Воспоминания Мерлина, или Привет, Хогвартс! - 4ert13

«— Здравствуйте. Итак, что же вы можете сказать о профессоре Долорес Амбридж? Как она ведет занятия, что именно поменялось в обучении? Конечно, сравнивать вам мало с чем — Профессор Квирелл, с духом Воландеморта, Гилдерой Локхарт — великий обманщик, Профессор Люпин — оборотень, И Грюм, он же «Шизоглаз» — известный в свое время аврор, но уже давно в отставке. Но все же?

— Добрый вечер. Ну, я не сказал бы, что сравнивать будет сложно. Справедливости ради нужно заметить, что и Люпин и Грюм вели свои программы превосходно, к примеру, именно благодаря занятиям профессора Люпина, посвященным магическим существам и противодействию им Седерик Диггори и Гарри Поттер, чемпионы школы Хогвартс, без проблем прошли второе испытание на турнире трех волшебников. И на их фоне профессор как–то слабоват, при всем моем уважении.

— Что именно вы имеете ввиду?

— Что она использует программу, цитирую «одобренную министерством». А именно — не учит нас ничему. А я напомню, что в конце года у всех экзамены, у пятого и седьмых курсов СОВы и ПАУК, который принимать будет отнюдь не профессор Амбридж. Все занятия заключаются в прочтении нескольких страниц из учебника, где весьма посредственно изложена теория, и абсолютно без практики.

— То есть практических занятий нет совсем?

— Абсолютно.

— Что же, и никто не возмутился? Ведь теория без практики не дает практически ничего…

— Возмутились несколько студентов, и были наказаны. За неправильную точку зрения, которая заключалась в несогласии с профессором.

— Простите, я прерву своего товарища, и попробую объяснить подробнее. Она считает министерство абсолютной величиной, конечной точкой во всех инстанциях. А себя — посланником высшей силы. При этом забывая, что министерство магии — лишь сфера обслуживания, созданная для удобства и некого порядка в магическом обществе. Что министерство служит государству и гражданам, а не оборот. И да, только ситхи все возводят в абсолют.

— Сенсационное заявление. А что же с инспекторской работой?

— Ну, если не считать того, что навряд ли профессор Амбридж эксперт сразу по зельеварению, прорицанию, истории магии, трансфигурации, полетам, чарам и прочим предметам, тем более что даже ее знания по ЗОТИ на данный момент удручают, то ничего дельного пока я сказать вам не смогу.

— Что ж, ваше мнение вполне понятно, спасибо господа.»

Здравые рассуждения студента побудили нас поднять досье Долорес Амбридж. И мы выяснили следующее: не смотря на потрясающий карьерный рост — до тридцати лет она успел стать главой отдела магического правопорядка, за ней не замечено каких–либо выдающихся свершений или особого ума. Зато многими отмечалась ее верность министру и въедливость с кропотливостью. Единственным ее личным проектом была серия законов, значительно притеснявших права полукровок и магических существ — кентавров, оборотней, и прочих. Что кстати вызвало серьезное осложнение ситуации с ними, безработицу. Хотя в той же Франции налаживание связей с полукровками лишь пошло на пользу обществу. Не менее удивительно, что она сама при этом, как выяснилось, полукровка! Ее мать была магглой, а отец работал в отделе магического обслуживания, но при этом сама она утверждала о своей чистокровности. Сам тот факт, что такой высокопоставленный чиновник из министерства лгал многие годы, говорит о многом. Как такого человека могли поставить над детьми преподавателем и инспектором, если обычно преподаватель — это авторитет, пример для студента? Какова же цена ошибки министерства и министра в частности — ведь она его личный первый заместитель, и не знать этого он не мог? Подробнее досье Долорес Амбридж смотрите на странице шесть»

Амбридж по мере прочтения злилась, краснела, бледнела. Прочитав она вернула газету и стала искать виновных, зыркая своими глазками. А потом до нее дошло, что теперь все всё знают о ней. И спешно вскочив, она вылетела в коридор, фонтанируя гневом, страхом и болью.

— Не слишком ли мы ее прищучили? — Гермиона задумчиво размешивала кашу.

— Смотри–ка, Мерлин, и твою странную фразу про ситхов напечатали!

— По–моему, в самый раз. — Гарри наоборот был бодр и весел, но, как и все мы говорил шепотом Гриффиндорцы — свои, но вот кто–то за соседним столом мог и донести Амбридж. — Кстати, Мерлин, а что это за ситхи, которые «все возводят в абсолют»?

— О, я тоже смотрел этот фильм! — Дин услышал знакомую фразу и подхватил разговор —

Там они еще так классно дерутся световыми мечами!

Я же помалкивал. Ну честно, не говорить же им, что товарища Палпатина случайно уронили из окна лет двадцать назад совместными усилиями Республики, Федерации Земля и МФСР, и что при этом из него вышел замечательный факел. Зачем людям праздник портить? К тому же, местная история, имеющая название «Звездные Войны» обязательно существовала как мир. Знаменитый у нас научный парадокс — маги так и не смогли разобраться, существует ли мир и автор книг/историй случайно «видит» его, или же фантазия автора порождает новый мир (новое отражение, новую реальность, измерение) а сила и вера читателей укрепляет его? Ответ не известен до сих пор, разве что факт существования легендарных миров — доказанный факт.

Это было еще на прошлой неделе, после выходных, на которых мы провели собрание «Клуба по защите». На сегодняшний день в клубе прошло уже три занятия, и, как мы выяснили, многие не знали простейших вещей. Ну или предпочли забыть после экзаменов. Так что наверстывать нужно было много. На эти занятия ходили и пара особо примечательных личностей. Народ все еще оторопело глазел на «Ледяную Королеву» и… Малфоя. Участие Драко стало особым вопросом — тот близко к сердцу воспринял мое напутствие в конце прошлого года и выбрал свою сторону. Он не был совсем уж с нами, но не был и против нас. Парень сильно замкнулся, стал более задумчив и серьезен. Но тем не менее его приняли в клуб. И, как и все он расписался на документе. Ах да, документ. Предмет особой гордости Гермионы, как и галеоны для связи. Она заколдовала пергамент, и подписывая его, ребята подписывали магический контракт, обязуясь не говорить никому постороннему без личного разрешения главы клуба — так была обеспечена безопасность членов клуба. А то похоже объявление с одной из досок в гостиных кто–то принес к Амбридж, и та попробовала заставить все клубы и команды пройти регистрацию. Даа, конечно, так мы прям и пошли к ней, ЩАЗ. Хотя вот команде по квиддичу и пришлось побороться за свои права, и в конце концов при поддержке Минервы МакГонагалл была одержана победа. Я же за прошедшее время не сильно отличился — схватил простуду на пару дней, хотя с роду ей не болел, видать инфекция какая–то, ну и пытался найти время для своего проекта. До срока «сдачи» оставался месяц, а моя кропотливая работа продвигалась не очень значительно. Тем не менее, она продвигалась, и пока я смог сохранить свою работу в тайне от Герми. Идея насчет подарка к ее дню рождения посетила меня еще в конце лета, когда я на несколько дней остался один дома, и я смог взять с собой и прикупить все необходимое. Но вот сам процесс обработки шел довольно долго. Хорошо хоть я Руны знал действительно хорошо — ведь это один из базовых расовых языков: гномы у нас так пишут с испокон веков. Так что ошибок быть не должно было, по идее.

— Уже лучше, но недостаточно! Гарри, Рон, подвижней и больше фантазии! Дафна, следи за тем что происходит вокруг тебя. Мерлин, Гермиона, неплохо, но придумайте что–то получше из комбинаций. — Дамблдор взмахом палочки снял заклятия, и я дернул напряженной рукой — парализация пришлась не очень вовремя. На очередной нашей тренировке «малым кругом» во главе с Дамблдором мы продули всухую, даже не задев его. Старый маг шутя и играючи расправлялся с нами пятью одновременно. Вот и сейчас он трансфигурировал Рона в стол. Стол отправил в Дафну, которую из–под удара сбил Гарри, где их обоих и накрыло взрывной волной, откинув с пола ближе к стене. Маг переключился на нас с Гермионой — и если до этого мы пытались его достать, то теперь уже еле успевали ставить щиты. Всех созданных мной зверей он смял только так, заклинания Герми не пробивали его щит, поставленный на постоянную подпитку. Спустя пару мгновений он накрыл нас подушками с пола, обратившимися в баскетбольные мячи. Силовой щит, поставленный мной в горячке, откинул всю эту дребедень, заклинания — и все это разгоняясь летит в него, но увы, бессильно падает — его магия сильнее. Три остолбеней подряд и все, мы с Гермионой созерцаем потолок.

Директор нас быстренько привел в чувство, но вот так же быстро восстановить наши силы не подвластно было даже ему. Третья попытка далась нам особенно хорошо — Рон вон до сих пор не верит, что его пальцы сгибаются. Черт!

— Альбус, можно попробовать один на один? — Ну вот, стоило произнести одну фразу, и все уставились на меня, как на сбежавшего из психушки. И дело не в фамильярности — так нас попросил обращаться на тренировках сам директор.