Цифровая утопия (СИ) - "Danivolt"

Блестящие здания, несомненный признак человеческого присутствия, молчали. Город Вулкана опустел, и последнее тела были скинуты в озеро, полное магмы. У каменной плиты, разукрашенной его умелыми руками, стоял последний человек. Оклатль продолжал прижимать к груди ненавистный зелёный шар, из-за которого его народ погиб, захлебываясь собственной кровью. Он хотел уничтожить Аркану, чтобы никто больше ее не нашёл, однако неведомая сила мешала ему это сделать. Оклатль находился на алтаре, где мог использовать чудодейственные силы шара и воскресить свою семью, погибшую в ходе последних сражений. Ему только силой удалось подавить это желание, и об уничтожении божественной реликвии не могло быть и речи. Ор не мог решиться на святотатственный шаг, лишить жизни души супруги, сына и дочери, находившиеся, по его мнению, внутри Арканы.

Терзаемый сомнениями и ужасом, обнажённый и раненый художник покинул церковь. По мосту он перешёл смертоносное озеро и последним представителем своего народа ступил на другой берег. Его уже ждала частично разобранная собачья будка из заросших мхами булыжников, где раньше жил его покойный пёс. Здесь было сыро и темно. Оклатль забрался внутрь и сел у стены. Еды и воды не оставалось, попытка выбраться за пределы города была чревата смертью от лап хищника. Он держал Аркану прижатой к сердцу, чувствуя давящее на его душу ядовитое влияние сверхъестественного артефакта.

— Боги, заберите его назад, — попросил Оклатль. В холодной будке ещё сильнее давила пустота, оставшаяся после трагических событий. От чего он погибнет — от резаной раны на груди или от истощения, — мужчина не знал. Он просто молил богов закончить с ним как можно быстрее и не возвращать Аркану людям.

Примерно в это же время свой корабль покинул Джеральд. Он невозмутимо, не обращая внимания на многочисленные крики жителей Икай-Тасе и туристов, залез на автоволяр, присоединённый к "Рассвету", включил все системы, отделился и полетел в сторону комплекса. Тем не менее, ему не повезло: раздался звонок от супруги. Перепугавшись, Джерри схватился за трубку и заметил, что не может связаться с женой из-за плохого соединения — возможно, джунгли Андаенга оставались последним местом на планете, где можно было столкнуться с такой проблемой. Он попытался через компьютер отправить сообщение жене, однако устройство оказалось повреждено. Судя по всему, оно не выдержало недавних ударов, нанесённых Джерри в ходе очередного срыва. Проклиная всех, пилот развернулся назад — причём так небрежно, что повредил корпус машины столкновением с деревьями, — и минуту спустя приземлился на "Рассвете".

Выбравшись из автоволяра, Джерри буквально влетел в собственное судно и, не садясь за стол, включил устройство связи. С ним весьма удачно в следующую же секунду созвонилась жена, и он принял вызов.

— Что с ней? — спросил без приветствия Джеральд, уже обо всём догадывавшийся.

— Звонили пару минут назад, она в реанимации. Попросили держаться, потому что знают, они знают. Значит, ещё полчаса и… — жена проглатывала буквы, никак не сдерживая своих слëз. — Джерри… нам нужно смириться. Её никак не спасти. Надо помолиться, ты же помнишь молитву? Давай, Джерри, пусть еë душа будет радоваться за нас на том свете…

— Я перезвоню позже, — дрожащим голосом сказал Джеральд и отключился.

Грейхарт неизбежно проигрывал, так так теперь, пока он отсутствовал, другие пилоты вырвались вперёд. Он поднял голову и нажатием кнопки включил телевизор, висевший на стене чуть выше и левее устройства связи.

Путис Рамхалов и Коннор Летт, ухмыляясь, читали присланный им текст и игриво переглядывались. Поняв, что не ошибаются, они повернулись к камерам и рассмеялись.

— О Боже! Дождались! Путис, молчи, не перебивай. Дорогие зрители, этот час наконец настал. Пилот от компании CIMun, наш любимый эстлэндец Остин Спенсер, предположительно, обнаружил Аркану. Если подлинность подтвердится, он станет победителем 20000 километров Арканы! При помощи размороженной жительницы древнего города с очень сложным именем, назову Энкхой, Остин добрался до берлоги — ну а на что это ещё похоже? — и нашёл мертвеца с Арканой. Какая красота, я думал, что увижу такое только в кино или во сне, а оно наяву, Путис!

— Можно говорить, гений? Благодарю. Остин в последние дни стал самым популярным пилотом. Совсем недавно о нём отзывались хуже всех, но стоило ему достойно проявить себя, и мнения фанатов переменились. Да мы так-то тоже любим этого старичка, боевой дед! — продолжил Рамхалов. — Жаль, Джеральд не составляет ему достойную конкуренцию. Скандалы не пошли лучшему (а пилотом он был лучшим, кто бы что ни говорил) из лучших на пользу. Так и угасла звёздочка Архавир, и даже обращения Августа Мадагаскара, его куратора, делу не помогли. По поводу Венди и Алхимика, м, слухи противоречивы. Говорят о какой-то перестрелке в городе, но официальной информации нам не поступало, поэтому просим не верить фейкам. Самые надёжные источники информации — официальный сайт шоу и мы, ваши верные комментаторы.

— Следите за трансляцией в прямом эфире, — улыбнулся Коннор, и они оба повернулись к экрану. В данный момент показывалось, как Остин пролезал в узкое отверстие между большими метровыми булыжниками, похоронившими собачью будку. — Я бы сюда ни за что не влез, а ты?…

Джерри выключил телевизор. Он, тяжело дыша, с ноющим сердцем схватился за поручни на потолке. Надежды не оставалось. Теперь он "обязан проявить уважение к победителю", как сказал Остин. Безумные мысли одна за другой перемешивались у него в голове, рождая новые теории и вместе с тем подкрепляя основную. Пытаясь отогнать их, Джеральд разбил горшок с кактусом у иллюминатора, что ему нисколько не помогло.

С самой первой встречи Остин, верный слуга CIMun, манипулировал Джеральдом. Он притворялся слабым и немощным, говорил о своей потере, чтобы втереться в доверие и ослабить бдительность соперника. Вместе с корпорацией и террористами Аритона Вирто Остин создавал для Джерри искусственные препятствия, пытался сломать его, уродовал душу и тело. С этими мыслями Джеральд прикоснулся к обезображенной правой половине лица. Его выставили уродом перед всеми, чтобы он пал духом, проиграл и подвëл того единственного человека, кто его искренне любил.

«Тебя все ненавидят. Знаешь ли ты, как к тебе относится CIMun? Она ненавидит тебя, она хочет твоей смерти. Ты — Оскольд, а это значит, что ты злейший враг Кханда Фернандеса и всей машины, им построенной… Ну и, в конце концов, давай будем прямолинейными: ты не заслуживаешь Арканы…» — Джерри так и не смог забыть слов Аритона — тех, после которых он пошëл ко дну.

Рука вытерла слезу, покатившуюся из слепого глаза. Джеральд хотел сесть в углу корабля и зареветь, как девчонка. Он чувствовал себя покинутым, брошенным, и это чувство только усугублялось, когда он вспомнил, что так же чувствовала себя Джилл. Над умирающей девочкой стоят врачи в белых костюмах, качая головой, понимая, что ничего не исправить. Ахтилею невозможно излечить человеческими средствами.

Та мечтательная черта характера Джерри отказывалась мириться с решением CIMun. Она верила в способность Арканы изменить жизнь к лучшему, излечить и воскресить. Грейхарт всë ещё верил в чудо, и теперь, когда он нуждался в чуде больше всего, от него требовалось сделать решающий шаг. Слабость и признание приведут к смерти Джилл, только сила способна помочь ей. Джерри выдохнул и сделал свой выбор. Его взгляд помутнел, на лице обнажился оскал хищных зубов.

Вспомнив о чём-то, пилот подошёл к шкафу и открыл его. Внутри лежал одинокий нож, оставленный Хессианом ещё в Ластклейре. Джерри поднял его и осмотрел. Такой же покинутый, такой же ненавидящий, такой же жестокий. Не раскаиваясь в своём безумном решении, он с ножом наперевес и револьвером за пазухой вышел из корабля и поднялся на автоволяр. Полный энергии, он улетел из Икай-Тасе так быстро, что люди не сразу заметили его исчезновение.