Мастер из качалки 2 - Александр Гримм

его тоже можно было понять — это был первый раз, когда к его рогам привязали две толстых длиннющих верёвки.

Именно наличие яка на тренировке и вызвало у присутствующих на площадке учеников столь сильное недоумение. А уж когда Ян Гэ с подачи Су Ченя заявила, что духовный зверь станет их тренировочным снарядом, они и вовсе впали в ступор, из которого не могли выйти до сих пор. И только их незыблемая вера в юную звезду Мудан не позволила им усомниться в словах ученицы Первого столпа, а вместо этого вынудила их задать тот самый единственный вопрос. Вопрос, ответа на который она не знала.

Ян Гэ с мольбой посмотрела на стоящего рядом Су Ченя. Она втайне надеялась получить ответ именно от него. Однако вместо ответа юная звезда Мудан удостоилась сначала ободряющего жеста — Су Чень просто продемонстрировал ей свой большой палец, а после, в довесок от него же она услышала одну очень сомнительную фразу.

И хотя смысл этой фразы от Ян Гэ ускользал, ей не оставалось ничего иного, кроме как эту фразу за ним повторить — таков был их недавний уговор.Так что, собравшись с духом, Ян Гэ сделал шаг вперёд, навстречу следящим за каждым её движениям ученикам, и громко, отчётливо произнесла:

— Сейчас мы будем тянуть вола! — указала она твёрдой рукой в сторону Ю.

После этих слов по ровным рядам учеников пронеслась волна шепотков. Ну а Ян Гэ тем временем пыталась совладать с нахлынувшим на неё смущением. И только один як по имени Ю никак не мог взять в толк, почему его обозвали каким-то там волом и куда его собрались тянуть. Духовный зверь даже бросил удивлённый взгляд на брата Су Ченя, однако в ответ, точно так же как недавно Ян Гэ, удостоился одного-единственного жеста — разве что на этот раз брат Чень продемонстрировал совершенно иной палец…

* * *

В душе моей пели птицы. Мне было до одури хорошо. Глядя на пыхтящего, изнемогающего от усталости яка, я буквально лучился довольством и чуть ли не похрюкивал от переполнявшей меня радости — отчего стоящая рядом Ян Гэ то и дело бросала в мою сторону подозрительные взгляды. Но мне было всё равно — я продолжал наблюдать за тем, как сотня учеников, взявшись за самодельные канаты, тянет на себя упирающегося яка.

— Может, хватит? — с тревогой спросила Ян Гэ. Судя по её озадаченной моське, она сильно переживала за своего рогатого друга. Но к сожалению, ее сожалению, я совсем не разделял этих тревог.

— С чего бы? — неподдельно удивился я, наблюдая за перетягиванием каната. — Мы только начали.

— Только начали? — ещё сильнее выпучила свои янтарные глазки Ян Гэ.

— Ага. Не зря же этот вид тренировок называют тяни-толкай.

На самом деле подобный вид тренировок подразумевал под собой разделение тренировочного объёма на два занятия с чередованием тянущих и толкающих движений, но Ян Гэ об этом знать было необязательно. Я не хотел, чтобы моё отмщение закончилось так скоро — я собирался загонять этого хитровывернутого яка до самой смерти…

— Но как же Ю? Учеников много, а он один! — всё никак не унималась чересчур сердобольная Ян Гэ.

— Да ладно тебе, — отмахнулся я от её стенаний. — Ты только посмотри на него, ему же весело. Вон как улыбается…

— Да у него же пена изо рта идёт! — указала на очевидный факт девушка. — И вообще, это не улыбка! Это у него морду от натуги свело!

— Да нет, говорю тебе: это он от радости.

Я едва удержался от очередной улыбки. Яку по имени Ю и впрямь приходилось несладко. Всё же противостоять слаженной работе целой сотни учеников Мудан было непосильной задачей даже для духовного зверя. Вот если бы он взял разгон, как тогда в лесу, то его бы не остановила и тысяча таких учеников, но вот незадача — я попросту не позволил ему этого сделать. По приказу Ян Гэ як двинулся вперёд лишь тогда, когда канаты в руках учеников оказались натянуты подобно струне.

— Но он же так погибнет!

— Ну значит, нас всех ждёт сытный ужин, — я всё же не удержался и как следует облизнулся.

— Ты невыносим! — скрестила руки на груди Ян Гэ.

— Эй, вообще-то, ты сама попросила тебе помочь.

Услышав вполне справедливое замечание, сестрица Гэ тут же сникла. Она и впрямь попросила меня помочь и теперь могла пенять только на себя. И даже ответственность за то, что происходит с её драгоценным Ю полностью, лежит на её плечах. Впрочем, она и сама это прекрасно осознавала, поэтому не дёргалась. Всё, что ей оставалось, это смириться с происходящим и молча наблюдать.

Я же, в отличие от неё, наоборот, молчать не собирался. Тем более что и действо на тренировочной площадке постепенно заходило в тупик. Хоть як больше и не мог сопротивляться слаженной работе сотне учеников, самим ученикам тоже приходилось несладко. Даже несмотря на все их усилия, як застыл посреди тренировочной площадки как вкопанный. Его массивные копыта словно бы слились с камнем под ними, на площадке образовалось шаткое равновесие.

И это самое равновесие меня совсем не устраивало. А потому я решил немного подсобить одной из сторон. И догадаться, какой именно — было совсем несложно.

— Слушайте меня! — громко прокричал я, привлекая внимание пыхтящих от натуги учеников. — Я буду задавать счёт! Раз! Два! Тянем!!!

Поначалу ученики не поняли, чего я от них хочу — все же подобные тренировки были им в новинку. Однако вскоре они втянулись, и дело пошло на лад. В каменной обители, где прежде царствовала тишина, стали раздаваться слаженные, полные энтузиазма возгласы:

— РАЗ! ДВА! ВЗЯЛИ!!!

* * *

Наставник Чой отошёл от окна и вернулся к чайному столику, за которым его уже ждал брат Дой. После того как он уселся, они обменялись понимающими взглядами, а затем, не сговариваясь, посмотрели сторону того самого окна, из которого продолжали доноситься слаженные крики десятков учеников: