Повороты судьбы - Кристина Французова

Я хмыкнула, в душе абсолютно и безоговорочно согласная: — Люблю тебя, — вырвалось у меня в ответ.

Игорь приподнялся и накрыл мои губы нежным тягучим поцелуем, так резко контрастировавшим с нашим недавним безумием.

— Люблю тебя, — прошептал в ответ, оторвавшись от моих губ.

Кто меня дёрнул за язык, ведь я не собиралась говорить сейчас ничего подобного?

— Я согласна.

Тишина… оглушающая тишина… в ушах нарастал громкий стук заполошного сердца толи от недавней страсти, толи от неуверенности. Решила прояснить, так на всякий случай, почему-то шёпотом:

— По поводу твоего недавнего предложения — я согласна.

И дамбу прорвало к моему огромному облегчению.

— Милая, любимая, моя, Жанночка, спасибо, ты не пожалеешь, — Игорь бессвязно шептал и покрывал моё лицо поцелуями, а после обнял крепко-крепко аж захрустели ребра и выступили слезы. Но я только обнимала в ответ, довольно щурила глаза и наслаждалась, впитывала каждой клеточкой своего тела наше разделённое на двоих, но абсолютно полное счастье.

Жизнь текла своим чередом. Мы с Игорем продолжали усердно работать, каждый на своём поприще. Его строительный бизнес потихоньку, но уверенно развивался. Так что теперь он работал даже по субботам. Я поначалу сильно раздражалась этому факту, не стесняясь, выливая на него своё раздражение. Но Игорь, спасибо ему отдельное, ни словом не попрекнул меня за вспыльчивый характер и нелепые, безосновательные упрёки. Со временем я смирилась, но, не желая оставаться в пустой квартире без любимого мужчины, начала брать больше заказов. Благо, моя суровая начальница Виктория, страдающая неисчерпаемым трудоголизмом, была только «за» и снабжала меня таким количеством работы, что я еле успевала справляться. Но вечерами, лёжа на диване в объятиях родного человека не уставала жаловаться:

— Я скучаю. Мне мало тебя.

— Знаю, малышка, я тоже скучаю, правда.

— У тебя ещё много работы?

— Много Жанночка. Потерпи ещё чуть-чуть. Зимой стройки будет меньше, а сводного времени больше. И мы проведём его только вдвоём. Подождёшь?

— Подожду, куда же я денусь.

Вот так, при наличии любимого мужчины, я всё равно страдала от одиночества. Знаю, не красиво с моей стороны быть такой эгоисткой. Поэтому училась раздражаться молча, про себя, не вываливая ежедневно на уставшего после тяжёлой работы парня своих взбесившихся тараканов. И всё своё недовольство заглушала большим объёмом работы. Получала очередную премию от Виктории, откладывала её (премию, конечно) на свой любимый депозит, что прежде неизменно радовал. Но в данный период жизни незаслуженно вызывал лишь глухую досаду.

Странное существо — человек. Всего лишь несколько лет назад, когда я с презрением и ненавистью относилась к Игорю, то чудом обретённая работа вернула мне утерянную радость, подарила чувство уверенности и защищённости в завтрашнем дне. Растущий депозит, пополнявшийся регулярными премиями, вовсе одаривал неописуемым детским восторгом.

Но стоило мне вновь позволить любви и привязанности к Игорю прорасти и окрепнуть в моей душе, как прежде любимая работа неожиданно стала лишь инструментом для обеспечения себя «лишь хлебом насущным». Полученные премии воспринимались лишь приятным бонусом.

А душа жила в ожидании скорейшей встречи с любимым человеком. Верила, надеялась, ждала. И в минуты долгожданных объятий с объектом своих необузданных чувств, взмывала в экстазе к небесам захлёбываясь, переполняясь восторгом, любовью, страстью.

Выходит, что лишь с обретением своей второй половинки нам становятся чужды любые материальные блага. И в случае, когда мы выбираем не любовь, а богатство, то можно ли называть такие чувства любовью? Ведь если действительно по-настоящему влюблён, то разве согласишься заменить своего возлюбленного на драгоценности, высокооплачиваемую работу, положение в обществе и тому подобное? Мне видится, что нет. Именно по этой причине, когда Игорь уехал на заработки, оставив меня в одиночестве, да ещё и предложил устраивать свою личную жизнь без оглядки на него, я была раздавлена и сочла его поступок предательством. Я решила, что на самом деле с его стороны не было никакой любви. В лучшем случае влюблённость либо просто увлечение. Так как в моем субъективном строении мира невозможно променять любимого, ни на какие материальные блага. Даже если найти этому подходящий, казалось бы, предлог, вроде «я для нас старался и хотел, как лучше». Так как после подобного предательства нет и не может быть никаких «нас» и «лучше». Одна нескончаемая боль.

И я считаю, что мне повезло. Не Игорю, а именно мне. Поскольку видя, как он день за днём упорно, не сдаваясь и не опуская руки, делал всё возможное, чтобы перевернуть моё представление о нём. О его чувствах и отношении ко мне. Как известно вода камень точит. И я благодарна ему. За то, что не сдался. Отстоял Нас. Я благодарна за свою воскресшую любовь к нему. Так как считаю, что он и есть моя вторая половинка. Потому как даже если бы мы не сошлись вновь, то любого другого мужчину я до конца своей жизни сравнивала бы с Ним. Да, он предал меня. Но он же и искупил своё предательство. Я ведь тоже не святая. На моих плечах лежит тяжкий груз ответственности за чужую прерванную жизнь. И однажды я наберусь смелости, посмотрю в глаза своему любимому и расскажу об этом. Расскажу, какую непомерную цену пришлось заплатить за наше с ним малодушие. Он струсил и предал меня, а я струсила и предала не родившегося малыша. Поэтому ничем не отличаюсь от Игоря. Мы всего лишь люди (человеки), все совершаем ошибки…. Разница лишь в том, какие выводы и уроки мы извлечём из наших ошибок.

Постоянные переживания из-за задержек Игоря на работе, а также большой объем работы, который я опрометчиво взвалила на свои хрупкие плечи, отсутствие длительное время нормальных выходных дали о себе знать. У меня всё чаще кружилась голова, появилась слабость в мышцах, каждое утро мне приходилось буквально на пинках заставлять себя вылезать из тёплого одеяла. Осенняя хмурая погода добавляла моему настроению мрачные нотки. Игорь видел, что со мной что-то происходит и из раза в раз предлагал сбавить обороты. Убеждал, что его заработка хватит, чтобы прокормить нас обоих. Я же в ответ психовала ещё больше, так как знала, что этот любимый мужчина настолько крепко влез мне под кожу, что я физически не могу находиться в этой квартире без него. Первой не выдержала Виктория и заявила, что пока я не пройду полное обследование в медицинском центре и не предоставлю ей развёрнутый отчёт о состоянии моего здоровья, она отстранит меня от работы. И если на Игоре я могла позволить себе сорваться (за что мне очень стыдно), то с Викторией такой фокус не пройдёт.