Мифы Ктулху - Роберт Ирвин Говард

иллюзия — девица из плоти и крови! Брэкстон выстрелил и ранил ее — но рана оказалась не смертельной, потому что в кустах я не нашел никакого трупа, и мрачные силы гипноза, тащившие меня все дальше и дальше, ничуть не ослабли. У меня голова пошла кругом, когда я понял, что колдунью можно убить, как обычную смертную.

Луна скрылась за горизонтом. Слабый свет проникал сквозь тесно переплетенные ветви. Ни один широкий ручей больше не преграждал мне путь — только узкие ручейки, через которые я торопливо перебирался. Правда, я считал, что на меня здесь не нападут. Дважды обитатель ручьев появлялся и, игнорируя меня, атаковал лишь моего спутника. С ледяным отчаянием понял я, что избавлен от такой зловещей участи. В любом ручье, через который я перебирался, могло прятаться чудовище, убившее Джима Брэкстона. Все эти водотоки соединялись в единую водную сеть. Тварь легко могла последовать за мной — но я боялся ее намного меньше, чем колдовства, рожденного в джунглях и затаившегося в глазах колдуньи.

Пробираясь через заросли, я все время слышал впереди ритмичный и демонически насмешливый бой барабанов — все громче и громче. Вскорости к их звукам прибавился человеческий голос — долгий крик ужаса и агонии проник во все фибры тела и заставил меня содрогнуться. Я почувствовал жалость к несчастному. Пот струился по моей липкой коже. Вскоре я и сам буду так кричать, когда меня подвергнут неведомым пыткам… Но я по-прежнему шел вперед. Ноги двигались сами собой, отдельно от тела, управляемые уже не мною, а кем-то другим. Бой барабанов стал громче, и впереди, среди черных деревьев, замерцал огонь.

Теперь, согнувшись среди ветвей, я смог разглядеть кошмарную сцену, от которой меня отделял широкий черный ручей. Я остановился, повинуясь тому же принуждению, что привело меня сюда. Смутно я понимал, что это сделано для того, чтобы я вкусил ужас, — время для моего выхода еще не настало. Когда оно придет, меня позовут.

Низкий, поросший деревьями полуостров почти разделял черную протоку надвое и был соединен с противоположным берегом узкой полоской земли. На его нижнем конце ручей превращался в сеть отплесов, вьющихся среди мелких островков, гнилых бревен и поросших мхом, увитых лианами групп деревьев. Прямо напротив моего убежища берег островка чуть отступал, обрываясь над глубокой черной водой. Обросшие мхом деревья стеной стояли вокруг маленькой прогалины, отчасти скрывая хижину. Между хижиной и берегом сверхъестественным зеленым пламенем горел костер. Всполохи огня извивались, словно змеиные языки. Несколько дюжин черных сидело на корточках в тени нависших деревьев. Зеленый свет, высвечивая их лица, делал их похожими на утопленников.

Посреди поляны, словно статуя из черного мрамора, стоял гигантский негр. На нем были оборванные штаны, на голове сверкала золотая диадема с огромным красным самоцветом. Черты его лица казались не менее впечатляющими, чем тело. Самый настоящий ниггер: вывернутые ноздри, толстые губы, угольная кожа. Я понял, что передо мной Сол Старк — колдун.

Сол Старк смотрел на тело, лежавшее перед ним на песке. Потом, подняв голову, он отвернулся и звонким голосом закричал. От черных, жмущихся под деревьями, раздался ответ, будто ветер с воем пронесся среди ночных деревьев. И призыв, и ответ прозвучали на незнакомом мне языке — гортанном, примитивном.

Снова Старк позвал. В этот раз странный, высокий вой был ему ответом. Дрожащий вздох сорвался с уст черного люда. Глаза всех негров неотрывно следили за черной водой. И вот что-то стало медленно подниматься из глубин. Неожиданно меня затрясло. Из воды высунулась голова негра. Потом одна за другой появились остальные — и вот уже пятерка голов торчала из черной воды в тени кипарисов. Это могли быть обычные негры, сидящие по горло в воде, но я знал, что тут что-то не так. У меня на глазах происходило что-то откровенно дьявольское. Молчание высунувшихся из воды черномазых, застывшие позы и все остальное — ужасно!.. В тени деревьев истерически заплакала женщина.

Тогда Сол Старк поднял руки, и пять голов тихо исчезли.

— Жители болот! — Могучий голос Старка разнесся над узкой полосой воды. — Теперь Танец Черепа усилит нашу молитву! — Барабаны ударили снова, рыча и громыхая.

Ведьма пообещала мне именно это зрелище — Танец Черепа.

Сидя на коленях, черные раскачивались, распевая гимн без слов. Сол Старк стал вышагивать в такт барабанному бою вокруг фигуры, лежащей на песке, руками выделывая загадочные пассы. Потом он повернулся и встал лицом к другому концу поляны. Взяв из темноты оскаленный человеческий череп, он швырнул его на влажный песок рядом с телом.

— Невеста Дамбалы! — прогремел голос Сола Старка. — Жертва ждет!

Наступила пауза ожидания. Песнопение смолкло. Все уставились на дальний конец прогалины. Старк стоял, выжидая. Я видел, как он нахмурился, словно недоумевая. Когда он повторил зов, среди теней появилась квартеронка.

При взгляде на нее меня охватила холодная дрожь. Мгновение девушка стояла, даже не шевелясь. Отсветы пламени играли на ее золотых украшениях, но голова ее свесилась на грудь. Стояла напряженная тишина. Я увидел, как Сол Старк внимательно осматривает девушку. Она казалась беспомощной, однако стояла в отдалении, странно склонив голову.

Потом, словно проснувшись, она стала раскачиваться в дерганом ритме, зашлась в замысловатом танце, что древнее океанов, утопивших безумных королей Атлантиды. Я не могу его описать. Бесовскими были сами ее движения — безумно крутящийся вихрь поз и жестов, которые, должно быть, демонстрировали танцовщицы фараонов. И брошенный Солом череп танцевал вместе с ней — подпрыгивал и метался по песку. Он подскакивал и крутился, словно живая тварь, отвечая каждому прыжку и кульбиту танцовщицы.

Но вдруг что-то пошло не так. Я это сразу уловил. Руки квартеронки вяло повисли, ее опущенная голова раскачивалась из стороны в сторону. Ноги подгибались и ступали не так уверенно, заставляя тело крениться и выпадать из ритма. Черный люд стал шептаться. Недоумение читалось на лице Сола Старка. Действо ночи повисло на волоске, ведь любое мельчайшее изменение ритуала могло разорвать паутину магических пактов.

Что до меня, то, пока я наблюдал страшный танец, по мне градом катился холодный пот. Невидимые кандалы, которыми сковала мое тело эта женщина-дьявол, душили меня. Я знал, что танец близится к апогею. Скоро колдунья призовет меня из укрытия и заставит пройти через черную воду в Дом Дамбалы, к моей смерти.

Потом она повернулась, плавно замедляя движения, и наконец остановилась,