Мятежница - Хизер Грэм

Спустя четыре дня пришло известие о разгроме отряда северян, уничтоженного почти наполовину. Очевидно, переданная Элайной информация оказала генералу Борегарду бесценную услугу. Он успел великолепно подготовиться…

Выйдя на улицу, Элайна увидела длинную вереницу повозок, на которых лежали и сидели раненые.

— Что это? — спросила она у шедшего рядом с одной из повозок офицера.

— Результат сражения у Манассаса. Нас там разбили вдребезги. Видно, кто-то сообщил противнику о готовящемся на него нападении.

Весь вечер Элайна пролежала в постели, глядя в потолок. Боже! Какой ужас! Ведь это дело ее рук!

Ровно в полночь она услышала странный звук. Казалось, кто-то бросил маленьким камешком в стекло. Элайна встала и выглянула в окно.

Она увидела за деревом возле балкона капитана Льюиса.

— Я принес благодарственное письмо для миссис Гринхау и всех, кто участвовал в этой блестящей операции, — шепотом сказал он. — Вы можете гордиться собой.

Элайна печально покачала головой.

— Днем я видела бесконечную вереницу повозок с искалеченными и умирающими от ран людьми. Это ужасно!

— Мадам, утешайтесь мыслью о том, что могло быть гораздо хуже. Кстати, в сражении погибло не намного меньше конфедератов. Они тоже достойны жалости. Но война есть война!

Капитан Льюис приложил два пальца к козырьку фуражки и исчез в ночной тьме.

Еще через десять дней Элайна получила письмо от Дженифер. Та сообщала, что в сражении под Манассасом погиб Лоуренс. Некоторое время назад его вдруг обуяла революционная лихорадка. Он наотрез отказался вступить в федеральную армию и примкнул к южанам. Получив под командование кавалерийский эскадрон, Лоуренс двинулся с ним на север и принял участие в сражении на стороне генерала Борегарда.

«И вот он мертв… — писала Дженифер. — Северяне изрешетили его пулями, хотя Лоуренс, чтобы сохранить жизнь кавалеристам, уже отдал приказ своему эскадрону отступить. Я молю Бога, чтобы ни один из тех мерзавцев в голубых мундирах не вернулся с этой войны! После гибели Лоуренса все они стали моими заклятыми врагами. И я буду казнить каждого, на ком увижу этот ненавистный голубой мундир. Казнить в отместку за смерть Лоуренса, без которого моя жизнь потеряла смысл!»

Элайна глубоко переживала смерть Лоуренса. Он и Дженифер были самыми близкими ее друзьями в семье Маккензи. Теперь Дженифер осталась одна… Хотя почему же одна? У нее есть брат, отец, добрая мачеха. А главное — очаровательный сынишка Энтони! Уж не говоря про тетю, дядю и кузенов… Среди них и Йен!

При мысли о муже сердце Элайны сжала невыносимая тоска. Она не получила от него ни одной весточки, и это очень тревожило ее. Накануне Элайна поделилась своими тревогами с Райзой и попросила ее выяснить через отца, где находится майор Маккензи. Райза обещала попытаться, но сказала, что Йен уже вышел из подчинения полковника Мейджи и выполняет какое-то задание, данное сверху. Она успокоила Элайну тем, что в трагическом для северян сражении под Манассасом майор Маккензи не участвовал.

Элайна, поблагодарив Райзу, попросила сразу же дать знать, если та узнает что-нибудь о судьбе Йена. Хоть что-нибудь…

Теперь он мог передохнуть и увидеть окружающий мир таким, каким тому следовало быть. Наступило лето. Жаркое солнце палило безжалостно. И только раскидистые флоридские деревья укрывали в своей тени изнывавших от зноя людей, зверей и болотных тварей. Закрыв глаза, он слышал полет цапли высоко в небе, ленивый плеск прибрежных волн, шелест листьев от легкого морского бриза. Дядя научил его различать самые тихие звуки.

Когда-то это было их любимой игрой. Они лежали в траве и слушали. А затем подсчитывали, кто больше услышал.

Но сейчас было не до игр…

— Итак, господин майор, что вы решили? Йен открыл глаза и поднял голову. Джейк Чикоппи выжидающе смотрел на него. Этот молодой парень был наполовину индейцем. Их знакомство с Йеном завязалось в раннем детстве. В федеральной армии Джейк не состоял, но ненавидел рабство, а потому охотно помогал северянам. Обычно именно он первым узнавал о происходящих на полуострове событиях, поскольку постоянно жил в Ки-Уэсте, куда часто заходили корабли.

Но вот уже несколько дней, отрезанные от этой военной базы, они вели наблюдение из болот и топей. Правда, Йену удалось отыскать сравнительно высокое сухое плоскогорье, сплошь поросшее соснами и отлого спускавшееся к морю. Здесь они хотя бы не дышали ядовитыми болотными испарениями. Майор обустроил свой временный лагерь легкими палатками для ночлега и натянул между сосновыми стволами гамаки для дневного отдыха. Чуть подальше соорудили деревянный сарай для лошадей.

— Так что же, майор? — снова спросил Джейк.

— Здесь действительно очень неплохо, Джейк. Послезавтра я переведу сюда весь отряд.

— Почему не завтра?

— На завтра у меня есть кое-какие личные планы.

Когда стемнело, Йен спустился к морю, сел в лодку и направился в Беламар…

…Причалив к берегу, он вытащил лодку на песок и поднялся по знакомой тропинке в цитрусовую рощу. Неожиданно из-за деревьев донесся решительный женский голос:

— Ни с места!

Йен нахмурился, однако неторопливо двинулся вперед.

— Говорю тебе — стой! — вновь раздалось из-за деревьев. — Иначе я изрешечу пулями всю твою мерзкую башку!

Теперь Йен узнал голос Дженифер и негромко откликнулся:

— Джен, это я, Йен.

— Ах, это ты, чертов янки! Ну постой же! Из темноты блеснули знакомые прекрасные глаза. И Йен увидел ружейный ствол, нацеленный прямо ему в лоб.

— Я застрелю тебя. Йен!

Он остановился, протянул руку и отвел дуло ружья.

— Не стреляй в меня, Джен, прошу. Я же люблю тебя и очень, очень огорчен тем, что случилось.

Дженифер выпустила из рук ружье, и оно с глухим стуком упало на землю. Из-за дерева послышались всхлипывания, тотчас же перешедшие в громкие рыдания. Из дома выбежали Тила и Джеймса криками «Джен! Дженифер! Что с тобой?!» Увидев Йена, они остановились как вкопанные и с ужасом посмотрели на него. Джеймс сделал шаг вперед и укоризненно покачал головой.

— Йен, тебе не следует здесь находиться. Сейчас же уходи! Ты стал врагом.

— Нет, он не враг! — воскликнула Тила. — Ты что, забыл, Йен — наш племянник?

Подошел Джером и обнял Тилу за плечи.

— Да, Йен — твой племянник, мама. Но он солдат вражеской армии. И знает, что должен уйти. Вся округа кишит мятежниками, поддерживающими конфедератов. Я даже удивляюсь, как ему удалось благополучно добраться до нашего дома! Но, Иен, хватит безумствовать! Неужели не понимаешь, какой опасности здесь подвергаешься?

— У нас в доме ему ничто не угрожает! — Тила умоляюще взглянула на мужа, прося его о поддержке.