Вольдемар Старинов 3 (СИ) - Садов Сергей Александрович

—Если же бить в само препятствие, то, скорее всего, вы себе руку сломаете. Так, а чего это вы встали? Разве тренировка закончена?

Все поспешно вернулись к маханию кулаками. В комнату заглянул Крейс, подошел к Володе и зашептал в ухо.

—С Гироном мы вчера все обговорили, он уже отправился готовить людей в столицу. Они пойдут отдельно, чтобы не привлекать внимания с караванами. Детали…

—Детали потом скажешь, — прервал его Володя. — Гонцов к Конрону послали?

—Да, милорд.

—А где Джером?

—С Гироном обсуждают способы взаимодействия в столице и поддержки связи.

—Помнишь, я говорил про опознавательные знаки и пароли?

—Конечно, милорд. Знаки, это фигурно разрезанные платки или иные предметы.

—Примерно.

—Лучше пароли, милорд, там ведь много народа будет, а знаки можно только для двоих сделать. Ну или троих, дальше уже сложная головоломка получится.

—Тебе виднее, — согласился Володя. — Да, гонца от герцога Алазорского или Танзани ко мне сразу по прибытию в любое время. Как обычно.

Крейс кивнул и вышел. Володя повернулся к троице, заметил заинтересованные взгляды. Нахмурился. Все тотчас сделали вид, что так увлечены тренировкой, что и не собирались подслушивать. Зачем им это надо? Володя вздохнул.

—Риола, как там у вас продвигается спектакль?

—Сейчас мы дошли до поля Чудес в стране Дураков. Трудно там песню перевести, на нашем языке нет некоторых понятий. Я предложила переводить дальше, а потом вернуться к ней, но Аника отказалась. Вчера почти весь день только и занималась стихами, пыталась передать смысл на Локхерском, причем и чтобы соблюсти оттенки на твоем языке. Очень жалеет, что плохо его знает.

—Я бы помог, но…

—Да нет, милорд, все нормально. Мы понимаем, — вздохнула Риола.

В последнее время они очень редко оставались вдвоем, причем вроде бы как даже по обоюдному согласию. Ни Володя, ни Риола еще не понимали, как относиться к другому. В общем, не сговариваясь, решили взять некоторую паузу.

Еще часа два Володя занимался с троицей и тренировался сам, потом передал подопечных графине Трастимской.

—Леди Аливия, мне хотелось бы обсудить с вами некоторые вещи относительно будущих фрейлин.

Аливия печально вздохнула, покосилась на Володю и, обреченно опустив голову, зашагала за графиней. Уже понимает, что некоторые вещи ей нужно делать обязательно и никто другой их не сделает. Титул, кроме всяких пряников влечет за собой и множество обязанностей. Обычно об этом редко кто задумывается, покоренный внешней мишурой и, не видя всего того, что скрыто за ней.

Следующие три дня оказались самыми тяжелыми для Володи. И не потому, что он оказался чем-то сильно загружен, а как раз потому, что делать ему было совершенно нечего. В свое время он старался отстроить систему таким образом, чтобы она могла работать и без его участия, подбирая людей и помощников. Сейчас от него уже требовалось только общее руководство, разработкой деталей занимались другие люди. Вот и получилось, что все планы составлены, приказы розданы и оказалось, что ему-то делать и нечего. Лигур тренировал войска, готовя их к походу, отбирал солдат в отряды, готовил кавалерию; Филипп Норт занимался обозами и припасами; Крейс с Джеромом отрабатывали свою часть, готовя людей для столицы и по тем поручениям, которые в свое время давал Володя ранее; Саймон готовил требуше и стрелометы. Конечно, все они приходили к нему с отчетами или за советами, но, как правило, времени все это занимало не очень много. Порой руки чесались вмешаться в подготовку, влезть со своими рекомендациями и советами, но всякий раз Володя одергивал себя, оставляя за собой только роль наблюдателя и арбитра. Да и чего вмешиваться? За прошедшие два месяца все уже обговорено, все подготовлено, оружие на ту пехоту, что идет в поход, подготовлено. Вооружить все два полка пока нельзя, еще не подготовлено столько запасов, но вот эти восемьсот, что идут с ним, вооружены единообразно и качественно. Тяжелая пехота в кирасах, остальные в доспехах из кожи, сделанных по новой системе, вместо копий солдаты получили бердыши с крюками, чтобы можно было цеплять латника, с топором и острием впереди, такое универсальное оружие, для пехоты самое то. Лигур долго в свое время вертел первый образец, сделанный по эскизам Володи.

—Как удачно, — хмыкал он. — Словно создано для борьбы с тяжелыми всадниками.

—Против них и создавалось. У вас до такого еще не дошло, но только потому, что и всадники у вас не такие, как у нас. Эта штука против рыцарей, которые закованы в доспехи с головы до ног более того, даже лошадь прикрыта доспехами.

—У вас на родине есть такие рыцари, милорд? Ну да, вы же говорили, что у вас железо научились обрабатывать гораздо лучше нашего. Вы покажете приемы с ней? Тут, конечно, все очевидно, но лучше не набивать шишек самостоятельно, разбираясь в тонкостях.

Что б еще Володя сам знал эти приемы. Нет, в теории он, конечно, знал и на базе даже делались попытки восстановить приемы, понимая, что ему пригодится, но, опять-таки, учителя сами кроме теории ничего не знали.

—Гхм… Лигур, понимаешь, с моими сложением эта штука, как бы сказать…

—Я понял, — с трудом сдержал улыбку Лигур, за что заработал сердитый взгляд сеньора.

—В общем, я могу только теорию рассказать, дальше уже сами.

Как ни странно, но новое оружие понравилось и солдатам, несмотря на то, что оно чуть тяжелее копий оказалось, но за стеной из бердышей они чувствовали себя против всадников намного уютнее.

Получила пехота и новые мечи для ближнего боя. С напряжением сил мастеровых, но назначенные к походу люди экипировались все. Шлемы за основы Володя взял испанских конкистадоров – они лучше всего держали как удар меча, так и стрелу сверху. Намучится пришлось, пока отработали технологию производства, зато потом производили их  достаточно быстро, пусть и с небольшой потерей качества, которую компенсировали более острыми скатами.

От скуки в эти дни, Володя еще раз проверил всю экипировку, особо уделив внимания обуви, ведь зимой воевать придется, и снегоступам – этаким коротким и широким лыжам с мехом вместо смазки. Назад, против шерсти, они не катятся, зато вперед шагать очень даже удобно. Лыжи короткие, всего длиной с ладонь плюс локоть, делать длиннее намного дольше, точно не успели бы к сроку подготовить нужное количество. Да и где столько меха взять? А так и скользить удобно, и шагать можно, и в снег не проваливаешься.

Соорудили и прообраз походной кухни: большущий котел, сделанный по той же технологии, что и шлемы, водруженный на специальную телегу-клетку. Внутрь клетки котел и помещался, лишь чуть возвышаясь над крышей. Саму клетку обшили железными полосами, оставив только окно для подкладывания дров, крышка сверху. Сооружение получилось по стоимости запредельным, полосы ведь вручную ковали, ненадежным, но зато позволяло готовить еду прямо на ходу. Сделали таких десять штук, на восемьсот человек мало, но уж что есть. Делать больше… Володю просто жаба задавила. При всех удобствах полевых кухонь, местные технологии до них еще не доросли – слишком дорогое железо и плохого качества. Володя не заблуждался, все эти железные полосы очень быстро прогорят, и сооружение развалится, но на текущую кампанию их запасов прочности должно хватить. Скорее всего, их хватит года на да-три интенсивного использования, а дальше либо внедрять прокат, либо отказываться от полевых кухонь.

Остальные… остальные пришли в восторг и требовали по кухне на каждые тридцать человек. Володя озвучило стоимость одной кухни, и предложил энтузиастам оплатить их из собственного кармана. Энтузиазм как-то резко пропал. Лигур долго чесал голову, но все же одну из своих средств заказал. Володя даже удивился, не думал, что кто-то рискнет.

Ну ладно, на боевые подразделения этих одиннадцати кухонь хоть в напряг, но хватит, а остальным придется готовить по старинке.

Закончив с проверкой войск, Володя снова чуть ли не бесился от скуки, проверяя и перепроверяя все, что можно. Задолбал всех, но послать сеньора-герцога никто не рисковал. Только Лигур осмелился робко посоветовать господину немного расслабиться на охоте. Знал ведь, гад, что Володя охоту терпеть не может, просто мягко посоветовал господину отвалить куда подальше в лес и не путаться под ногами у людей.