Смерть может танцевать 5 - Макс Вальтер

в неё можно протиснуть лишь пальцы рук, ноги проще совсем не использовать, пользы от них никакой. Опять же, сильно помогла сыворотка, плюс постоянные тренировки. В общем, забор я преодолел буквально за секунду, а когда приземлился рядом с Лемой, уловил, как она дважды выстрелила.

В общей какофонии взрывов и автоматных очередей, «Выхлоп» сработал практически без звука. Лишь находясь рядом, я едва уловил два пороховых хлопка, но в амфитеатре их вряд ли кто-либо расслышал.

– Чисто, – выдохнула она, и мы одновременно сорвались с места.

Короткими перебежками от ящика к машине и к следующему штабелю. Мы неумолимо приближались к заветной цели.

Чёрный провал портала уже полностью раскрылся и возвышался исполинским пятном на фоне заката. Чужеродное и от этого ещё более потрясающее зрелище. От него веяло некой мистикой, чем-то невероятным, невозможным, даже магическим.

Шухер у периметра сыграл не только в плюс. Стоило приблизиться к арене, как сразу же стало понятно: почему так вальяжно ведёт себя Ярг со своим отрядом. Они попросту под охраной.

Время катастрофически утекает, стоит лишь ввязаться в бой, и мы уже никуда не успеем. До стен амфитеатра остался один рывок, но как назло, в арке входа засели двое. Нас они пока не видят, однако стоит выскочить из-за штабеля ящиков, что скрывают нас от прямой видимости, как по нам незамедлительно откроют огонь.

Блок защиты заряжен полностью, но насколько его хватит – двадцать, тридцать попаданий, а что потом? Шум привлечёт внимание, и мы окончательно завязнем в бою.

Нет, вот так, нахрапом на прорыв пойти не получится.

Лема уже плавно потянула спуск, когда я придержал ее. И тут на противоположной стороне арены громыхнуло так, что земля под ногами затряслась. Люди в обороне моментально выскочили из шаткой конструкции, хотя я бы на их месте лучше оставался внутри.

Эти арки пережили столетия, работу резонатора и хрен знает ещё какие последствия, что накрыли нашу планету.

Но было уже поздно. Лема быстро перегруппировалась и без лишних вопросов и разговоров двумя выстрелами отправила обоих на тот свет. Ну, в том случае, конечно, если Ярг обделил их с сывороткой.

В арку мы уже вошли в другом порядке. Теперь Лема двигалась позади, потому как с её винтовкой здесь только за камни цепляться. Она естественно тут же отправилась за спину, настала работа для пистолетов. Дополнительно я подхватил с тела короткий дробовик. В тесном пространстве – вообще крайне убойная вещица. Однако, оказалось что бороться больше не с кем, и я в очередной раз словил неприятное ощущение. Будто кто-то специально затягивает меня в ловушку.

На песок мы выскочили в тот самый момент, когда спина Ярга скрылась в черноте портала. Его края уже двинулись навстречу друг другу, намекая на то, что у нас остались последние секунды.

Лема без раздумий рванула вперёд, впрочем, и я не стал исключением, ведь мы именно ради этого сюда и спешили. В портал всегда входило ровно два десятка человек и если всё сделать правильно, то вскоре они станут трупами.

В черноту мы вошли одновременно, вот только снова что-то пошло не так.

Это я понял, когда вылетел обратно на песок, получив внезапный, прямой удар в грудь. Отреагировать на него я не успел, зато этой доли секунды хватило, чтобы оценить обстановку с другой стороны.

Словно фотография, происходящее отобразилось в памяти. Густые джунгли, тропа, посреди которой замер отряд Ярга с поднятым оружием, которое направлено в нашу сторону. Его самого не видно, зато в памяти осталось лицо того, кто вышвырнул меня обратно – Друг.

Этот долбаный Шаман, он снова влез в самый ответственный момент. Но какого чёрта? Где Лема? Почему он не выбросил из портала её?!

– Не-е-ет! – внезапно моих ушей коснулся пронзительный женский крик и вдруг всё вокруг замерло, остановилось.

Что-то рвануло на трибунах за мгновение до этого, и взрыв застыл, словно невидимый художник решил запечатлеть его в картине. Стало невероятно тихо, даже ветер, что не прекращался в ущелье ни на секунду, стих.

Я только сейчас осознал, что именно поэтому услышал крик, в котором отчётливо уловил ярость, обиду и даже некоторое отчаяние. Будто кто-то строил карточный домик и в самый последний момент чихнул, или резко открыл дверь, запуская сквозняк, и убивая весь многочасовой, а возможно, многодневный труд.

Я обернулся на звук.

Кетта, на её лице читалась ненависть, да такая, что она готова была испепелить меня взглядом. Зачем она здесь? Вокруг разрываются снаряды, свистят пули, а она за каким-то хреном выползла на арену. Что могло ей понадобиться здесь?

Я бы понял, если она собиралась сбежать вслед за Яргом, но нет, Кетта стояла прямо у подножья Императорской ложи, и держала в руках каменную чашу, внутри которой плескался свет.

Именно так, он бурлил, иногда переливался через край и тут же впитывался в песок, и с каждым мгновением этот процесс становился всё интенсивнее.

Она так и стояла с ней, прожигая меня ненавистным взглядом, а свет уже хлестал потоком через край, как вдруг ударил прямым лучом в небеса.

Я проследил за ним взглядом и почему-то нисколько не удивился произошедшему следом.

Когда он достиг верхней точки атмосферы, то подсветил её купол и разразился пучком молний, одна из которых стремительно приближалась к моему телу.

Уже в последний момент я заметил, что Кетта была не одна, её вынудили прийти сюда под пули и осколки. Снова пресловутые Шаманы.

Их специфическая манера одеваться, заточенная под монахов, с капюшонами на головах, не оставляла сомнений.

Видимо, только чаша могла спасти Кетту от них, потому как их тела тоже поставили на паузу. Наверняка это как-то связано, ну не верю я в то, что Кетта решила прогуляться под взрывами. Очень уж похоже на вынужденную меру.

Но странно, отчего тогда могу двигаться я?

Допустим, Кетта не вмёрзла во времени лишь за счёт чаши, но у меня-то её нет.

Это всё, что я успел подумать, перед тем как в меня прилетел разряд. Точно такой же ударил и в Кетту, а значит, чаша вовсе не является гарантией безопасности.