Трое из Лукоморья (СИ) - Куно Ольга

Дара открыла глаза и поднялась на ноги. Теперь в её работе не было нужды; всё происходило само собой. Ветер развевал одежду и волосы, играл с шерстью Мэгги, свистел среди руин. А вон и облако, одно-единственное, но очень большое, даже огромное, подплывает с восточной стороны. Резко потемнело. Ветер стал слабее и вскоре стих, но лишь до поры-до времени. Облако нависло теперь над замком и частью сада, готовое в любой момент пролиться холодным дождём. Внутренне собравшись, Дара направилась обратно к дому.

Я всё ещё сидела, глядя на полыхающие поленья и думая, что бы ещё придумать, когда с лестницы донёсся шум шагов. Наверное, Ярослав, догадалась я. Радоваться, в сущности, было нечему: помочь мне воин не сможет, а сам окажется в смертельной опасности. Но что-либо менять было поздно. А уж когда передо мной появилась Дара, я попросту потеряла дар речи. Девочка же, напротив, была чрезвычайно красноречива.

— Здравствуйте, вы — демон? — спросила она у псевдо-Ерофея. И, не дожидаясь ответа, продолжила: — А я — Дара. Дарина Белкина. Пришла присоединиться к Элене, чтобы ей тут не было скучно.

Я по-прежнему не находила слов, во всяком случае приличных. Поэтому просто застонала и закрыла лицо руками.

Демон засмеялся.

— Ну вот, теперь все в сборе, — довольно заметил он. — Пришла присоединиться, говоришь? Вот и хорошо. Умрёте вместе, так веселее. Ну что ж, хорошего понемножку. Да и к тому же мне пора возвращаться к государственным делам, пропади они пропадом. Так уж и быть, проявлю щедрость. Последнее желание Элены я исполнил. Может, и у тебя будет какое-нибудь желание, Дарина Белкина?

— Будет, — спокойно кивнула Дара.

Она говорила настолько уверенно, что я поняла: что-то нечисто. И вопросительно посмотрела на девочку, которая тем временем продолжила:

— Господин демон, вы не могли бы открыть окно? Очень хочется вдохнуть напоследок свежего воздуха.

Демон какое-то время глядел на неё молча, словно пытался понять, в своём ли она уме. Потом пожал плечами, вероятно, в очередной раз придя к выводу, что люди вообще существа с приветом. Подошёл к окну и распахнул ставни. А Дара тем временем подняла голову, закрыла глаза и сделала едва заметное движение рукой. Движение-то, возможно, и было незаметным, но вот пропустить тот всплеск энергии, который ему сопутствовал, было нельзя.

Мгновение назад снаружи всё было тихо. Теперь же над замком хлестал дождь. Стоило демону распахнуть окно, как мощные струи воды, направленные резким порывом ветра, хлынули прямо на него. Дождь лился в окно с силой и скоростью мощного водопада.

Демон отпрянул и закричал, закрываясь от воды руками. Но струи били всё сильнее. Вода скапливалась в комнате, уже полностью покрывая пол. Огонь в камине дрогнул и потух. В отчаянии демон попытался захлопнуть ставни, но оказалось, что я не зря так долго смотрела на огонь. Струя пламени, вырвавшаяся из глаз, быстро поглотила ставни, не оставив от них ничего, кроме пепла, который, впрочем, сразу же смыло дождём. Быть может, в этом тоже было нечто смешное, но на сей раз чувство юмора демону отказало. Он громко взвыл, и в этом вое уже не было ничего от голоса царя Ерофея. Впрочем, и образ Ерофея быстро исчез; на его месте появилась огромная тёмная фигура, которой пришлось склониться в три погибели под недостаточно высоким потолком. Под непрекращающимся напором хлещущего в окно дождя фигура дрогнула, вспыхнула ярким фиолетовым светом, и рассыпалась в пыль, мгновенно подхваченную наполнявшей комнату водой.

В пророчестве действительно не было сказано, что за женщина сумеет уничтожить демона. Было отмечено лишь то, что она появится в Проклятом Замке именно тогда, когда туда придёт Дара. Никто не подумал о том, что Дара и сама является женщиной, и именно ей предстояло исполнить обе части пророчества. Нам оставалось лишь сокрушаться на предмет собственной недальновидности — или возрадоваться, что всё сложилось именно таким образом.

Глава 18

— Ярослав! Яросла-ав!

Никакого ответа. Воина нигде не было видно. Отправившись на поиски, мы обогнули стену здания. Под ногами хлюпала мокрая земля; временами попадались глубокие лужи. Однако по мере удаления от дома становилось всё суше. Вызванный Дарой дождь был сконцентрирован именно там, где в нём возникла необходимость. Окружающая же земля по-прежнему страдала от недостатка влаги. И тем не менее лёгкие, полупрозрачные облака, появившиеся на горизонте, свидетельствовали о том, что засухе вскоре придёт конец.

Где же он? Увидев лежащее впереди тело, мы испуганно ринулись вперёд, но быстро испустили вздох облегчения: это был Элемир. Однако успокоение пришло ненадолго. Одна деталь никак не давала мне покоя. Глаза у Элемира оставались открытыми. Насколько я знала Ярослава, он непременно закрыл бы покойному глаза.

На то, чтобы найти Ярослава, не понадобилось много времени. Он лежал на спине в тени наполовину развалившегося фонтана. Глаза его были закрыты. Лежащая на животе рука была вся в крови; кровь успела стечь из глубокой раны на землю, образовав пугающую своими размерами лужу.

Я опустилась на колени рядом с воином. Он ещё дышал; слабо и очень неровно.

— Ярослав, — позвала я, опуская руку на горячий лоб. И, не дождавшись никакой реакции, ещё раз повторила: — Ярослав!

Веки дрогнули, и воин медленно открыл глаза. Я опустилась на землю рядом, взяв его за руку. Больше ничего я уже не могла для него сделать. Слишком поздно. На лечение уже не оставалось времени.

— Элена, — произнёс он очень тихо. Я склонилась над его лицом, с трудом сдерживая набегающие на глаза слёзы. — Вот видишь, ты всё-таки станешь вдовой. И разводиться не пришлось. Я был прав…

Он попытался улыбнуться, но ту же скорчился от приступа боли, и улыбка превратилась в исказившую лицо гримасу. Я прикрыла глаза, и несколько предательских капель всё-таки выскользнули из-под век.

— Ты можешь ответить на один вопрос? — прошептал Ярослав, облизав сухие губы. — Я давно…хотел тебя спросить…Это очень важно.

— Конечно, — кивнула я.

Он помолчал, борясь с ещё одним приступом, а потом, отдышавшись, произнёс:

— Так сколько же тебе лет?

Я улыбнулась и поспешила вытереть застилавшие мир слёзы тыльной стороной ладони.

— Двадцать восемь.

— Надо же… — выдохнул он. — Жаль, что я не знал раньше. И знаешь, ещё одно хотел сказать…ты прости за Бабу-Ягу…это я не со зла.

Его веки снова опустились, дыхание стало более ровным.

— Сделайте же что-нибудь! — умоляюще воскликнула Дара.

— Я не могу, — прошептала я. — Если бы мы пришли раньше…А теперь поздно. Он умирает.

— Не говорите этого слова "не могу"! — крикнула девочка, и её слова прозвучали так похоже на нечто, что я уже слышала раньше. — Просто сделайте, и всё!

Как гром среди ясного неба, в мозгу зазвучал спокойный, поучающий голос магистра Освальда. "Безвременье. Тонкая-претонкая плоскость между прошлым и будущим. Седьмой градус от Источника. Туда вполне реально проникнуть. Правда, выйти оттуда не так уж просто, а ведь неприятно было бы навсегда оказаться в клетке одного застывшего мгновения. Безвременье даёт возможность исправить некоторые вещи…тому, кто достаточно силён и не боится нарушить законы природы. "

Боялась ли я нарушить законы природы? Сказать по правде, сейчас мне было на них наплевать.

— Дара, слушай очень внимательно, — сказала я, поспешно вытирая слёзы с лица. — Сейчас я попробую кое-что сделать. Получится у меня или нет, не знаю. Но если три часа спустя ты позовёшь меня, и я по-прежнему не откликнусь, бери Мэгги и уходи. Поселишься в моей избушке. А сейчас мне необходимо сосредоточиться.

Девочка молча кивнула и села немного позади меня, обхватив руками колени. Она действительно успела повзрослеть за это время. Я сделала глубокий вдох, закрыла глаза и на выдохе оставила все мысли об окружающем мире. Стала продвигаться всё глубже и глубже, сперва в лабиринт собственного сознания, а затем дальше, проникая на тот уровень, где личное сменяется всеобщим. Как он сказал? Седьмой градус…Я затронула те волны, с которыми мне никогда не приходилось работать прежде. Но они оказались вполне приветливы, во всяком случае не враждебны. Энергетические колебания становились всё более ощутимыми. Десятый угол…девятый…восьмой…Переступить черту оказалось удивительно легко. Вот он, седьмой угол от Источника. Я нырнула в узкую щель между двумя энергетическими плоскостями. Колебания внезапно закончились. Наступила тишина. Не та, земная, с её многоголосым фоном. Стрекотанием насекомых, шуршанием листвы, биением сердца, звоном в ушах. А настоящая, абсолютная тишина. Не нарушаемая ни одним, даже самым слабым звуком. Теперь можно было открыть глаза.