Астрал - Лорэ Энн

работать. Точнее приходить, сидеть за компом, наливать себе чаю и болтать со всем отделом. Всё как она мечтала. А нам приходится за всех отрабатывать.

— Получается, что Гити сейчас не работник, и в круг ей тоже нельзя. Ясно теперь почему приходится на место выезжать, чтобы решить то, что мы обычно решали, не выходя из здания. По идее, нам понадобится ещё один астральщик…

— Да. Но где его взять? Варенин, пока тебя не было, искал замену, но так и не нашел. Все кто приходил не справлялись. Уровень дара оказывался слабоват. И их хватало только на то, чтобы частично осознать, что новости по эмоциональной окраске разные. И как результат пытались их читать, понимать, вникать, а только после этого замечали окраску. А такой алгоритм, к сожалению, трудозатратный и слишком медленный.

Я криво усмехнулась.

— И много их было?

— Нам хватило.

— Ладно. Не переживайте. Есть у меня один на примете. Можно будет попробовать. А что с совместной работой случилось? Даже вчетвером можно было город контролировать.

— Так ведь кое-кто больше в круг заходить не может. А если мы будем без неё, то «все же догадаются». — Передразнила чужие слова Дианка.

— Понятно. — Осталось только вздохнуть. — Давайте хоть город отсканируем пока, может что-то удастся сделать.

Некоторое время мы сканировали город и выравнивали энергетический фон там, где это возможно.

В конце нашей работы Даник неожиданно для нас с Дианкой произнёс:

— Я вот тут хотел спросить, вы не знаете, откуда берётся столько негативной энергии?

Дианка только пожала плечами, а я задумалась. Действительно, откуда?

— Может её кто-то вбрасывает или просто забирает положительную, и когда возникает дисбаланс, то отрицательная множится? Как вы думаете? — закончил свою мысль Даник.

— Думаю, что если забирать положительные электроны, то получается ток, а батарейка разряжается. Если система замкнута, то происходит круговорот, и элементы подпитывают друг друга. Даник, спасибо. Однозначно без внешней силы тут не обошлось.

Мы закончили сеанс и разошлись по своим местам.

* * *

В Офис Общества Одарённых я летела уже на всех максимально возможных скоростях в пределах официально разрешённых. Слишком много дел накопилось за время моего отсутствия. Председатель не заставил меня ждать и пригласил практически сразу, как только я сообщила о своём приезде.

— Здравствуйте Андрей Иванович. Вызывали?

— А! Елена. Заходи. Присаживайся.

Дождалась, когда дверь за мной закроется, прошла к массивному столу, за которым сидел Кораблёв, и присела в предложенное кресло.

— Ну, и где тебя носит? Мы уже с ног сбились, подыскивая астральщика в ваш отдел.

— Так ведь я…

— Ты мне про больницу-то можешь не рассказывать. Знаю я ваши больницы. Спрашиваю, шаталась где?

— В астрале.

— Вот это уже ближе к теме. Что тебе там, мёдом намазали? Сказала бы что в отпуск хочешь, так мы бы тебе оформили, зачем цирк-то устраивать?

Насупилась.

— Я не знала, как вернуться.

— Ой, ну, ладно тебе. Небось с любовником развлекалась?

— С чего бы это? — Не выдержав натиска, сама перешла в наступление.

— Ладно, ладно, не кипятись. Вижу, теперь, что это ты и что жива. Рад тебя видеть. Сейчас, подожди, запрос на астральщика сниму и поболтаем.

— Кхем…

— Что?

— Ну-у-у…

— Ой. Давай уже без кокетства. Чего у тебя там?

— Дело в том, что я-то конечно вернулась, но у нас Гитиннэвыт в положении.

— В каком положении? — Удивился Кораблёв не сразу поняв, что я имею ввиду.

— В таком. В пикантном.

— Тфу. Вас женщин не понять.

— Ну…

— Да понял я, понял в каком она положении. Не нужно мне объяснять. И что теперь?

— Теперь ей в астрал нельзя, а нам шестой астральщик нужен.

— Та-а-ка! — Протянул председатель Общества Одарённых. — Час от часу не легче. И где я тебе его найду? Полгода искали, не нашли. А ты хочешь, чтобы я тебе Одарённого за три минуты нашел и подал на тарелочке?

— А у меня есть кое-кто на примете. — Искоса наблюдая за реакцией Кораблёва произнесла я в полголоса.

— И чего ты молчишь? Давай ближе к делу.

— Но сначала нужно решить одно дельце.

— Не томи.

— Скажите, могу я узнать о Князе?

— Князе Киевском?

— Да нет. Имя Одарённого Князь. Зовут его так.

Кораблёв странно улыбнулся.

— Есть у нас один астральный учёный-исследователь по имени Князь, а фамилия у него — Киевский. Очень проблемный тип. На него всё время жена жалуется. И в исследованиях у него в последнее время провал. Никаких результатов уже года два, а тема у него интересная была. Так это ты его решила в команду взять? Не советую. Астральщик он слабенький.

— Не. Астральщик он нормальный у него с женой проблемы.

— Так что же он к нам не обратился?

— Думает, что Вы его выгоните и он лишится всего. Говорит, что договор брачный подписал, и теперь всё имущество после развода будет принадлежать его жене.

— А договор чей? Иностранный или наш?

— Иностранный, по англовским законам.

— Ну, тогда это просто. У нас приоритет гражданского права перед правом иностранных держав. А значит всё имущество пополам. Да, и есть ещё один интересный момент….

Я внимательно уставилась на Андрея Ивановича.

— Просто в собственности у твоего Князя кроме УНИКа, СУНИКа дома если он его конечно выкупил, и кучки вещей, по которым расщепитель плачет, больше ничего нет. Наверно счёт в банке есть. Но, как я уже сказал, деньги пополам.

— А как же дом, квартира, автомоб, РОКОМ?

— Положим, РОКОМа у него нет, просто незачем было. А всё остальное принадлежит Обществу Одарённых, по программе поддержки молодых учёных.

— Как это?

— Очень просто. Учёным обычно некогда следить за своим имуществом, даже за деньгами специальная программа-ассистент следит, чтобы счета оплачивались и продукты доставлялись вовремя.

Я продолжала удивлённо смотреть на Кораблёва.

— Это мы так переняли опыт предков. Помнишь, были такие артели, в которых сгоняли учёных и они трудились на благо государства?

— Да, но это разве человечно?

— Понимаешь, для нас с тобой, может быть не человечно, а для тех, кто посвятил свою жизнь науке, вполне нормально. Они сами отказываются от самостоятельного управления имуществом, по причине забывчивости или бытовой невнимательности.

— Понятно. — Пробормотала я углубляясь в раздумья.

— Кстати,