Невинность и страсть - Линси Сэндс

Сюзетта хотела ответить, но в этот момент женский голос показал ей, что Дэниел явился не один.

— Боже мой, Дэниел, — потребовала леди Вудроу, спускаясь из седла на землю, — развяжи их сейчас же. Бедная девочка почти голая. Она же до костей промерзла! И оба, без сомнения, измучены и голодны. Объясняться будете, когда отвезем их в трактир и согреем.

— Конечно! — воскликнул Дэниел и быстро обошел отца и дочь, чтобы выяснить, как они связаны. Сюзетта понятия не имела как, знала только, что он порвал ее платье на полосы, и теперь она стояла почти раздетая и очень мерзла. Приехавшая с Дэниелом леди была права. Сюзетта смотрела на нее во все глаза. Даже после ночного путешествия верхом эта дама держалась с изяществом и достоинством истиной леди — иначе не скажешь. В темноте, на кочках и рытвинах можно было споткнуться, вывихнуть ногу, упасть. Но даму это не трогало. Она двигалась уверенно и грациозно. Вытащив из рукава маленький ножик, дама протянула его Дэниелу.

— Возьми, он тебе пригодится, — с легкой улыбкой сказала она.

— Черт возьми, откуда он у тебя? — удивился Дэниел.

— Взяла с собой из дома. Пистолет я тоже прихватила, — безмятежно сообщила она и, саркастично приподняв бровь, добавила: — Неужели ты мог подумать, что в таких обстоятельствах я соберу свои платья, но не подумаю об оружии?

Дэниел лишь мотнул головой и принялся разрезать импровизированные веревки, а дама обратилась к Сюзетте:

— Вы, должно быть, мисс Мэдисон? Рада с вами познакомиться, дорогая. Я — мать Дэниела, Кэтрин Вудроу, — проговорила она таким любезным тоном, как будто они встретились на балу.

— Э-э-э… Я тоже рада вас видеть, — запинаясь, произнесла Сюзетта, которую смущали и собственный вид, и обстоятельства знакомства. В обычных условиях ей следовало пожать леди руку… но сейчас она примотана обрывками платья к отцу, а руки связаны за спиной, э ответ на приветствие она может лишь криво улыбнуться.

— Дэниел мне много о вас рассказывал, — как ни в чем небывало продолжала леди Вудроу, развязывая ленты своей накидки. — Не могу передать вам, как я счастлива, что он наконец нашел девушку, на которой захотел жениться. Я уже отчаялась ждать.

— О… э-э-э… я… — Сюзетта тщетно пыталась достойно ответить на ее тираду, но в этот момент узы ослабли, и она потеряла опору. Сюзетта и не подозревала, как сильно поддерживает ее отец, а теперь колени у нее подломились, и она стала опускаться на землю.

— Вот так, — бодро проговорила леди Вудроу, подхватила ее и, удерживая за талию, набросила ей на плечи свою накидку. Тем временем Дэниел разрезал путы на руках Седрика Мэдисона.

— Вы сможете дойти до лошади, милорд? — спросил он, помогая старому джентльмену, устоять на ногах.

— Со мной все в порядке, — отмахнулся Седрик, повернулся к дамам, слегка кивнул леди Вудроу и перевел встревоженный взгляд на дочь. — Сюзетта очень сильно ударилась головой. Она долго была без сознания, ей нужна помощь.

— Мы доставим вас в трактир и там перевяжем, — пообещала леди Вудроу и убрала руку с талии Сюзетты, чтобы Дэниел смог откинуть полу накидки и разрезать веревку на руках невесты.

Как только это было сделано, Дэниел вернул матери нож и обнял Сюзетту, но не сдержался и застонал. Сюзетта перепугалась, но не успела сказать ни слова, как леди Вудроу отвлекла ее внимание:

— Боюсь, у нас нет запасных лошадей, лорд Мэдисон. — И она с самым светским видом взяла его под руку и повела к своему жеребцу. Казалось, эта пара вышла на прогулку. — Вам придется ехать за моей спиной.

— Для меня это будет огромное удовольствие, леди Вудроу, — в тон ей ответил Седрик.

Сюзетту расстроило то, что его хромота явно усилилась. Как видно, прыжки по дороге не пошли на пользу его больной ноге. Надо будет сделать ему горячий компресс, чтобы унять боль.

— Я сказал тебе правду, Сюзетта, — настойчиво произнес Дэниел и подхватил Сюзетту на руки, чтобы отнести к лошади. — Поверь, я не писал того письма.

— Я знаю, — вздохнув, отвечала Сюзетта. — Сама не могу понять, почему я поверила, но он все знал о конюшне и…

— Не надо объяснять! — Дэниел не позволил ей договорить. — Сначала я очень рассердился, что ты поверила, будто я способен разорваться помолвку таким письмом, а потом прочитал, что он написал о конюшне… — Дэниел помотал головой. — Конечно, ты поверила, что это я. Мы же думали, что были одни.

Сюзетта молча кивнула. Ей не хотелось ни думать, ни говорить о том, что Данверс подсматривал за ними. Своими мерзкими комментариями он умудрился осквернить в ее глазах то, что произошло между нею и Дэниелом.

Дэниел осторожно поцеловал ее в макушку, стараясь не задеть ушибленного места, и спросил:

— Ты можешь сама постоять, пока я сяду на лошадь?

— Могу, — прошептала Сюзетта.

— Держись за стремя, — приказал он и поставил ее на землю.

Сюзетта прислонилась к теплому боку лошади, Дэниел взлетел в седло и протянул к ней руки. Она подалась к нему, и он одним движением поднял ее наверх.

— Теперь отдыхай, — распорядился он, усаживая Сюзетту перед собой. — Ты в безопасности, скоро мы будем в трактире.

Она пристроила голову у него на груди так, чтобы боль в голове не мешала наслаждаться внезапно пришедшим покоем. Дэниел пришпорил лошадь.

Дорога не заняла много времени, но Сюзетте она показалась бесконечной. Голова болела невыносимо, и Сюзетта невольно порадовалась, что желудок у нее пуст — они ничего не ели с тех пор, как пустились в дорогу в обществе. Данверса, а это было очень давно.

Как только маленькая кавалькада показалась из леса, Роберт и Ричард выскочили из конюшен.

— Вы захватили его? — спросил Дэниел, останавливая своего коня.

— Данверса? — удивленно спросил Ричард и шагнул в сторону, чтобы принять поводья у леди Вудроу, за спиной у которой сидел Седрик Мэдисон. — Нет. Разве его не было с Сюзеттой и лордом Мэдисоном?

Дэниел покачал головой:

— Он оставил их связанными в лесу и вроде бы направился сюда, чтобы нанять лошадей и ехать в Гретна-Грин.

— Мы его не видели, — пожал плечами Роберт и взял под уздцы лошадь Дэниела.

Дэниел помрачнел.

— Помоги Сюзетте.

Он легко, как ребенка, спустил Сюзетту вниз, а Роберт, оставив поводья, подхватил ее, прижал к груди и, заметив рану на голове, взволнованно вскрикнул:

— Что с тобой, Сьюзи? Это Данверс?

— Нет, я ударилась о камень, — устало произнесла Сюзетта.

— Это я виноват, — расстроенно сообщил ее отец, спрыгнул с коня и, обернувшись, помог спуститься леди Вудроу. — Хотел сбросить с нее Данверса, но они оба упали, а позади Сюзетты оказался булыжник. И здоровенный. Надо было сначала посмотреть, а потом толкать его.