Нежеланная, или Дар Небес (СИ) - Ани Марика

смял губы, врываясь языком в рот и имитируя то, что в данный момент делал Бартольд.

Муж остановил наступление, вырывая разочарованный стон, успокаивающе погладил по позвонкам и надавил на тугое колечко, не предназначенное для любовных утех. Во всяком случае, до этого момента я так думала.

— Помнишь, ты нам доверилась, — прошептал Барт, надавливая и массируя.

Нексус опустил пальцы и коснулся клитора, отчего я конвульсивно взвилась над ним и, оторвавшись от губ, задышала часто-часто. Меня словно растопленной лавой окатило.

— Тш-шш-ш, — зашипел Рома, коварно улыбаясь и продолжая ласкать чувствительную горошину, пока то же самое делал Бартольд. Они точно читают мысли друг друга. Или мои.

— Я..я,… — заикалась, хватая ртом воздух и сдерживая порывы.

Тёмный муж стиснул ягодицы и, потянув, плавно опустил на свою плоть. Очень медленно, смакуя, смотря почерневшими глазами прямо в душу и жмурясь, получал неимоверное удовольствие только от моих эмоций. Соединив нас полностью, он дал возможность привыкнуть, гладил, проводил ладонями по острым вершинкам и шее. Особенно по шее. Он сильнее прижимал ладонь к горлу, чувствуя моё хриплое дыхание, застрявшие стоны, и облизывал губы, показывая небольшие клыки. Очень порочно, пошло, жарко. И были бы мои мозги не желеобразными в данный момент, я бы вылетела отсюда как ошпаренная. С рыком притянув к себе, он выпил очередной стон и толкнулся сам. А я почувствовала, как к тугому колечку прикоснулась горячая плоть Бартольда. Но меня это совершенно не испугало. Постаралась максимально расслабиться и довериться.

Нексус опять опустил пальцы к заветному бугорку и продолжал терзать мои губы. Пока Барт со степенной осторожностью протискивался и гладил спину. Мы замерли в такой странной позе. Меня распирало, было тесно и много разных ощущений. Но когда они начали двигаться. Мощно и синхронно как поршни.

Я ослепла и оглохла, и потерялась в пространстве, оттого что они творят с моим телом. От собственного сокрушающего все барьеры желания. От властных, глубоких, порочных и полностью лишающих воли поцелуев Нексуса. От их страстного напора.

Кажется, в эту ночь я возродилась и умерла не один раз. Мир разлетался вокруг. Мужчины продолжали двигаться, опустив себя, вколачиваясь сильнее, жёстче, глубже. Меня кружило в водовороте, пока я не утонула в огненной бездне общего экстаза, содрогаясь всем телом.

Кажется, я всё-таки умерла…

— Глупости не говори, — фыркнул Рома у виска.

Я что, вслух это сказала? И почему так темно? И легко. И тихо. Прижалась теснее щекой к горячей подушке, получила поцелуй в лоб и улыбнулась.

Шум воды отвлек от сладкой дрёмы. Поморщилась, не понимая, кто вздумал принимать душ, пока я тут сплю. А после меня вместе с подушкой опустили в горячую воду. И я, пересилив усталость, приоткрыла один глаз. Это довольный Рома решил принять ванну вместе со мной. Уселся, вытянул ноги и устроил меня между ними. Заботушка.

— Так долго мечтал об этом, — признался Нексус, смотря предвкушающе и выгибая чувственно-порочные губы. — Каждый день, смотря на то, как ты принимаешь душ, мечтал оказаться рядом, укутать собой полностью. Стоило подлететь ближе, ты визжала и отпрыгивала.

— Ага, и грешила на призрака и проклятый дом. Знаешь, как неприятно, когда Бартольд может нормально помыться под горячим душем, а стоит мне залезть, так она тут же леденеет, — проворчала я.

— Прости, — покаялся Некс, притягивая ближе и обнимая крепче. — Сейчас не будет ледяной воды, только горячая. И я.

— Только не утопи меня, — благодушно согласилась, поцеловала в серединку груди и прикрыла глаза.

Глава 42

И снова мрачный кабинет, в котором мы наедине с Алардом. Место встречи изменить нельзя. Правда, теперь кабинет принадлежит принцу Даркраю. Сначала тут было побольше народу: несколько дроу и наша непонятная семья в полном составе. Будущий король Дортмунда сухими словами извинения не ограничился и с барского плеча даровал мне пожизненную возможность посещения подземного королевства и доступ к нижним этажам храма Богини. Специальная бумага, подписанная главной настоятельницей и Даркраем, перекочевала в мои руки, даже не знаю: ценный ли это подарок? Вряд ли, конечно, обычным людям разрешено появляться в подземном городе, поэтому поблагодарила от всей души. Так как мрачная столица мне очень понравилась, я бы хотела ещё раз посетить Дортмунд и без спешки здесь погулять. А вот после всех подарков и извинений Алард попросил будущего правителя воспользоваться его кабинетом, чтобы мы могли поговорить.

Мужчина закрыл дверь и развернулся ко мне. Я сидела на двухместном диванчике и теребила рукава платья. Почему-то рядом с ним я вновь ощущала себя нервозно, как в первую нашу встречу. Он кажется мне совершенно незнакомым, чужим и отстранённым. Алард мягкой поступью подошёл ближе и сел рядом. Очень близко.

— По возвращении домой будет бал в честь официального представления вашей семьи ко двору. Нексусу нужно сменить имя, не будем пугать подданных.

— Хорошо, он сам выбрал себе имя и будет просто Ромой, — пожала плечами. — Или выберет другое имя, созвучное с этим миром.

— Он будет не просто Ромой. Он станет моим советником. Правой рукой и левой пяткой. Я хоть и рад избавиться от него, но вот прятать в глуши не стану, — заметил Алард. — Собственно, это и хотел обсудить. Вам придётся вернуться в столицу и в кратчайшие сроки. К тому же я хочу возложить на вашу семью миссию по постройке главного храма Богини.

— Если Нексус согласен, думаю, и Бартольд будет не против, а я последую за своими мужьями, — улыбнулась я. — А насчёт строительства я ещё хотела бы восстановить старый храм, который находится в большом лесу.

— Выделю из казны средства, — согласился Алард.

— Благодарю, Ваше Величество.

Король усмехнулся такой покорности, заправил за ухо локон и, подхватив за подбородок, поднял мою голову выше.

— Будучи связанным с Нексусом, я чувствовал твои яркие эмоции: страх и радость, счастье и тревогу. Видел твоё сияние и читал по глазам. Сейчас ты для меня закрытая книга, незнакомая, но близкая, — взгляд правителя был тяжёлый, пробирающий, рентгеновский, но говорил он тихо и довольно мягко.

— Вы тоже мне кажетесь совершенно незнакомым, — призналась я, облизнув губы.

Взгляд мужчины тут же прикипел к губам. Он медленно склонился, едва касаясь носом моего носа. Опять давал возможность отстраниться или сам раздумывал над собственными ощущениями. Я же прикрыла глаза и, преодолев небольшое расстояние, прижалась к мягким губам. Поцелуй получился нежным, но совершенно не вызывающий никакого трепета. Мужчина умел целоваться и всем был хорош. Только раньше у меня от него дух захватывало, ноги в прямом смысле подкашивались, я теряла голову и тянулась сама, теснее, жёстче, глубже.

Отстранилась первой и открыла