Нежное создание (СИ) - Жанна Штиль

то ли грязью, то ли кровью, он казался опасным. Встретить такого в тёмном переулке она бы не хотела. Да и стоять на смотровой площадке с ходячим шкафом за спиной — то ещё удовольствие. Вдруг проснётся!

— Гадство! — выкрикнула она с досадой.

Стоило подниматься так долго и высоко, чтобы на последнем рывке повернуть назад?! Она не дошла до смотровой площадки несколько условных этажей!

Негодуя, Ника пнула по ноге церковнослужителя, похожего на пирата.

Захлебнулась воздухом и отпрянула, когда служка всхрапнул, открыл мутные глаза и поднял голову. В его горле булькнуло и заклокотало. Он закашлялся, уцепился за накидку девушки и потянул на себя.

Ника похолодела от ужаса, взвизгнула и рванулась назад. Послышался треск рвущейся ткани. Пуговица не выдержала нагрузки и оторвалась. Накидка накрыла пирата с головой. Он замахал руками, ещё больше путаясь в ней и утробным, угрожающим басом зарычал:

— Убью!.. Еретики!.. Сатанинское отродье!.. Бунтовать супротив божьего замысла надумали?!

Дальше последовало столько бранных и не совсем понятных Нике слов — гадких и мерзких, — сколько она в своей жизни не слышала.

Спускалась, не чуя под собой ног. Платье путалось между коленями, мешая бегу; спина взмокла.

Зацепившись за выступ ступеньки, чуть не свернула себе шею. В последний момент успела схватиться за поручень обеими руками и остановиться.

Закашлялась. От напряжения и гонки подкашивались колени; сердце билось с утроенной силой; в ушах шумел морской прибой; кружилась голова; в глазах потемнело.

Поняв, что за ней не гонятся, Ника замедлила спуск. Затаив дыхание, оглядывалась и прислушивалась.

С последних ступеней она сбегала резво. Ударившись в дверь плечом, взвыла от боли. Дала о себе знать недавняя травма — перед глазами полыхнула молния; в затылок будто иглу воткнули.

Ника остолбенела: створка даже не дрогнула!

— Какого хрена?! — вскрикнула девушка, навалившись на дверное полотно.

Результат тот же! Либо разбухшая дверь плотно вошла в косяк, либо с той стороны её закрыли на замок!

— Гадство! — впала в отчаянье Ника. Содрогнулась от перспективы до утра остаться наедине с ходячим шкафом. Спрятаться негде.

Она со всей силы молотила руками и ногами по створке, понимая, что её потуги напрасны. Дубовая дверь выдержит натиск здорового мужчины, не то что Руз. Что стук услышат с улицы и придут на помощь, шанс невелик.

Ника упрямо продолжала ломиться в дверь. Отошла от неё, насколько было возможно, и с разгона снова ударилась в полотно плечом. Оно дрогнуло, но не поддалось.

Скрестив руки на груди, девушка согнулась от боли и застонала. Не думала же она, что в этом времени не будет работать закон физики: сила действия равна силе противодействия? С какой силой она ударила дверь, с такой силой и та ударила её.

Не думала — было не до законов физики!

Однако ничто не бьёт так сильно, как жизнь. Именно сейчас Ника принимала очередной удар жизни — болезненный и несправедливый. Зачем провидение направило её сюда, если она так и не смогла попасть наверх?

Нужно не только наносить удары, но и уметь держать их.

Девушка потёрла плечо и, прикусив губу, готовясь к очередному приступу боли, с разгона ударилась в дверь вторым плечом. Вывалившись наружу, не удержалась на ногах и упала на мокрую мостовую, тернувшись щекой о булыжник. Прижав руки к груди и задержав дыхание, ликовала: свободна! Боль в груди, локте и колене по сравнению с большой вероятностью провести ночь в башне с пьяным пиратом, показалась терпимой.

С трудом поднявшись, Ника отряхнула платье, вытерла щёку и огляделась.

Пустынную площадь укутали вечерние сумерки. Дождь прекратился. Ветер стих. Потеплело. Опускался туман.

Сколько часов она провела в башне? Больше двух? За это время её успели хватиться.

Заметив у здания караульной службы отряд стражников, слегка хромая, направилась к ним.

Ночной дозор заступил на службу. Патрульные слушали своего капитана, дававшего им указания.

У коновязи стояли два осёдланных коня, один из которых — Люцифер. Увидев Нику, он заржал, невольно привлекая к ней внимание.

— Уж не сестра ли Чёрного Капитана к нам идёт? — сказал один из стражников, кивнув в её сторону.

Стоявший спиной к Нике офицер обернулся и задержал на ней долгий вопрошающий взгляд.

Остановившись в нескольких шагах от дозорных, девушка поздоровалась и спросила:

— Вы не могли бы мне помочь?

С интересом рассматривала высокого, молодого, крепко сложенного мужчину в чёрной форме, занявшего место покойного Якубуса и смутно ей кого-то напомнившего. Напомнившего не ей — Руз.

Он шагнул к ней. Беспокойными глазами заскользил по её фигуре:

— Руз? Что случилось?

По ряду стражников прошёл приглушённый ропот.

Мужчина подошёл ближе:

— Ты не помнишь меня? Я Алан Матфейсен. Заходил к вам перед Рождеством. Якубус представлял меня тебе.

— Ах, Алан… разумеется, помню, — Ника нервно улыбнулась. — Хорошо, что я встретила именно тебя. Там… в башне… наверху… пьяный. Он сорвал с меня накидку. Вернуть бы её, — закончила нерешительно.

Увидела себя чужими глазами: мокрую, грязную, растрёпанную. Что о ней подумают бывшие сослуживцы Якубуса? Не дожидаясь расспросов, пригладила волосы и поспешила прояснить обстановку:

— Глупо всё вышло. Шла мимо, заметила, что дверь в башню открыта и решила подняться наверх, посмотреть на наш город с высоты. Давно хотела, да случая не было. Почти поднялась, а там пьяный на лестнице спит. Я подумала, что ему плохо и решила помочь. Вместо этого потеряла накидку и ещё… — вздохнула и опустила глаза, — дверь заклинило. Не смогла сразу выйти, — обняла себя руками.

— Так это звонарь Антонис, — сказал стоявший близко к ним немолодой стражник. — Снова напился до беспамятства. Не впервые такое случается. Вам свезло, что он на ногах не стоит. Пьяный он буйный. Его лучше не трогать.

— Его бы как-нибудь спустить вниз. Во сне может скатиться с лестницы и шею свернуть, — Ника поёжилась. — И там холодно.

— Быстрее придёт в себя, — послышался смех мужчин. — Отоспится и сам спустится.

— Идём, провожу тебя домой, — капитан торопливо снял свой плащ, набросил на её плечи и мягко подтолкнул в направлении дома Ван Вербумов.

— Мне бы накидку забрать, — упёрлась Ника.

— Найдём и принесём, — успокоил её Алан.

Он потёр переносицу, дал указания и два дозорных заспешили к башне.

— Спасибо. Спокойного вам патрулирования, — улыбнулась Ника стражникам.

Они шли по тихой улице. Их обгоняли редкие прохожие, оглядывались.

Позади в отдалении дозорный вёл в поводу Люцифера. Слышался гулкий стук копыт по мостовой, звон уздечки и недовольное ворчание сопровождающего. Конь не слушался и норовил вырваться.

— Почему ты в такое время ходишь одна? — спросил Алан у Ники.

— Так вышло, — уклонилась она от ответа.

Вспомнила, что видела