Пограничник - Виктор Кувшинов

С этими словами Джим погнал скользящий, как по маслу, джип. А спустя несколько минут, они миновали выжженное пятно Владова сражения. Транспорт устремился прямо от чернеющей кромки леса и вскоре остановился.

— Все! Дальше этой технике дороги нет. Давай прощаться. Если еще захочешь повидаться, ищи меня на барьере — я тут часто катаюсь, — не знал, как заставить себя замолчать, рубаха-парень Джим.

— Спасибо тебе за все. Теперь я просто должен дойти до своей цели, — открывая дверь, произнес Влад.

— А что за цель-то? — бесхитростно спросил ковбой.

— Найти смысл жизни… — грустно пошутил новоиспеченный пограничник и ступил на землю.

— Ну, тогда успехов в этом безнадежном деле! — хохотнул Джим. — Надеюсь, ты его так и не найдешь, и мы еще встретимся!

— Прощай! — улыбнулся Влад и захлопнул дверцу.

Джип, словно тень, исчез в направлении смутного заката над тоненькой черной полоской леса на горизонте. Проводив взором неожиданного приятеля, пограничник повернулся в сторону своей призрачной цели. Впереди по-прежнему серела странная степь, теряясь в сумеречном мареве.

Он не знал, по какой прихоти закрыл глаза и представил себе приближающегося коня — надежды было мало, но кто здесь, на краю этой иллюзии мог что-либо гарантировать? Нет, когда он снова взглянул в сумерки степи, ничего не появилось. Разочарованно вздохнув, он еще раз сориентировался по далекой кромке леса, выбрал направление и пошел дальше в степь. Но не сделал он и двух шагов, как впереди показалась точка, и стала быстро приближаться.

Влад панически начал шарить по карманам, разыскивая лазерную указку и проверяя, хорошо ли сидит в ножнах его сабля, но надобность в отваге отпала сама собой — к нему во весь опор приближался прекрасный гнедой конь с длинной, развивающейся на скаку гривой — точно такой, какого он представил себе.

Чудо-животное сбавило темп и встало, как вкопанное прямо перед пограничником, шумно выдыхая воздух ноздрями. Влад осторожно обошел вокруг лошади, внимательно разглядывая все детали — немного вспотевший круп, шикарное седло со стременами, уздечку… все было, как надо. Конь услужливо склонил голову, словно приглашая хозяина садиться ему на спину.

«Неужели так легко получилось?» — удивлено спросил сам себя экспериментатор и, больше не раздумывая, вставил ногу в стремя. Нужно было спешить — судя по розоватому окрасу неба, скрытое маревом солнце приближалось к горизонту. Хотя Владу показалась одна странность: вокруг будто перестало темнеть и сумерки больше не наступали ему на пятки. Но в любом случае — стоять и ждать, когда со всей округи начнет стягиваться нечисть, не было никакого смысла.

Конь, словно понимая мысли всадника, устремился рысью обратно в сумеречную неизвестность. По мере продвижения Влад все больше понимал, что окружающая степь постепенно меняется, вернее не столько она, сколько путь, по которому скакал конь — понемногу откуда-то появилась натоптанная колея с пучками травы и маленькими кустами по обочинам…

Если бы не чудо-конь, Влад бы не успел среагировать. Животное вдруг резко остановилось, сделав пару шагов, только для того, чтобы всадник не перелетел через его шею. От открывшейся перед ним картины у наездника замерло сердце: наискосок дорожке, по которой они двигались, шел край пропасти, словно полотно степи треснуло. Да, это была гигантская трещина, и ее противоположный край хорошо просматривался в метрах пятидесяти. Серая вертикальная стена разлома уходила отвесно в пучину темной бездонной пропасти, а ближний край обрывался в каком-нибудь метре от ног коня.

Понятно, почему техника Джима не годилась в этих местах. Как Влад мог не заметить такой пропасти? Хотя в этой серой дымке, да на всем скаку… нужно будет сбавить скорость. Он рассматривал дорогу, которая слегка выступала и делала козырек над пропастью, словно пытаясь бежать дальше по пустоте. Как бы странно не вела себя дорога, нужно было менять направление. Отклонение вправо было небольшим, но здесь уже не была видна кромка леса на горизонте, а солнце пропало еще раньше, и ориентиров не осталось совсем. Пограничник понимал, что еще пара таких отклонений, и он окончательно потеряет курс.

К счастью трещина оказалась недлинной и через три сотни метров сошлась клином. Но самое поразительное было не это. Когда он поехал вдоль края разлома, дорожка снова стала появляться под копытами коня. Причем она становилась все четче, принимая очертания настоящей грунтовки, а за окончанием трещины, она делала плавный изгиб в правильном направлении и дальше снова пошла прямо, как стрела.

Вторая трещина появилась справа, но, не дойдя до дорожки, сделала излом и ушла в неизвестность. Влад еще притормозил ход коня, чтобы не влететь в очередную пропасть. Почти сразу после этого дорога стала еще ярче выделяться зеленью травы на обочинах по сравнению с окружающим бесцветным пейзажем.

Но у медленного продвижения оказались и недостатки. Внимательно просматривая пространство впереди на отсутствие трещин, пограничник не сразу заметил тень, мелькнувшую сбоку. Но когда это повторилось опять, он понял, что снова подцепил себе компаньонов, как и предупреждал Джим. Влад на скаку вынул лазерную указку, а другой рукой резко натянул поводья. Конь немного привстал на задних ногах и в скачке сделал пол-оборота в сторону.

За всадником следовала небольшая стая волков, или похожих на них серых существ. Влад не стал рассматривать, сколько ног или зубов у них было, и начал косить их своим лазером. Пограничнику удалось сразу зачистить пространство вокруг себя, но вдали показались новые тени, приближающиеся к нему.

Поняв, что нужно двигаться быстрее он во весь опор погнал своего скакуна. Преследование оторвалось, но убавлять скорость всадник не решался, стараясь внимательнее вглядываться в сумерки прямо по курсу. Он заметил еще одну трещину сбоку, которая, подойдя совсем близко к дороге, опять зигзагом ушла в сторону. Отвлекшись на эту опасность, Влад не заметил новый разлом и на всей скорости вылетел над пропастью.

Он с ужасом смотрел по сторонам, но ничего не мог поделать — конь продолжал нестись по тонкой ленте дороги, словно мост перекинувшейся через темную пучину темноты. К счастью, трещина оказалась неширокой, и он снова оказался посреди серой степи. Остановив коня, Влад с удивлением рассматривал совершенно мистическое зрелище висящей в черноте грунтовой дорожки, зеленеющей свежей травой по узким обочинам.

С той стороны разлома появились серые тени преследователей, и тут до пограничника дошло, что дорога — это порождение его фантазии, точно такое же, как и конь. По всей вероятности, чем дальше он удалялся от кромки мира, тем легче воплощались в действительность любые придумки.