Лали. Его одержимость. - Ира Далински

class="p1">Этого хватило, чтобы каменный член вошел в меня, разрывая изнутри.

Закусываю губу, глушу мучительный стон боли.

– Да-а…,– прерывисто хрипит Райан, делая глубокие резкие толчки.

Никакой нежности. Он берет меня как строптивую суку. Наказывает. Держит руки над головой, вбивается в меня так, что отдает везде.

Его вырастили таким. Он привык просто брать. Чтобы он ни пожелал, исполнялось по щелчку пальцев.

Все.

Кроме меня.

И он хочет укротить меня.

Заполучить целиком и полностью.

– Райан…пожалуйста…, – шепчу в мольбе. Руки затекли, уже не могу так стоять.

И он отпускает.

Упираюсь двумя руками об шкаф и напряжение в пояснице немного уходит.

Вдруг Райан перемещает свои большие ладони на мои бедра, раздвигает ноги шире, отчего угол проникновения становится острее.

Ох…Я не вынесу больше…То, как его орган заходит и выходит, растягивая складки – сумасшествие на грани безумия.

Райан чуть прижимается ко мне, запускает одну руку между ног и…О, Боже!

– Нет! – верчу головой, пытаюсь откинуть его руку, которая до истомы ласкает меня там. – Прекрати…ах…

Слабое у меня сопротивление, конечно. Мое тело против разума.

Пальцы натирают чувствительную кожу, сзади вбивается член. От переизбытка эмоций что-то странное происходит во мне. Внизу что-то собирается в жгучую гущу, тянет, давит.

– Я больше не могу…,– запрокидываю голову ему на плечу и в ответ слышу словно приказ:

– Кричи, Лали.

И я кричу.

Но не от боли.

Я кричу, потому что эта гуща срывается, уносит меня куда-то в эйфорию, до звездочек в глазах.

Ноги дрожат так сильно, что едва держусь. Ощущаю, как по ним стекает моя жидкость.

Как! Как я могу так сходить сума от секса с Райаном? Я же ненавижу его!

Последний рывок и со стороны мужчины чувствую уже знакомую мне пульсацию и сбивающееся дыхание. Он кончил.

А я впервые испытала оргазм.

Меня всю трясет.

Стоит только подумать о том, что только что было, как тело передергивает.

Райан обнимает меня сзади, вжимает в себя, утыкается лицом в мои волосы, дышит громко тяжело.

– Как же в тебе…охуенно, Лали, – ну, спасибо что ли. Водит носом вдоль моей шеи, вдыхает мой аромат. – Почему ты лишала меня этого кайфа?

Смотрю на свою частично разодранный топ и думаю про себя, что именно поэтому! Потому что зверь ненасытный, не думает о чувствах и желаниях других. Свои превыше всего.

– Когда мы поженимся, я возмещу все. Любая поза, в любое время. Пощады не жди.

Он отпускает меня и то ли поэтому, то ли из-за его слов мне становится ужасно холодно.

Не будет пощады?

Он убить меня хочет? До смерти затра…гм…залюбить.

Райан уходит и я, наконец, могу спокойно выдохнуть.

Подхватываю юбку с пола, не иду, а плетусь в ванну, чтобы смыть с себя его запах, его обжигающие прикосновения, которые тело до сих пор чувствует, его жидкость, вытекающую из меня…

Теплый душ приятно омывает тело, помогает мыслям выстроить в порядок.

Когда я солгала родителям про академический отпуск, я думала, что большей лжи и быть не может. Я думала, это самая большая ошибка в моей жизни.

Сейчас же я стою в своей комнате в ожидании смертного часа. Принадлежать Райану не только телом и душой. Если я стану официально его, это уже все – зеленый свет. Смогу ли я жить в этом кошмаре?

Подхожу к зеркалу в рост, которое давно запечатлело мой образ жизни. Это зеркало свидетель всего, что здесь происходит. Смотрю на себя и понимаю, какая же я жалкая. Сама натворила бед и сама же страдаю.

Откуда мне было знать, что все так обернется? Я всего лишь хотела жить как нормальный человек. Разве я не заслуживаю этого? Почему я должна подчиняться такому человеку, как Райан Тайлер?

Наверное, бесполезно сейчас жалеть себя. Я должна подумать о родителях и о Реймонде. Пока я официально не стану носить фамилию Райана, он никуда его не отпустит. А мои родители? Как я сообщу им, что выхожу замуж? Как объяснить кто мой жених? Как мне выпутаться из этой лжи?

Спускаюсь вниз, чтобы обговорить кое-что с Райаном. После моей истерики меня не стали снова закрывать на ключ. Я стала еще больше бояться закрытых пространств. Мне становится плохо, когда меня закрывают на ключ и более того, я не выношу этот звук.

Чем быстрее пройдет свадьба, тем быстрее Реймонд будет на свободе. Не прощу себе, если с ним что-нибудь произойдет. Пусть хоть и косвенно, но я виновата в том, что происходит. Я должна была остановить Реймонда. Не подпускать к себе.

В свободное от работы время, Райан сидит у себя в кабинете. Понятия не имею что там можно делать целыми днями, но думаю, в первую очередь стоит пойти туда.

Спускаюсь по лестнице и слышу голоса. Осторожно высовываюсь за перила и рассматриваю в фойе двух мужчин. Тайлер с человеком, которого как я поняла, зовут Фернанд. Последний стал очень часто наведываться в этот дом.

Они говорят достаточно громко, так что я могу услышать о чем разговор.

– Я узнал, что та авария была подставная, – ух ты…какая еще авария? После слов мужчины, Райан с чего-то насторожился.

– Откуда такая уверенность?

– В салоне машины нашли эту записку, – адвокат двумя пальцами достает из внутреннего кармана пиджака сложенную бумажку. – Саймон не заметил ее, но наши ребята позже в поисках улик обнаружили.

Нетерпеливо выхватив смятый клочок, Райан быстро пробежался по строкам. Интересно, что там?

Затем я вижу, как стиснув зубы Тайлер, зло сжимает кулак с запиской.

– Он играет со мной, как кот с мышью. Откуда он узнал о Лали?

Теперь я начинаю вслушиваться в разговор еще внимательнее.

– Давай составим цепочку. Ты был на кладбище в то время, как получил звонок от него, – Райан кивает. – В разговоре он дал понять, что знает местоположение Лали. Затем отправил тебе данные.

Что это еще за человек? Кто мог знать где мы с Реймондом находимся?

– Есть еще кое-что, – неуверенно выдает Райан. Он и неуверенность – несовместимые вещи. Значит, правда происходит что-то серьезное. – До того, как мне скинули их местоположение, я должен был навестить…чью-то могилу.

– Ты мне не говорил об этом, – Фернанд хмуро сводит брови в переносице.

– Прости, дружище, но я сам все еще не переваривал произошедшее. Это было на том же кладбище…Только надгробная плита была абсолютно пуста. То есть, на ней