Академия на краю гибели - Айзек Азимов

— И действительно попал в город раньше меня?

— Ты не пользовался гравитикой, а я — да. Я подумал: ты наверняка отправишься в столицу, поэтому сразу пошел на посадку, пока ты… — Компор вычертил пальцем в воздухе нечто, напоминавшее путь корабля по спиральной орбите.

— И не побоялся схлестнуться с сейшельскими таможенниками?

— Ну… — очаровательно улыбнулся Компор. — Я не всегда и не во всём трус, как видишь.

Тревайз сдержался.

— А как тебе удалось заполучить такой же корабль, как у меня?

— Точно таким же образом, как ты заполучил свой. Мне его выделила старуха Мэр.

— Почему?

— Я совершенно откровенен с тобой. Я получил задание за тобой следить. Мэр хотела знать, куда ты направишься и что собираешься делать.

— И ты всё честно докладывал ей? Или Мэра ты тоже предал?

— Нет, я ей ничего не докладывал. Но выбора у меня не было. Она распорядилась установить на моём корабле гиперреле. Она, видимо, предполагала, что я его не найду, но я его нашёл.

— Ну?

— Увы, оно закреплено таким образом, что я не сумел отсоединить его, не повредив при этом корабль. Следовательно, она знает, где я, и знает, где ты.

— Ну а если допустить, что у неё не было бы возможности следить за мной? Тогда бы она не узнала, где я, — это тебе в голову не пришло?

— Пришло, конечно. У меня была мысль сообщить ей, будто я потерял твой след, но она не поверила бы мне, правда? Тогда я не смог бы вернуться на Терминус бог знает сколько времени. А на Терминусе у меня жена, и я хочу к ней возвратиться. Ты можешь позволить себе такую роскошь — думать только о себе. Я — нет. И потом, я прилетел сюда, чтобы предостеречь тебя. Селдоном клянусь, я хочу, чтобы ты выслушал меня, а ты говоришь о другом.

— Не впечатляет меня твоя трогательная забота. От чего ты хочешь предостеречь меня? Я глубоко убеждён: единственное, от чего мне надо беречься, — это ты. Ты предал меня, теперь следишь за мной, чтобы предать ещё раз. Никто, кроме тебя, мне никакого вреда не делает.

— Не надо, Тревайз. Перестань. Ты — громоотвод, как ты не понимаешь? Ты был послан, чтобы спровоцировать реакцию со стороны Второй Академии, если такая вещь, как Вторая Академия, существует. Моей интуиции хватает не только на преследование в гиперпространстве, и я уверен — это именно то, чего она хочет. Если ты будешь искать Вторую Академию, они узнают об этом и попытаются от тебя избавиться. Сделав это, они наверняка себя обнаружат. И тогда Мэр Бранно нападет на них.

— Как жаль, что твоя знаменитая интуиция молчала в тряпочку, когда Мэр Бранно задумала меня арестовать.

— Ну, знаешь, — покраснел Компор, — не всегда же она срабатывает…

— Теперь, однако, она тебе подсказывает, что Бранно собирается напасть на Вторую Академию? Она не осмелится.

— Думаю, осмелится. Но дело-то не в этом. Дело в том, что тебя бросили как приманку.

— Вот как?

— Да, вот так, клянусь всеми чёрными дырами, и не ищи Вторую Академию. Ей-то на тебя плевать, ей не будет жалко, что ты погибнешь, но мне не всё равно. Я чувствую себя виноватым, что всё так вышло, и мне не всё равно.

— Я тронут, — холодно сказал Тревайз. — Но видишь ли, в данный момент у меня другие интересы.

— Другие?

— Пелорат и я заняты поисками Земли — планеты, которую некоторые считают прародиной человечества. Так, Джен?

Пелорат кивнул:

— Да, это чисто научное предприятие — предмет моих давних изысканий.

Компор на мгновение опешил.

— Ищете Землю? Но зачем?

— Чтобы исследовать её, — ответил Пелорат. — Исследовать единственный мир, на котором развились люди — из низших форм жизни, по всей вероятности, а не прибыли туда, как во все остальные миры… Это будет потрясающее по своей уникальности исследование.

— Помимо того, — сообщил Тревайз, — не исключено, что в этом мире я сумею больше узнать о Второй Академии. Но это только вероятно.

Компор нахмурился:

— Но никакой Земли нет. Разве вы этого не знаете?

— Нет Земли? — Пелорат приготовился идти в атаку. — Вы хотите сказать, что нет планеты, откуда пошел род человеческий?

— О нет, конечно, когда-то Земля существовала. В этом нет сомнений. Но теперь никакой Земли нет. Нет населённой Земли. Она погибла!

Пелорат упрямо продолжал:

— Да, существуют такие предания…

— Погоди-ка, Джен, — прервал его Тревайз. — Откуда это тебе известно, Компор?

— Как это — откуда? Это моя родословная. Я же веду свой род из Сирианского Сектора, если мне будет позволено ещё раз упомянуть о своём происхождении, не задев тебя. Там все знают о Земле. Она находится в этом секторе, а это означает, что она не является субъектом Федерации Академии, и ею на Терминусе, естественно, никто не интересуется. Но, как бы то ни было, Земля находится именно там.

— Да, именно таково одно из предположений, — согласился Пелорат. — Этому вопросу в своё время было придано большое внимание, так называемой «Сирианской Альтернативе» — так это называлось во времена Империи.

— Это не альтернатива, — упрямо мотнул головой Компор. — Это факт.

Пелорат оседлал любимого конька.

— А что вы мне ответите, если я скажу, что мне известна масса мест в Галактике, которые обитающими в тех краях людьми называются или назывались «Землей»?

— Но это реальность, — возразил Компор. — Сирианский Сектор — самая древняя из обитаемых частей Галактики. Это известно всем.

— Да, сирианцы в этом клянутся, — без колебаний, убеждённо и несколько насмешливо сказал Пелорат.

Компор был обижен и задет не на шутку.

— Да нет же, говорю вам…

Тревайз требовательно проговорил:

— Скажи нам, что случилось с Землей. Ты говоришь, она больше не населена. Почему?

— Радиоактивность. Вся поверхность планеты жутко радиоактивна. Ядерная реакция вышла из-под контроля или были ядерные взрывы — точно не знаю, но только жизнь там невозможна.

Все трое некоторое время молча смотрели друг на друга. Компор решил, что для вящей убедительности нужно повторить ещё раз:

— Говорю вам: Земли не существует. И искать её бесполезно.

44

Нельзя было сказать, что выражение лица Джена Пелората сильно переменилось. Ни страсть, ни гнев не отразились на нём. Только глаза сощурились немного, но этого хватило, чтобы обычно бесстрастная его физиономия обрела черты решимости. Он был задет за живое.

Без тени привычной робости он спросил:

— Позвольте узнать, откуда у вас такие сведения?

— Я уже сказал, — ответил Компор. — Это связано с моей родословной.