю удовольствий, что не способствует живости ума.

— Вряд ли все так просто, — вежливо запротестовал Блайз, — с такой очаровательной женой, как миссис Вейси-Хантер, какой мужчина станет думать о войне?