Секрет - Лулу Мур

Я присела на край шезлонга, на котором Мюррей играл с Белл. — Эй, как ты?

— Хорошо. Ты выжила?

— Вот-вот, — засмеялась я, щекоча животик Белла. — Эй, маленькая леди, как дела? Я скучала по тебе.

— Мы тоже по тебе соскучились. — Он удерживал мой взгляд, пока мне не пришлось прикусить губу, чтобы не покраснеть.

— Ей почти пора вздремнуть.

— Да, я знаю, я собирался взять ее к себе.

— Я могу сделать это.

— Мы оба сделаем это. — Он встал, поднимая ее с шезлонга. — Давай вы двое, пора вздремнуть.

— Время обеда через тридцать, — крикнул Джейми, когда мы проходили мимо.

— Мы вернемся, просто уложим Белла вздремнуть.

Или мы бы уложили ее вздремнуть, если бы Диана не была на кухне, когда мы шли, но тяга бабушки была слишком сильна, и она освободила Мюррея от его дочери, чтобы сделать это самой.

Его сильная рука сжала мое запястье, когда я повернулась, чтобы вернуться к бассейну. — Пойдем со мной. Теперь у нас есть свободные тридцать минут до обеда.

Как и прошлой ночью, я позволила ему провести меня по коридору, по которому я еще не ходила, и привел меня в комнату в конце, мой рот открылся, когда я втянул его.

— Черт возьми, это была не та комната, чтобы привлечь к тебе внимание. — Он громко рассмеялся.

Я шагнула на середину, едва заметив щелчок замка, и обернулась, уставившись на стопки и стопки книг, выстроившиеся вдоль стен двойной высоты, на лестницу, опиравшуюся на перила, чтобы добраться до верхних полок. Подойдя поближе, я увидела целую коллекцию первых изданий Чарльза Диккенса, слегка проведя пальцами по их корешкам, слишком напуганная, чтобы как следует их коснуться.

Я повернулась и увидела, что Мюррей смотрит на меня одновременно с весельем и восторгом. — Эта комната, это невероятно.

— Это несомненно. Я бы привел тебя сюда раньше, если бы знал, что они здесь.

— Не хотел?

— Колумбия, конечно, хотел бы. — Он подошел ближе, чтобы лучше рассмотреть — Это твой Диснейленд.

Я ухмыльнулся. — В этом ты прав.

Он протянул руку и подтащил лестницу к нам.

— Посмотри, что на верхней полке. Его невинный тон противоречил огню, горящему в его глазах, и лукавой улыбке на губах. — Прочитайте их мне.

— Хорошо. — Я прищурила на него глаза, сняла сандалии и взобрался на первые пять ступенек лестницы, чтобы взглянуть. — Есть несколько копий Dante's Inferno.

— И что еще? — Дрожь пробежала по моему телу от ощущения его дыхания на моих ногах. Я попыталась прочитать следующий раздел, отчаянно желая сосредоточиться на том, на что смотрю, но это было невозможно, особенно когда его рука начала скользить по моей ноге. Если бы он пошел еще выше, его встретили бы мои промокшие до нитки трусики, что, я была уверена, было его целью.

Я попыталась произнести его имя, но это тоже было невозможно, выходя стонущим шепотом, и моей первоочередной задачей стала неотложная необходимость оставаться на ногах, когда я была на высоте шести футов по лестнице.

Я спустилась на одну ступеньку, потом на другую, пока он не остановил меня.

— Повернись.

Мы смотрели друг другу в глаза, у меня перехватило дыхание от его напряженности, жар, исходящий от них, обжигал мою кожу. Он оседлал мои ноги по обе стороны лестницы, подойдя ко мне так близко, что мне пришлось схватиться за его плечи, прежде чем я потеряла равновесие.

Обхватив мои икры, он провел ладонями по задней части моих ног. — Это платье мне гораздо больше нравится, и теперь я могу сделать то, что не смог прошлой ночью из-за этих чертовых штанов.

Пульсация в моем клиторе прошла по всему моему телу, пока я не затряслась так яростно, что он вздрогнул от моих ногтей, впивающихся ему в плечи, когда я пыталась удержаться.

— Тебя когда-нибудь заставляли приходить в библиотеку Колумбийского университета? — Его голова вопросительно наклонилась, но я не пропустила его подергивания глаз. — Вообще-то не отвечай. Я не хочу знать ни о тебе, ни о других парнях. Всегда.

Он наклонился вперед, вдыхая последний остаток дыхания, которое он уже украл у меня. Его губы коснулись моих так мягко, что я даже не была уверена, что они там, пока не почувствовала, как мягкий край его языка прощупывает меня, прося меня открыться ему. Я охотно подчинилась, желая дать этому парню из Гарварда все, что у меня было, и даже больше.

Мой язык коснулся его, когда он взял мой рот как свой собственный с восхитительным урчанием у основания горла. Его твердое тело прижалось ко мне, пока я не поняла, что моя спина будет вдавлена в ступеньки лестницы, и позволила ему, нуждаясь в том, чтобы он отметил меня.

Он отодвинулся назад, его руки скользнули сверху вниз по моему телу, возвращаясь туда, где они были.

— Кит, расскажи мне еще раз, как хорошо было прошлой ночью?

Его большие пальцы медленно касались внутренней стороны моих бедер, взад-вперед в деликатных движениях. Я хотела прижаться к нему, чтобы почувствовать, как он двигается выше.

— Это было удивительно. — Мне удалось найти где-то слова, чтобы составить предложение.

— Блядь, посмотри на себя. Ты такая идеальная. — Его большие пальцы продолжали ритм, и из моих трусиков просочилась струйка влаги, покрывая кожу там, где он мог ее чувствовать.

— Как сильно ты этого хочешь? Скажи мне, мне нужно это услышать.

— Так сильно.

Он завораживал, склоняясь надо мной, почти пылая возбуждением, его зеленые глаза казались темными, как мох, и прикрыты капюшонами. Я чувствовала, насколько он возбужден, его плавки плохо справились с тем, что явно было очень впечатляющим членом. Член, который я отчаянно хотела почувствовать внутри себя.

Его руки наконец двинулись вверх, его пальцы скользнули под резинку моих трусиков. Мое дыхание остановилось, когда он медленно спустил их вниз по моим ногам, опуская их на пол в сторону.

— Ты мне доверяешь?

Я кивнул, вне себя от предвкушения. — Да, конечно.

— Поднимите руки над головой и держитесь за лестницу. Не отпускай.

Я сделала, как он приказал, и мои сиськи приблизились к его лицу. Еще одна лукавая улыбка скользнула по его губам, и он стянул верхний край моего платья, забрав с собой лифчик.

Моя голова ударилась о заднюю часть лестницы, когда его рот сомкнулся на соске, моя хватка на ступеньке была единственным, что удерживало меня, когда мои ноги практически подкосились.

— Ты самая сексистская вещь, которую я когда-либо видел. — Тембр его низкого, хрипловатого голоса вибрировал у меня на коже, вызывая мурашки по коже от кончиков пальцев до кончиков согнутых