Граница - Татьяна Тихонова

"Лех! Выше…"

"Не… не смогу…", — прохрипел дракон.

Из-за его крыльев у меня был слишком узкий обзор. Вскочив на ноги, я оглянулась и увидела, как Азгар, стоя на хвосте дракона, и, молниеносно работая мечами, заставил грифонов отступить…

Однако, я вдруг поняла, что мы им не были нужны, они стремились не к нам, а к безжизненно лежащему на спине дракона Климу. Темные кружили вокруг нас, издавая душераздирающие вопли, приближаясь и вновь улетая подальше, но не нападали…

Напряженно наблюдая за странным поведением грифонов, я не заметила… поднявшегося из леса василиска… Внезапный сильный толчок… и накренившееся тело дракона заставило меня вцепиться в поползшее вниз тело Клима и обернуться… Напротив Азгара висела покачивающаяся, впившаяся ядовитым клыком в хвост Леха, голова гигантского змея.

Увлекая за собой свою жертву, василиск начал, сильно извиваясь мощным туловищем, падать, равнодушно глядя на нас желтыми огромными глазами… Мысль Леха безумно заметалась, он пытался изо всех сил и изо всех остатков разума попытаться взмыть вверх вместе со своим безжалостным убийцей…

Азгар, еле удерживаясь на вздрагивающей спине дракона, и странным образом умудряясь избегать смертоносного взгляда гигантской рептилии, перескочив на плоскую безносую морду змея, всадил меч в ее правый глаз. Почти одновременно мой нож влетел в левое холодное блюдце-глаз василиска…

Понимая, что все кончено, и пора отвязывать Клима, иначе он рухнет вместе с погибающим Лехом, я принялась лихорадочно распутывать кожаные ремни, в один миг из спасительных превратившиеся в смертельно-опасные путы… Земля стремительно приближалась… Василиск, раскачиваясь и дергаясь кровоточащей тушей, нес нас неумолимо вниз. Азгар, все-таки сумев перебраться назад, на дракона, подхватил Клима, которого я, наконец, отвязала, и… прыгнул. Не раздумывая, чтобы не передумать, я сиганула за ним… Быстро вспоминая слова моего короля, что "…нет высоко и низко, есть наш страх, который мешает расправить крылья, сложенные за нашими плечами…", я криво усмехнулась, летя навстречу острым макушкам елей в морозном воздухе, слушая вопящего во всю глотку Филимона в моем кармане… и не в силах отвести взгляд от тела дракона, который безумно кружил над лесом, таща за собой своего обескровленного врага… Лагерь темных оставался южнее, меня несло прямо в густой ельник. Внезапно я увидела, как Азгар, взглянув на меня, перевернулся сильным движением тела ногами вниз и стал уже медленнее опускаться к земле, и, минуту спустя, исчез под колючими ветвями, вместе со своей ношей…

Не сразу, но почти у самых деревьев, я смогла, наконец, развернуть себя…, не так красиво как Азгар, конечно, но в самый раз, чтобы не шваркнуться лицом об землю… Я вдруг поняла, что могу управлять своим телом, будто плывущим в воздухе. Это как научиться плавать! Бросят тебя в глубину, ты барахтаешься, барахтаешься и вдруг раз… и поплыл!

Но! Увидев, что через секунду мне надо будет встать на ноги, струхнула… Мне показалось, что сейчас воткнусь в землю по самые уши! Поэтому нерешительно зависла в полуметре у земли…

Густой, старый ельник, с редкими тоненькими осинками, с непроходимым буреломом… снега здесь, под огромными лапами елей почти нет, и Азгара нет… Но где же они? Совсем рядом стоянка орков, а Азгар спустился поближе к ним, чем я… Тихо опустившись на землю, я пошла в ту сторону, где, как мне казалось, он должен был приземлиться. Тишина стояла в лесу мертвая. Ни сорочьего треска, ни синица не тренькнет… глухо…

Стоп! Что-то быстро мелькнуло и исчезло между старой елкой и прильнувшей к ней кривой рябиной.

Хочу свой лук! Но не дали мне его взять на болота, а теперь только один нож, два других остались в подземелье, у храма… Тогда темный эльф уполз с ними… Ухохочешься!.. С двумя ножами в спине! Живучие, гады!

Опа! Я стояла, затихнув и, почти, влипнув, в колючие ветки ели, мимо которой шла, когда увидела… Их…

Они были достаточно далеко. И если бы не… орк, который запустил свой короткий меч в дерево, как раз в кривую рябину, я бы их не увидела. Орешник на окраине леса, засыпанный снегом, скрывал их от меня. Но было видно, как они постепенно втягиваются в лес, бросая вокруг звериный взгляд глубоко посаженых глаз. Ищут…

Неожиданно в этой невыносимой тишине, разгоняя оцепенение, затрещала сорока.

"Откуда ты взялась, задремала что ли? А может ты другой породы, птица?", подумала я, обводя глазами близлежащие вершины, отыскивая длиннохвостую трещотку.

Но не верилось мне, что птица будет сидеть спокойно, пока в ее лесу бродит столько непрошенных гостей… И скосив глаза вправо… Нет… Не может быть!!!

В небольшом логу, за поваленными деревьями, поросшими мхом…, слишком близко к оркам, я увидела знакомую сутулую фигуру… Азгар! Но чувство опасности, и так не покидавшее меня теперь ни на минуту, остро кольнуло в груди, заставив остаться на месте… Да и идти сейчас к нему или окликнуть его было бы непоправимой глупостью, слишком близко темные.

Но, черт! Черт! Черт! Сердце мое больно сжалось… Азгар-то был не один… Его ноша, Клим, бесформенной грудой лежал у его ног, а, напротив его, стоял ко мне спиной, почти слившись с темным замшелым стволом дерева, орк. Его, массивного, в лохматом, коротком тулупе, с тупоносым профилем уродливого лица с бурой, бугристой кожей, нельзя было спутать ни с чем, если хоть раз видел. Хищный взгляд эльфа перебегал по окрестным кустам, как ни в чем ни бывало, а губы его, брезгливо вздернутые, шевелились… И тут Азгар снова издал резкий звук, мастерски копируя крик сороки.

Боясь шелохнуться, я перевела взгляд влево… Да, заспешили твари! На его, Азгара, зов!

Нет! Только не это! Здоровый, как бык, орк, легко подхватив Клима, перекинул его через плечо и двинулся в противоположную от меня сторону. Азгар, перемахнув бревно… одно, другое, третье… в одну секунду оказался на верху оврага и остановился, поджидая, несущихся к нему хищной рысью, пригнувшись и стремительно преодолевая препятствия, пятерых орков.

Он, выпрямившись и оказавшись с ними одного роста, издал резкий горловой звук, махнул рукой в сторону моего приземления и, повернувшись ко мне спиной, продолжал им что-то говорить. Они, обступили его, тяжело дыша, окутанные клубами пара, и слушали, мрачно глядя исподлобья.

Я находилась от них совсем недалеко… Оцепенев от злости и холода, кусала губы, пытаясь найти хоть какой нибудь выход, но не видела его… Никто не знает, что мы здесь. Вылезти сейчас — это смешно… Отпустить Филимона, это, пожалуй, единственное, что еще можно и нужно сделать.