Весенний роман - Кэти Ффорд

я бы предпочла, чтобы вечеринка была у меня дома. В саду можно поставить павильон. Это будет выглядеть прелестно. И если ты собираешься переехать ко мне, это будет вполне логично.

– Но для тебя это будет очень хлопотно. Хотя, конечно, можно нанять кейтеринг.

– А сладкое я приготовлю сама – в вечеринке это самое увлекательное.

Он обнял ее.

– Это будет просто замечательно! И как скоро, по-твоему, мы сможем ее провести?

– Я не знаю…

– Мне хотелось бы как можно быстрее. Через две недели не слишком рано?

– Давай определимся с павильоном, а потом решим. У меня есть любимая фирма, в которую я обращаюсь.

– Превосходно. А Франко попросим заняться кейтерингом. – Уильям сделал паузу. – Он во всеуслышание задавался вопросом, почему это я так долго один.

– Может, стоит вернуться и сказать ему, что у нас тандем?

Уильям снова поцеловал ее.

– Это одна из причин, почему я люблю тебя – ты «в тренде».

Джилли нашла эту мысль забавной, и ей пришлось выпить воды, чтобы успокоиться.

Когда Уильям довез ее до дома, она была наверху блаженства, тем более что он пообещал вернуться к ужину. Джилли ходила из комнаты в комнату, размышляя над тем, от какой мебели следует избавиться, чтобы Уильям мог привезти свою, и тогда ее дом отчасти напоминал бы его собственный. Ему требовалось место для письменного стола. Может, поставить стол у окна в гостиной, или ему необходим отдельный кабинет? Тогда нужно освободить комнату, которую Джилли использовала для составления букетов и где валялся разный хлам, и получится очень славно.

А пока, если передвинуть старый письменный стол Мартина, которому на самом деле здесь не место, стол Уильяма отлично встанет. Сына, конечно, можно спросить, нужен ли ему стол, хотя он едва ли впишется в современный минималистический интерьер их дома.

Думая о Мартине, она пришла к мысли, что им с Крессидой следует рассказать об Уильяме, и сделать это нужно при личной встрече. Она написала ему по электронной почте, приглашая к себе. Но чем больше она думала о том, что ему нужно рассказать, тем больше нервничала. Ей следовало позвонить, но она не хотела.

Однако разговор все равно состоялся. Он позвонил сам, как только получил ее имейл.

– Что ты хочешь нам сообщить, мам? Надеюсь, никаких глупостей.

– Что ты имеешь в виду? Какие такие глупости я могу вам сообщить?

Она точно знала, что он имел в виду, и да, в его глазах это была глупость.

– Не знаю, – сказал он. – Но, что бы это ни было, будет лучше, если ты придешь с этим к нам.

– Я собиралась приготовить тушеное мясо, которое ты любишь, с сырными сконами.

– Значит, хочешь меня подкупить любимым блюдом?

Она не стала это отрицать.

– Я просто думала, тебе оно нравится.

– Приходи к нам. Завтра вечером, около семи. Крессида ни за что не станет есть тушеное мясо со сконами.

Глава 34

Джилли привезла цветы из своего сада, уже в банке из-под джема, чтобы Крессида не искала вазу (у нее вообще могло не быть вазы), сырную соломку (Мартин любил все с сыром) и книгу для Исмены. Еще она достала из погреба бутылку вина, которая, на ее взгляд, выглядела прилично, хотя она мало что о ней помнила. Вино было куплено давно, после долгого и настойчивого телефонного звонка от известного виноторговца. И теперь Джилли очень надеялась, что оно было хорошим. Уже стоя на пороге дома Мартина и Крессиды в ожидании, когда дверь откроют, она пожалела, что не взяла две бутылки.

– Мама, привет! – сказал Мартин.

Он быстро обнял ее. Джилли насторожилась.

– Здравствуй, дорогой. Рада тебя видеть! Все здоровы? Давно у вас не была.

– Ну, проходи. А за это спасибо. – Он взял бутылку, хотя у нее в руках еще оставалось много всего.

Крессида, выглядевшая очень худой и ухоженной, сидела на краю дивана, сжав колени. Ноги у нее были очень напряжены, и теперь, когда она поднялась, на них обозначились все сухожилия.

– Джилли, вы принесли цветы, как мило!

– Да, – сказала Джилли, передавая их. – Надо просто долить немного воды. Не спеши искать для них вазу.

– Очень предусмотрительно, – сказала невестка, хотя Джилли подозревала, что для нее цветы в банках из-под джема – это «потрепанный шик», а отнюдь не ее стиль.

– А где моя внученька? – спросила она. – У меня для нее есть книжка, которая ей понравится.

– Она у подруги. Мы решили, что без нее сможем лучше расслабиться.

– Ясно. Ну, тогда потом скажете, понравилась ли ей книжка. У этого автора есть много других.

– Вы очень добры. Как вы знаете, она любит читать.

– Это благодаря вам, – сказала Джилли, жалея, что внучки нет. Ребенок смог бы слегка разрядить атмосферу. И вообще она любила Исси.

– Херес, мама? – спросил Мартин, протягивая бокал.

Джилли взяла бокал. Она любила херес, но «Дядюшка Пепе», которым угощал Мартин, был очень сухим, и ей очень хотелось попросить чего-нибудь послаще. Она бы не отказалась, скажем, от амонтильядо.

– Ну что, – сказала она, сделав глоток, – вы готовы выслушать то, что я должна вам сказать?

– Нет! – тотчас заявил Мартин. – Еще нет!

– Ничего страшного на самом деле, – сказала Джилли. – Просто…

– Погоди! – остановил ее Мартин, властно вскидывая руку. – Мы ждем папу.

– Что? – Воспитанность и сдержанность разом покинули Джилли. – Это еще зачем? С какой стати ты пригласил его?

– Я подумал, что, если ты собираешься нам сообщить что-то серьезное, он должен присутствовать.

Джилли вздохнула, напоминая себе о том, что ожесточенные бракоразводные баталии в основном проходили без участия Мартина. Она сознательно не рассказывала детям о том, как ужасно вел себя их отец. Хелена, конечно, знала гораздо больше. Скрыть это от нее было труднее.

– То, что я должна вам сказать, не имеет абсолютно никакого отношения к твоему отцу, Мартин!

– Ну, это должно быть что-то важное, иначе ты не обставляла бы это дело с такой помпой.

Джилли допила бокал. Все шло неправильно. Мартин был настроен враждебно. Может, сказать, что она просто хотела избавиться от его стола, но не объяснять почему? Но тогда в следующий раз, когда сын с семейством приедут ее навестить и застанут Уильяма в домашних тапочках, это будет выглядеть ужасно. И еще намечается вечеринка, куда придется пригласить Мартина и Крессиду.

Она вздохнула.

– Ну, есть два момента. Во-первых, я не хочу продавать дом, но хочу избавиться от кое-какой мебели. Мне хотелось бы знать, нужна ли она вам.

Повисла короткая, напряженная тишина. Мартин поджал губы. Затем сказал с напыщенным