Прикладная археология (СИ) - Даниленков Алексей

— М-м-м… — она резко отскочила на шаг назад и торопливо обтерла ладонь о штанину. — Стайгу тебе в задницу, человечка! Ты второй раз подряд портишь мне настроение.

Легонько пнув Соню по ноге, дриада развернулась и ушла, бормоча под нос ругательства.

— Слушай, — нарушила минутную тишину альвийка, — я понимаю, как девушка может переспать с альвийкой. Или с суккубой, сама такая. Но с дриадой? Они же в постели не ласковее полена.

— Случайно вышло.

— Небось с какой-нибудь гномкой или дэвой у тебя тоже случайно.

— С гномками у меня ничего не было.

— А с дэвой, значит, было, — альвийка засмеялась. — Может, ты и с гарпией пробовала?

— Нет, — Соня почувствовала, как приливает кровь к щекам.

— У тебя отец не цверг, случайно?

— Человек! — Соня дернулась в путах. — И я не спала с гарпией. И с дэвой тоже.

— Ладно, ладно. Верю, — альвийка чуть отодвинулась. — Ты только колдовать не вздумай. Корабль торговый, трюм изнутри от огня не зачарован. И веревки непростые.

Какое-то время они лежали молча. Соня, заинтересованная словами о непростых веревках, размышляла стоит расспросить соседку или лучше попробовать создать молнию и посмотреть на эффект, а альвийка тихонько возилась на своем месте, кажется, пыталась справиться с веревками.

— Нет, я так не могу, — альвийка прекратила ерзать и повернулась к Соне. — Я, может, до вечера не доживу, так что просто обязана узнать. Перья сильно мешают?

— Зар-р-раза!

Соня дернулась изо всех сил и сдавленно охнула, когда веревка, ставшая явно короче, сдавила предплечье, заставляя рассыпаться почти сформировавшуюся молнию.

— Я же сказала, не колдуй, — альвийка снова рассмеялась.

Раздались шаги, и под потолком вспыхнул светляк.

— Веселитесь? — капитан оглядел их обеих и кивнул подошедшим матросам. — Забирайте.

Те подошли к альвийке, завязали ей рот, подняли и унесли.

— Что вы собираетесь с ней делать?

— Это вас не касается, — альв присел рядом с Соней. — Если она будет вести себя благоразумно, вы еще увидитесь. Лучше расскажите, чем вы так напугали Рубусу? Обычно после знакомства с ней пленники обзаводятся десятком болезненных ран от шипов, теряют пару стаканов крови, а некоторые три-четыре пальца. Вас она почти не тронула. Даже попросила перевязать, прежде чем выкинуть за борт.

— Сердце леса, я полагаю, — Соня приподняла голову, с удивлением глядя, как капитан действительно бинтует тонкий порез на ее лодыжке полоской светлой ткани. — По крайней мере, именно эта настойка снижает критическое мышление и вызывает плохо контролируемое возбуждение. Во всех смыслах.

— Она что, вас домогалась? — удивленный альв замер на середине движения.

— Не совсем, — Соня чуть смутилась. — Но она быстро поняла, что ведет себя не совсем нормально.

— Понятно, — альв подобрал отброшенный дриадой ботинок, натянул его Соне на ногу и встал.

— Полагаю, вы меня не отпустите? — решилась Соня на давно интересующий ее вопрос.

— Нет. Вы слишком много знаете. Но и выбросить вас за борт, как предлагает Рубуса, я тоже не могу, к сожалению.

— Тогда может вы меня хотя бы развяжете?

— И оставить вас здесь без присмотра? — альв хмыкнул. — Нет уж. Этот корабль обошелся мне слишком дорого.

***

— Все готово, капитан, — Рубуса даже не встала из-за стола.

— Старпом? — Тин приложил ладонь к дверце сейфа и вытащил оттуда шкатулку.

— Уже обработана, — дриада вяло помахала рукой.

Такое уныние было ей не свойственно, особенно перед делом, раньше всегда поднимавшем ей настроение.

— Что случилось, Рубуса? — Тин уселся напротив.

— Да так… Не обращайте внимания, капитан. Просто тоска накатила.

— Понятно. Значит, человечка была права насчет настойки. Больше никакого спиртного на борту!

— Капитан?! — тоска была моментально забыта, и дриада вскочила на ноги.

— Рубуса, наша гостья, которую ты так неосмотрительно притащила на борт, оказалась не кем-нибудь, а милитиссой Ордена Серебряных звезд. Это из-за нее гнездышко нашего старпома обложили такой охраной.

— Настоящая? Ох ты ж… — Рубуса осела на стул. — А вы ее уже утопили?

— Пока нет. Ты метку на ее ноге хорошо разглядела?

— Не особо. Вроде какие-то колючки. Небось лекари какие-нибудь или охотницы. Загорные любят пафосные знаки.

— И слово «Дионея» тебе ни о чем не говорит?

— Неа. А что, известная семья?

— Известная, — Тин кивнул. — Настолько, что мой отец не поленился и заставил выучить их метку. Их еще карательницами называют. Поговаривают, что от них никакие стены не защищают.

— Э-э-э… — Рубуса побледнела. — Так у человечки же семейная метка и детская…

— Вот именно поэтому она до сих пор в трюме. А еще, — Тин выложил из ящика разобранные латные перчатки, покрытые изнутри сложной рунной гравировкой, и механический самострел, — она артефактор. Теперь сложи испорченную связь, артефактора из Ордена и бегущих из Империи бергийцев.

— Думаете, она знает, как восстановить Мосты?

— Об этом я ее не спрашивал.

— Так может спросим?

— Только если вежливо. Видишь ли, у нее на запястьях мифриловые браслеты. Шило не смог их снять — застежка магическая. Но если мои ощущения не врут, то под левым мы бы нашли альвийскую брачную метку.

— Если мы начнем ее пытать или утопим, об этом тут же узнают. Вот же дерьмо-то а… Погодите, — в глазах Рубусы промелькнула надежда, — вы же что-то придумали, да?

— Есть одна идея. Но план очень ненадежный. У нашего старпома на руке метка любовницы. После ритуалов напоим «люстой» и запрем обеих в одной каюте. Человечку я уже обработал, ты очень удачно ее поцарапала.

— Повязка?

Тин кивнул.

— А потом?

— Оставим обеих на острове. Если что, весь экипаж под клятвой подтвердит, что мы высадили их в светлых землях. И милитисса Ордена Серебряных звезд была живой, здоровой, и почти весь путь провела в каюте старшего помощника. А чем они там занимались, расскажет бывшая любовница нашего старпома. Так что не перестарайся с иглами и следи за аурой Айны, она должна быть в состоянии двигаться хотя бы сутки. Понятно?

Рубуса вскочила со стула:

— Я пойду еще раз все проверю.

***

По началу выпускное задание казалась Бет скучным: основную работу делал куратор, ей же оставалось лишь отвлекать на себя внимание и изредка помогать ему в сборе информации и убеждении колеблющихся. Мелкие провинциальные городки и крупные деревни Империи, в которых они останавливались, хоть и отличались от бергийских чистотой и аккуратностью, но не то что проявить себя, просто развлечься там было совершенно негде. Встречи с местными дворянами и легкий флирт быстро приелись и уже к третьему месяцу нагоняли тоску. Даже задание по соблазнению одного из местных баронов развеяло скуку всего на неделю. Овдовевший пять лет назад вояка не смог устоять перед молодой девушкой, не особо стесняющейся в средствах, а образумить его оказалось некому — удачный выстрел, и капитан гарнизона погиб при «спасении юной дворянки от разбойников», а дружинники были хоть и неплохо вымуштрованы, но на контрразведчика никто из них не тянул. Если верить рассказам куратора, игравшего роль ее слуги и телохранителя, ни один из этих балбесов не задумался, почему стоит молодой любовнице их господина пройти мимо, как он забывает обо всем, кроме затянутых в обтягивающие брючки ножек. Всего через десять дней Бет выяснила, где хранятся ключи от сейфа и арсенала, после чего барон тихо умер во сне. Впрочем, его сосед, заказавший убийство, пережил жертву всего на неделю, а еще через неделю оба «обезглавленных» баронства захватили банды местных разбойников.

Через полгода, когда желание проявить себя в высшем свете Империи довело ее до зубовного скрежета, Бет попросила куратора переехать куда-нибудь поближе к центру. Тот лишь посмеялся, заявил, что она не понимает чего хочет, и попросил потерпеть еще две-три недели. Чего именно нужно ждать, Бет не знала — младшие агенты, особенно ее специализации, традиционно не посвящались во все детали операции, но настроение немного приподнялось. А через декаду куратор ушел на встречу со связным, с которой вернулся хмурым и обеспокоенным. Что именно случилось, он не сказал, но Бет поняла, что дела пошли не совсем так как ожидалось. Еще через неделю куратор, начавший часто пропадать по каким-то только ему ведомым делам, вломился в ее комнату среди ночи, сказал, что задача провалена, в Авроре начались облавы, и им нужно бежать. Тогда Бет всерьез испугалась — методы допроса имперских дознавателей в училище разбирали достаточно подробно, и не только в теории.