Прислуга в гостинице духов (СИ) - Матлак Ирина

Я даже не услышала собственного голоса, когда выкрикнула предупреждение. Неведомо откуда, мне вдруг стало известно, что именно предпримет дух и с какой стороны ударит, о чем и предупредила сражающихся с ним напарников.

Как они сумели вовремя отреагировать и не растеряться из-за того, что я оказалась поблизости, так и не поняла, да и волновало это в последнюю очередь. Самое главное — мои слова оказались полезными, и они увернулись от удара, который мог бы стать для них если не последним, то уж точно существенным.

А звервон тем временем, почувствовав, что в поле зрения появилось новое действующее лицо, внезапно развернулся ко мне. Сейчас это было существо, похожее на огромную летучую мышь, морда которой отдаленно походило на человеческое лицо. Жуткая тварь, не имеющая почти ничего общего с милыми Дэтти и Бэтти!

— Назад! — теперь выкрикнул Герман и ринулся ко мне, но его опередил Тэйрон.

Оказавшись рядом в считанные доли секунды, он заслонил меня собой и, столкнувшись со звервоном, отбросил его назад.

— Дура! — адресовалось мне. — Зачем вышла за пределы защитного контура?!

Оставив вопрос без ответа, я крикнула Герману, чтобы он уходил вправо, что тот моментально сделал. Острые когти прошлись на расстоянии каких-то жалких миллиметров от его лица, едва не добавив ему новых шрамов.

У меня чуть сердце из груди не выпрыгнуло! Даже когда дух летел на меня, не испытывала такого страха, как за безликоборца.

Время для меня все еще было растянуто, поэтому я вовремя успела заметить, что Тэйрон поднял руку в явном намерении вновь выставить вокруг меня защиту. Все так же необъяснимо, на каком-то подсознательном уровне я знала, что это все испортит — если окажусь покрыта золотистым свечением, больше ничем помочь не смогу.

Перехватив руку заклинателя, чем изрядно его удивила и разозлила, я отрицательно покачала головой. Времени что-либо объяснять не было, вдобавок, под ногами внезапно появилось что-то липкое и чавкающее.

Грязь.

Снова приняв облик гусеницы, только на этот раз куда более жуткой, звервон разливал вокруг себя литры зловонной жижи. Воздух сделался жарким и влажным, совсем как в банях, но с тем исключением, что не пах душистыми травами и маслами, а наполнился тошнотворным смрадом.

Машинально закрыв нос рукавом, я продолжила следить за перемещениями разъяренного духа, когда услышала негромкий, но отчетливо прозвучавший стук, идущий из-за стены. Услышал его и Тэйрон, мгновенно посмотревший на дверь, за которой находилась комната-сейф. Не сговариваясь, мы опрометью бросились туда. Обернувшись на бегу, я обратила взгляд на Германа, преграждающего путь звервону и не дающему ему последовать за нами. Одна моя часть отчаянно желала остаться здесь и помочь безликоборцу, но другая рвалась к Кириллу, которому так же явно требовалась помощь.

Упрекнуть меня в том, что только путаюсь под ногами и мешаю, заклинатель не мог, поэтому мешать на этот раз не стал, позволив войти в комнату следом за ним. Точнее, вбежать — на всех парах и, буквально выбив ногой незапертую дверь!

С моего прошлого визита здесь произошли кардинальные перемены. Это помещение увеличилось как минимум раз в пять, а количество тумб, которых в прошлый раз было всего одиннадцать, сейчас явно перевалило за сотню.

Едва я оказалась внутри, как по глазам резанула вспышка яркого света, источником которого был Кирилл. Он стоял в центре комнаты, свободной от нагромождений тумб и, выставив перед собой руки, чертил в воздухе какой-то символ.

Врываясь сюда, я ожидала увидеть еще одного звервона, какого-то другого духа, или Игоря на худой конец! Но почему-то совершенно не предполагала встретить Диму, который, замерев напротив Кирилла, выглядел совершенно спокойным и невозмутимым.

Но когда к нему направился окончательно разозлившийся заклинатель духов, от былой невозмутимости не осталось и следа! Кирилл и Тэйрон ударили одновременно, и на несколько мгновений комнату затопил до того яркий свет, что снова стало больно глазам. Перед тем как зажмуриться, я заметила одну крайне странную вещь: фигура Димы пошла рябью, будто он вдруг оказался под водой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Через несколько секунд, когда поток яркого света иссяк, и я вновь посмотрела на то место, где только что стоял псионик, его там уже не было. Владелец гостиницы и заклинатель духов по-прежнему находились в центре комнаты, стоя плечом к плечу.

— Ушел, — спустя недолгую, но очень напряженную паузу констатировал Кирилл. — Не понимаю, почему он…

Договорить ему не дал появившийся на пороге Герман — взлохмаченный, тяжело дышащий и с ног до головы перепачканный серо-буро-малиновой грязью. От безликоборца разило не хуже чем от звервона, в связи с чем так и захотелось немедленно сопроводить его в бани, но вместо этого я, опередив остальных, спросила:

— С тобой все в порядке?

— Со звервоном покончено, — хрипло ответил Герман, стряхнув со лба приставший, похожий на глину, комок.

Тэйрон и Кирилл переглянулись, после чего заклинатель задумчиво произнес:

— Надо же… твои навыки и впрямь выросли. Я удивлен.

— Польщен, что ты, наконец, заметил, — губы Германа сложились в кривую усмешку, которая в следующее мгновение трансформировалась в гримасу брезгливости. — Черт побери, как же эта дрянь воняет!

Отмерев, я сделала несколько шагов и, обогнув Германа, высунулась в коридор.

Как высунулась — так и обомлела, чуть не задохнувшись от нового потока нестерпимой вони. Грязью было заляпано буквально все: пол, стены, потолок, а еще повсюду валялись какие-то подрагивающие ошметки, о происхождении которых я догадывалась, но думать об этом не хотела.

— Слишком просто, — повторил недавно сказанную фразу заклинатель, вынудив непроизвольно оторваться от созерцания неприятного зрелища и обернуться на его голос. — Они не могли не понимать, что звервон против всех нас не выстоит.

— Против одного меня, — сыронизировал Герман, сложив руки на груди и небрежно прислонившись плечом к дверному косяку.

— А как же Дима? — не поняла я. — Он ведь пришел вместе с духом!

Посмотрев на меня, Кирилл отрицательно покачал головой:

— Это была проекция. Самая сложная разновидность магии разума. Сам псионик не находился в Большом Доме, только его материально воплощенное сознание.

Понять сказанное мне было достаточно трудно, да и я была слишком взвинчена, чтобы вникать в сложные определения.

— Мы предполагали, что так будет, — вмешался в разговор заклинатель. — То же происходило и в тот раз, когда совершили нападение на Джею. Наблюдательница сказала, что на нее напал «разумный человек с холодной аурой», иными словами — проекция сознания псионика.

— Игорь знал, кого брать в помощники, — вздохнул Кирилл, сняв запотевшие очки. — Не будь мы предупреждены заранее, вряд ли бы сумели ему помешать.

— И все-таки слишком просто, — снова задумчиво повторил Тэйрон. — Я ожидал гораздо большего. Впрочем, ночь еще не закончилась.

Очень мне не понравился непрозрачный намек, сквозивший в последних словах. Но, не успела я выразить надежду, что все самое страшное уже прошло, как за стеной раздались звуки возни.

Снова высунувшись в коридор, только на этот раз в компании всех остальных, я увидела стремительно несущуюся в нашу сторону госпожу Санли, которую окружала орава духов-помощников, навьюченных ведрами, швабрами и прочей утварью.

— Ну надо же, какое возмутительное свинство! — громыхнула управляющая чуть ли ни на весь Большой Дом. — Ироды! Охальники! Неряхи проклятущие! Чтоб вас нелегкая забрала, только ведь до скрипа эту чертову, с позволения сказать, гостиницу отдраили!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Госпожа Санли, — тяжело выдохнул Кирилл.

— В своем репертуаре, — хмыкнул Герман.

— Бедный Най, — посочувствовала я.

— Опасная женщина, — подытожил Тэйрон и еще тише, так, что, похоже, расслышала одна я, добавил: — Вот уж точно рыжая чума…

Вопреки опасениям, остаток Самайна прошел спокойно, если не учитывать громкую гулянку духов, которая длилась до самого утра. Тэйрон с Кириллом продолжили дежурить у комнаты, госпожа Санли металась между руководством над мелкими духами и контролем банкета, а мне — совершенно не знаю, как так получилось! — выпала доля проводить Германа в бани, да еще и прислуживать ему вместо духов-помощников.