Как изгибали сталь - Северцев

На первом семестре я практически не различал тональности языка, что первый, что третий тон - для меня было все одинаково. Мой преподаватель пророчил мне скорую разлуку или смену языка. Но у меня вдруг прорезался слух. А зрительная и механическая память помогали быстро запоминать иероглифы, которые я научился писать быстро и в целом довольно разборчиво.

В китайском языке есть один слог и много окончаний слов, которые по-русски обозначают не вполне приличное слово, заменяемое иностранным словом, рифмуемым со словом "теннис". Но без этого слова никак не обойтись. Попытки сказать это слово в измененном виде, приводили к непониманию того, что говоришь сам, и что говорят другие люди. Наш преподаватель, женщина бальзаковского возраста сказала прямо:

- Это слово говорится так, как пишется. Думайте об иностранном языке, а не о том, что подумают люди, не знающие китайского языка.

Слова: собрание, возвращение, окружение, содействие, валюта и многие другие не могут быть выброшены из китайского языка только потому, что они не совсем прилично звучат на другом языке.

Свободное от учебы время мы старались заполнить тем, что на границе уже не удастся посмотреть. Театральные постановки, музеи, экскурсии. Нам удавалось доставать билеты на премьеры и спектакли в

Большой театр, театр им. Ленинского Комсомола, им. Вахтангова, в театр на Таганке, театр Эстрады, театр оперетты. Я большой любитель театральных постановок, смотрел и аплодировал игре многих знаменитостей, но пусть они не обижаются моей давней любви - оперетте. Я посмотрел все постановки с участием Татьяны Шмыги и

Герарда Васильева. Боже мой, какая это прелесть. Выходящие из театра люди напевали на остановке: "Любовь такая - глупость большая, влюбленных всех лишает разума любовь. Все это знают, все понимают, но все влюбляются опять и вновь, и вновь".

Мы неоднократно были в Оружейной палате, Алмазном фонде, в

Кремле, Третьяковской галерее, музее изобразительных искусств им.

А.С. Пушкина, музее культуры и искусства народов Востока, выставках советских и зарубежных художников, ездили на крупнейшие промышленные предприятия и сельскохозяйственные объединения.

Нас учили быть не только офицерами, но и знать культурную и хозяйственную жизнь страны, хотя и на крупных предприятиях, но вся хозяйственная жизнь в основном строилась на этих предприятиях - гигантах индустрии и сельского хозяйства.

Однажды на московском заводе, выпускающем металлообрабатывающие станки, на встрече с директором завода мы поинтересовались причинами повышенного интереса японских промышленников к их продукции. Как мы были оскорблены полученной информацией, и как было неприятно директору говорить о том, что наша металлоемкая продукция закупается для переплавки. А ведь об этом нигде не говорили. Рабочие выполняли план, старались сделать качественную продукцию, и все для того, чтобы из этих станков выпускались высококачественные детали для японских автомобилей.

В крупнейшем племенном хозяйстве директору пришлось нам объяснять причины низкой продуктивности наших коров. Оказалось, что коров нужно лучше кормить и чаще заменять поголовье, так как от высоких надоев происходит быстрое старение структуры скелета. А наша политика была в том, чтобы одна корова давала молоко лет по десять.

И в целом она давала столько же молока, сколько дает корова в

Голландии за три года.

Проблем в нашем хозяйственном механизме было очень много. При изложении положений политической экономии развитых капиталистических стран наши преподаватели делали нам постоянные напоминания, что это характерно для капиталистического производства, основанного на эксплуатации рабочей силы и природных ресурсов. Но при толковой эксплуатации растет уровень потребления, невозможный без роста общего благосостояния и создания условий для воспроизводства рабочей силы и природных ресурсов.

В "Капитале" Карла Маркса написано о том же. Маркс расписал весь хозяйственный механизм и указал на то, что нужно делать капиталистам

(хозяевам), чтобы избежать социальных потрясений. А из Маркса и

Энгельса мы изучали критику Дюринга в произведении "Антидюринг" и военные труды Ф. Энгельса, впрочем, очень интересные. Если бы наши хозяйственники, а особенно руководители высшего ранга, использовали на практике произведения основоположника революционной теории и авторов "Манифеста Коммунистической партии", мы бы не имели того состояния в экономике, к чему пришли сейчас. Лучше это или хуже, сказать трудно. Горе бывает от большого ума и горе бывает от отсутствия ума, одним словом, просто от ума.

В процессе учебы много внимания уделялось привитию нам хороших манер. Их знание, по моему, не должно мешать никому.

Я уже не говорю о том, сколько потребовалось занятий, чтобы научиться правильно есть. Почему котлету не следует резать ножом?

Потому, что она мягкая. Почему нельзя входить с мороженым в городской транспорт? Потому, что можно испачкать одежду окружающих людей. Все очень разумно, просто.

Когда все это выполняешь автоматически, то нет причин беспокоиться о том, будешь ли ты выглядеть культурно в любом обществе.

Нам всегда подчеркивали то, что мы относимся к интеллигенции и в любой ситуации не должны терять интеллигентности.

Кстати, об интеллигентности. Это не наличие высшего образования, а состояние души, образ мыслей.

Вы не замечали, что представители интеллигенции первыми заражаются всем негодным, что есть в мире. Какая-то секта возникла, мракобесы, дурь несусветная, а в первых рядах представители так называемой интеллигенции распевают песни типа "Хари Кришна, хари-хари". Я пойму, если это индийцы-буддисты или кришнаиты поют свои религиозные гимны, и никогда не скажу ничего плохого. Нужно уважать религиозные чувства других народов. Но, когда это поют православные? Это все равно, если бы наши, так сказать интеллигенты, запели: "СС, равняйте ряды, фюрер с вами, и Хорст Вессель впереди".

Разницы не вижу никакой.

Жена одного моего знакомого бросила мужа и детей и уехала в Индию постигать таинства чуждой религии.

Русские интеллигенты-мормоны, кришнаиты, сатанисты, адвентисты, молокане, сметанисты (о последних ничего не слышал, но, возможно, и они есть) - это есть предательство православия, а не свобода религии. Я не слышал в последнее время о переходе из ислама в христианство. Кришнаиты и мормоны также не переходят в православие.

Хотелось бы мне посмотреть на мусульман, допустим в Иране или

Саудовской Аравии, которые бы создали православную секту и в рясах приходили на массовые мероприятия.

Свобода вероисповедания для религиозных конфессий. Мусульмане - пожалуйста. Католики - пожалуйста. Иудеи - пожалуйста. Кришнаиты