Зверолов - Владимир Поселягин

— Хорошо, я подожду, — ответил я и стал терпеливо ожидать.

Буквально через минуту трубку взял тот, кто был мне нужен.

— Айрон Крисс у телефона, — услышал я мужской голос.

— Добрый вечер. Я Анникейн Росс, проездом через этот город. Я должен был передать одну посылку-письмо моему хорошему другу, но к сожалению, выяснилось, что обстоятельства заставили его спешно покинуть страну и вернуться на родину. Однако он передал ваши данные как один из запасных вариантов…

— Я понял, о чем вы. Не могли бы мы встретиться лично?

— К сожалению, у меня самолет, поэтому лимит во времени… Хотя… Выйдите прямо сейчас из гостиницы и спускайтесь вниз по улице, я вас подберу.

— Я вас понял, мистер Росс.

Повесив трубку, я улыбнулся. Какой бред ни неси, да еще с иносказательными интонациями, шпионы в него верят больше, чем когда говорят прямо или откровенно врут.

Этот Крисс под колпаком конторы, и разговор наверняка прослушивался, поэтому нужно было торопиться. Сейчас группа внешнего наблюдения должна подготовиться, чтобы взять британского шпиона на выходе из гостиницы под контроль и зафиксировать наш контакт.

Вернувшись в машину, которая продолжала постукивать мотором на холостом ходу, я тронулся с места, направляясь к гостинице. Заметив, что среди немногочисленных посетителей вышел статный, легко одетый мужчина, поднял воротник пиджака и, сунув руки в карманы, направился вниз по улице, я немного прибавил скорость, пытаясь вычленить среди людей и машин агентов конторы.

Проехав перекресток, я догнал бредущего и дрожащего от холода англичанина и, посигналив, открыл дверь с пассажирской стороны, притормозив на миг. Тот моментально прыгнул в прогретое нутро машины, и я надавил на педаль газа. В машине было темно, а от освещения приборов нельзя было разглядеть лицо, хотя британец явно пытался.

— Это вы мне звонили? — спросил он.

— Да. О том, что мистер Нортон покинул Россию, я не знал, вот и пришлось искать пути подхода к вам, — с тем же акцентом ответил я. — Черт, русские едут за нами на двух машин! Держитесь, попробую оторваться от них. Надеюсь, на этом металлоломе, что делают русские, это удастся.

С сиренами и мигалками я проскакивал на перекрёстках на красный свет светофоров и смог-таки уйти от слежки. Одна машина наружки столкнулась на перекрёстке с другим участником движения, а вторая вылетела с дороги на повороте и застряла в сугробе. Так что мы успели уйти.

— Что за пакет? — поинтересовался Крисс, когда сирена смолкла и люстра на крыше перестала работать. Мотор молодец, выдержал предельные нагрузки и не заклинил, хотя температура поползла вверх.

— Сейчас достану, подержите руль, — попросил я, и когда шпион это проделал, нанес ему удар по горлу. Тот наклонился вперед и получил вырубающий по затылку. Правда, пришлось добавить, крепкий оказался.

Зная, что сейчас идут поиски этой машины по всему городу, я заехал на пустырь в промышленном районе — позади металлургического комбината, и заглушил машину. Удобный салон универсала изрядно помог мне, хоть и был достаточно узок. Перетащив шпиона и распяв его на полу, стал приводить в сознание, приготавливая инструменты. Обыск показал, что ничем особенным в стиле Бонда тот похвастаться не мог. Капсула с ядом в пряжке ремня и небольшая кобура на лодыжке. Пистолета в кобуре не было. Поискав, я нашел на полу под передним сиденьем пропавшее оружие. Видимо, тот держал его в руке, мало ли что, но воспользоваться не успел. У меня холодок пробежал по спине. Мог ведь в этом деле победителем выйти не я, а британец, и распятым мог быть тоже я. По краю прошел, нужно в следующий раз лучше планировать свои операции, тут-то вынужденно действовал экспромтом.

И то, и другое я прибрал, как и часы с руки. Забавный циферблат, надо посмотреть, что там внутри, сейчас времени не было.

Тот очнулся, когда я прижег зажигалкой голые пятки. Как только он сфокусировал на мне взгляд, я сказал:

— Ну что, британский шпион, давай, вываливай на меня свои секреты… О, судя по твоим расширившимся глазам, ты меня явно узнал. Вот это интересно. Я хочу знать, кто отдал приказ на мою ликвидацию и перечисли мне всех, кто вообще знает обо мне из ваших.

Запирался тот долго, явно крепкий орешек. Но профессиональные пытки сломают кого угодно. Это я как профессионал говорю. Вот британец продержался семь минут, а это очень много, поверьте мне. Зная свои силы, я могу с уверенностью утверждать, что и я примерно столько же продержусь, хотя там от умений ката всё зависит. Я-то так, средненький.

Допрос шел полтора часа, очень много знал британец, очень. Он был посредником и курьером для встреч с агентурой и резидентом, которого выслали из страны, мистером Оливером Нортоном. Блокнот заполнился на двадцать страниц мелким и убористым почерком. Про себя я записывал отдельно.

Когда я понял, что выдоил сломленного британца до конца, попытал еще, чтобы убедиться, что он ничего не скрыл, дополнил блокнот еще одной страницей, но с более взрывоопасной информацией и, как обещал, прикончил его сразу. Просто пережал шею, и тот тихо уснул вечным сном. Свои обещания я держу, ушел он легко.

Дальше я действовал быстро, развязал британца и, найдя пару кирпичей на пустыре, привязал их к ногам покойника и выехал с пустыря. Пора избавляться от улик. Британец ушел под воду с набережной в промышленном районе, а машина была загнана на тихую улицу и подожжена. Протирать ее от отпечатков пальцев мне было банально лень. А так — облил из канистры салон и бросил горящую тряпку.

Через полквартала на соседней улице я загрузился в заполненный народом салон троллейбуса, стоя доехал до другого района, снова сменил транспорт, и уже на такси поехал на железнодорожный вокзал, пора узнать, когда будет следующий поезд на Ленинград. Требовалось сравнить показания разных шпионов и найти ту ценную крупицу, что мне могла помочь.

По словам Крисса, кроме него обо мне информацией владел Нортон и кто-то из британской разведки в Лондоне. Чуть ли не зам директора. То есть Крисс знал только о троих. На вопрос о шифровальщике, что мог получить доступ к этой информации, получил ответ, что в России он сам отвечал за это. А что творится в штаб-конторе их разведки в Лондоне, он не знает. Про парня, что работает в Ленинграде, Крисс орал, что не знал, но я с упорством спрашивал его. К концу он сломался, и я многое узнал о ленинградском агенте. Тот оказался его хорошим другом.

По мне он тоже работал, но выполнял чисто разведывательные функции, например держал связь с полковником Струговым и помог тому уйти от советского правосудия. Где сейчас полковник, Крисс не знал, передал его другому курьеру, но то, что те отправились в Ленинград, он был в курсе.