Секретные войны Советского Союза - Александр Окороков

В январе 1967 года личному составу 236-го ЗРП за проявленные при отражении воздушных налетов на Ханой мужество и героизм вручили орден ДРВ "За боевые подвиги" 1-й степени и знамя Хо Ши Мина, а его 1-му дивизиону присвоили звание "Дивизион – герой ВНА". Остальные подразделения удостоились орденов "За боевые подвиги" и "За боевые успехи" [542].

В период с I по 8 мая 1965 года во Вьетнам прибыл 2-й (Бакинский) учебный центр (238-й ЗРП). 30 августа 1965 года он приступил к боевой работе. Руководили формированием полка со стороны советских специалистов: полковник (с ноября генерал-майор) Н.В. Баженов [543] (начальник группы), капитан (с ноября – майор) А.Б. Заика [544] (главный инженер группы), полковник И.И. Смирнов (заместитель по политчасти), подполковник А. Мушенко (начальник штаба). С вьетнамской стороны полк возглавлял полковник Хой. Главным инженером ЗРП был выпускник одного из политехнических вузов Москвы – Нгок. Многие офицеры полка также обучались в Советском Союзе, часть из них имела боевой опыт. По словам А.Б. Заики, к этому времени практически ни дивизионы, ни полк силами вьетнамских специалистов не способны были выполнить боевую задачу. Поэтому на первом этапе (август – ноябрь 1965 г.) эту работу вели только советские военные специалисты от солдата до командира дивизиона – стреляющего. Для этой цели в каждом дивизионе из числа советских специалистов были сформированы сокращенные расчеты численностью 35-40 человек. При этом ракетчики успешно применяли тактику действия из засад, быстро меняя позицию после каждого боя и искусно маскируясь. На оставленных позициях вьетнамцы оборудовали слегка замаскированные, окрашенные известью ложные ракетные установки из бамбука. Не обошлось и без трагических ошибок. Так, 31 октября 1965 года во время налета американской авиации на аэродром Кеп 83-м дивизионом 238-го полка был сбит вьетнамский истребитель МиГ-17. Пилоту удалось спастись, катапультировавшись из горящей машины. Как показал последующий анализ ситуации, ошибка произошла из-за отсутствия системы опознавания в аппаратуре комплекса. Такие случаи имели место и в других дивизионах.

По мере накопления вьетнамскими военнослужащими боевого опыта боевые расчеты менялись местами. К пультам управления садились вьетнамцы, а советские специалисты контролировали их работу. Так, на втором этапе боевой работы 238 ЗРП (ноябрь 1965-го – май 1966 г.) в полку находилось около 50 советских специалистов: по 9-11 специалистов в каждом огневом дивизионе (стреляющий – начальник группы, офицер наведения, один оператор PC – солдат, техники систем, командир стартовой батареи, оператор СРЦ (станции разведки и целеуказания) – солдат), четыре специалиста – в техническом дивизионе и небольшая ремонтная группа и врач – в управлении полка. Боевая работа стартовой батареи полностью выполнялась военнослужащими ВНА [545]. После проведения вьетнамскими расчетами нескольких успешных боев основная часть советских специалистов снималась с боевых позиций и приступала к обучению личного состава нового ЗРП. В действующих же полках оставались небольшие (10-15 человек) комплексные группы из наиболее опытных специалистов, выполнявших обязанности инструкторов, ремонтников и советников одновременно [546]. В результате такого метода обучения менее чем за год (1965-1966) советскими военными специалистами были подготовлены 10 зенитно-ракетных полков и 3 полка радиотехнических войск.

С 15 мая 1965 года начал свою деятельность 3-й учебный центр, готовивший 285-й ЗРП ВНА (начальник – полковник К. Завадский, заместитель по политчасти – майор В. Филиппов).

В 1966 году по запросу вьетнамской стороны в ДРВ для обучения национальных кадров были направлены дополнительные специалисты ПВО. Так, с 4 марта 1966 года приступил к выполнению поставленных задач личный состав 4-го учебного центра, сформированный на базе сокращенного состава 260-го Краснознаменного зенитно-ракетного полка (г. Брянск) Московского округа ПВО (начальник центра – полковник В. Федоров, заместитель по политчасти подполковник В. Нежельский). Одновременно 1342 вьетнамских военнослужащих приступили к обучению в военных учебных заведениях СССР. В 1966- 1967 гг. на их базе были подготовлены и сформированы 5 зенитно-ракетных полков общей численностью около 3000 человек [547]. В дальнейшем в состав группы влились военные специалисты, летный и инженерно-технический состав, связисты, танкисты, военные моряки и медики.

С мая 1966 года по май 1967 года были созданы еще шесть учебных центров, основу которых составлял, как правило, один зенитно-ракетный полк (начальники: полковники И. Певный, И. Суховеев, А. Ярославцев, И. Варламов, Н. Береговой и А. Ваганов [548]; заместители по политчасти: подполковники А Беляков, Ф. Абрамов, В. Крупнов, Е. Рыков, В. Вовченко, майор Серюк). По завершении комплектования учебных центров их личный состав располагался в отдельных военных городках, где в течение двух-трех месяцев проходил всестороннюю подготовку к выполнению правительственного задания, после чего направлялся во Вьетнам.

Всего с апреля 1965 года по май 1967 года в ДРВ прибыли 2266 военнослужащих ЗРВ ПВО СССР. Увеличение числа зенитно-ракетных полков в составе группировки войск ПВО позволило с июля 1966 года наряду с действиями отдельных зенитно-ракетных дивизионов из "засад" сосредоточить основные усилия на прикрытии важных объектов страны. Вокруг основных административно-политических и промышленных центров стали создаваться эшелонированные боевые порядки дивизионов с взаимным перекрытием зон поражения. Так, в группировке ЗРВ вокруг Ханоя удаление рубежей, на которых располагались дивизионы, составляло 5-10, 15-20, 35-40 км (соответственно удалению от границ города). Одновременно на территории Северного Вьетнама началось образование 8 районов ПВО. 6 из них по границам совпадали с имевшимися военными округами, 2 других разворачивались вокруг наиболее крупных городов (Ханой и Хайфон). В этой работе, особенно на начальном этапе, ведущая роль принадлежала советским военным специалистам [549].

Значительный вклад в этот процесс в разные периоды внесли советские офицеры: полковник А.И. Горюнов, подполковники Ю.М. Бошняк (впоследствии генерал-полковник), B.C. Рувимов (впоследствии генерал-полковник), Л.Н. Нарков, А.Г. Быргазов, О.П. Гордейчук, А.В. Благодеров (впоследствии генерал-майор), майор Ю.Т. Бражников (впоследствии генерал-лейтенант), капитаны А.П. Гладышев [550], И.С. Филин, В.М. Константинов (впоследствии оба полковники) и многие другие.

С первых дней пребывания на вьетнамской земле советские военнослужащие столкнулись с рядом специфических трудностей, в первую очередь климатического и санитарно-эпидемиологического характера. Тропическая жара, большая влажность, достигавшая в ночное время 100%, физические и психические перегрузки [551] изнуряюще действовали на личный состав. Эти трудности усугублялись изобилием москитов и других насекомых, вызывающих ряд заболеваний (энцефалит, лихорадку Ку, амебную дизентерию и др.), ядовитых змей и др. В связи с этим руководство ВС было вынуждено включить в состав каждой полковой группы специалиста-врача, а также направить в ДРВ группу врачей-консультантов из числа ведущих специалистов окружных, центральных военных госпиталей, клиник Военно-медицинской академии. Консультативная помощь врачами-специалистами оказывалась на базе медицинского пункта посольства, непосредственно в местах дислокации полковых групп. Стационарное лечение проводилось в госпитале советско-вьетнамской дружбы врачами госпиталя при участии в случае необходимости врачей-специалистов.

Принятые меры, по словам полковника медицинской службы Е.Т. Назаренко, бывшего в 1968 году в звании старшего лейтенанта во Вьетнаме, привели к тому, что все "его подопечные" возвратились в Союз практически здоровыми людьми [552].

Переброска советских военных специалистов во Вьетнам осуществлялась в основном по воздуху силами военно-транспортной авиации. Одновременно в ДРВ поставлялась советская военная техника: зенитно-ракетные комплексы С-75 "Двина" и С-75М "Волхов" (всего с июля 1965 по 1972 г. в ДРВ было поставлено 95 ЗРК С-75 и 7658 ракет), истребители МИГ-17 и МИГ-21, истребители-бомбардировщики СУ-17, бомбардировщики ИЛ-28, транспортные самолеты ИЛ-14 и ЛИ-2, зенитная артиллерия среднего и малого калибра (в том числе с марта 1965 г. 37-мм и 57-мм зенитные пушки), радиолокационные станции обнаружения, техника связи, и т.д. [553]. При этом для доставки этих грузов активно использовались военно-транспортные самолеты АН-12 и АН-22. Первый брал на борт один, а другой – два истребителя МиГ-21 в полуразобранном виде в контейнерах.

Действовали также морской и наземный (железнодорожный) пути. Для доставки грузов морским путем (конечный пункт порт Хайфон) было задействовано более 20 судов Черноморского и Дальневосточного морских пароходств [554]. Как правило, при подходе к побережью Вьетнама приходилось преодолевать зону морской блокады, установленную американскими ВМС. Не менее сложным был и наземный маршрут, проходящий по территории Китайской Народной Республики. Натянутость отношений между СССР и КНР сказывалась (несмотря на договоренности) и на эффективности функционирования этого пути. Разграбление советских военных грузов, направляемых из СССР в Северный Вьетнам через Китай, приняло систематический характер.