«Если», 1992 № 05 - Кит Лаумер

Быстро, с восторгом и в обстановке небывалого энтузиазма ловко удавался руководству иллюзионный трюк с объявлением отпетых палачей друзьями детей и соратниками Деда Мороза. Феликс Эдмундович, судя по кинофильмам и литературе, всю свою сознательную жизнь провел в «асфальтовых котлах», где щедро одарял беспризорников вкусными конфетками. Красный террор, расстрелы заложников и пытки под взмахом волшебной палочки соцреализма тут же превратились в венец пролетарского гуманизма. Кровавые дни коллективизации мгновенно обернулись детским праздником на лужайке. Вымирающие от голода деревни превратились в этакие кружки художественной самодеятельности. Поселяне и поселянки в народных костюмах плясали промеж тракторов и телят танцы глубоко национальные по форме и социалистические по содержанию. Вся страна, за исключением трудового крестьянства, была уверена, что едва ли не каждый колхозник имеет собственный автомобиль. Кио, дорогой читатель, такое и не снилось.

Любимый фокус был, например, у маршала Буденного. Один мой знакомый брал как- то у маршала интервью. Тогда Семен Михайлович состоял уже в «райском» запасе. Узнав, что журналист родом из казаков, Буденный взял с полки здоровенную серебряную лошадь и вручил гостю. «Помни Семена Михалыча!» Когда корреспондент вышел в темный коридор, на него соколом упал какой-то полковник и стал вырывать лошадку. «Мне ее товарищ Буденный подарил!» — обидчиво сказал подручный партии. «Он ее всем дарит!» — ответствовал адъютант маршала. Прелесть в том, что при этом Буденный оставался генеральным инспектором Министерства обороны.

НО ЛУЧШЕ ВСЕГО ИМ УДАВАЛСЯ ТЕЛЕКИНЕЗ.

Все как в цирке, когда по затянутой черным бархатом сцене сами по себе начинают порхать разные предметы: вазы, стулья, букеты цветов… На самом деле вещи переносят невидимые зрителям ассистенты. Они одеты в черные бархатные костюмы и маски с прорезями для глаз и на фоне черного задника невидимы. В повседневной жизни роль задника играла чудовищно искореженная история. Придурковатых ассистентов, которые до самой пенсии повторяли заученные еще в октябрятской звездочке лозунги, никто уже не замечал. Создавалось полное впечатление, что страна, охваченная восторгом энтузиазма, бодро поспешала по предначертанному пути. Политбюро на манер жреческой коллегии из ряда проверенных олигофренов всегда имело возможность избрать руководителя ленинского типа. Эти ленинские типы потрясали нашу простоватую страну своими кунштюками и фокусами.

Проще всего обстояло дело с Леонидом Ильичом, для которого Политбюро всегда держало в рукаве ордена и комплект золотого оружия. Его преемник с целью поднятия ярости масс устраивал облавы в банях, считая, что его идейные отцы только по недоразумению не вписали данную процедуру в «Капитал». Следующий нес коммунистическую идеологию с заседаний Политбюро непосредственно в потусторонний мир. Совещания в ЦК, как две капли воды, походили на спиритические сеансы.

НАША СИЛЬНО УСОХШАЯ ЧАСТЬ СУШИ ВСЯ В ФОКУСАХ И ТРЮКАХ.

Но что любопытно: жизнеспособность коммунистической идеи была установлена опытным путем еще в тридцатых-сороковых годах прошлого века. Тогда в одночасье развалились все сорок социалистических колоний в Северной Америке, созданных согласно идеям утописта Франсуа Фурье. Карл Маркс со свойственным ему Фридрихом Энгельсом учил нас, что практика — критерий истины. Как же тогда удалось большевикам, наплевав на все неудачные эксперименты, ваяться за долгоиграющие иллюзионные опыты над целой страной?

Ладно, оставим в покое материалиста Маркса. В конце концов, России с ее особенною статью и в додемократические времена была свойственна чертовщинка. Коровьевские штучки, так сказать. А уж теперь-то — сплошь варьете, осетрина кругом второй свежести и бумажки на головы падают — запах, главное, не оставляет никаких сомнений: ни с чем по прелести не сравнимый запах только что отпечатанных денег, как сказал классик. А потом — р-раз! — бумага резаная. Так товарищ Павлов нам наколдовал и сам исчез, одно кресло осталось, Кресло, правда, не пустует. Опять бумажки полетели красивые, на иных цифры с тремя нулями. А вдруг опять — того?.. Чур меня! Не переводятся маги и чародеи на земле российской, в глубине души советской. Самые несгибаемые фокусники скромничают нынче в суде, не желая поступаться принципами и привилегиями. Идет, идет процесс… Как бы его, однако, прервать — надоело очень. Чтобы покончить с этим проклятым вопросом, автор заметок предлагает собрать группу кристальных комаппаратчиков во главе с обоими Кузьмичами и поручить построить коммунизм, выполнить продовольственную программу и обеспечить друг друга жильем в двухтысячном году.

Вот был бы фокус!

Самый загадочный фокусник мира, непревзойденный Гарри Гудини стал знаменит, когда предложил полиции 14 стран произвести необычный эксперимент: заковать мага в наручники и упрятать в самую надежную тюремную камеру. Предложение приняла полиция Лос-Анджелеса. Обнаженного фокусника приковали цепями к стене самой надежной камеры городской тюрьмы. Облачение мага находилось в соседней камере, тоже запертой. После того, как все было сделано, начальник тюрьмы возвратился в свой кабинет. Однако спустя всего несколько минут в канцелярию вошел Гудини, одетый с головы до пят, с сигаретой в зубах. Во время пребывания в Петербурге иллюзиониста поместили в тюремный вагон, предназначенный для перевозки заключенных по железной дороге: стальные стены, крошечная дверь со сложным запором, а вдобавок еще и цепью с висячим замком… Единственное окошко размерами 30x30 сантиметров забрано стальной решеткой. Самого Гудини сковали наручниками. Одежду фокусника оставили в камере перед клеткой. Час спустя Гудини освободился, причем, ни один запор, ни один замок не был взломан… Один русский князь предложил Гудини крупную сумму за раскрытие его секретов. Гудини отказался. Тогда князь поспорил с ним на десять тысяч, что фокусник не откроет его сейфа. В течение месяца лучшие мастера «колдовали» над замками самого совершенного по тем временам сейфа. Открыв его, Гудини заработал десять тысяч за неполные шесть минут! Возможно, самым удивительным было представление Гудини, устроенное им в 1906 г. в Детройте. В присутствии огромного числа людей с Гудини сняли одежду, заковали в наручники, а ноги связали канатом. Во льду замерзшей реки проделали прорубь, куда и бросили закованного мистификатора. Прошло пять минут — никаких признаков жизни… Перепуганное жюри начало было спасательные работы, но тут на лед выбрался Гудини — без каната и наручников. Маг был уверен, что доживет до глубокой старости. Но в пятьдесят два года Гарри Гудини внезапно умер от заражения крови, поранившись во время представления в Монреале. Памятника королю фокусников нет до сих пор.