Утраченная иллюзия - А. В. Бурнашев

коридор, а за поворотом как-то неестественно темно. На самом деле так быть не может. И оттуда доносится плач, словно где-то там, в темноте плачет ребёнок. Но входить в темноту нельзя. Иначе вселится злобный дух и заберёт твоё тело. Скорее всего, остальные люди даже не сразу догадаются, что с тобой что-то не так.

— Ясно, — я покачала головой. — Очень захватывающе. Признаться, такого я даже не ожидала. Семь легенд академии. Безумно интересно.

«А я значит восьмая, по утверждению Эдварда Дэвера. Забавно…»

Глава 20

«Гуляющая по ночам»

— Ладно, Мила, — я вздохнула. — Поболтать с тобой приятно, конечно же, но пора возвращаться в общежитие. Я ещё домашнее задание не делала.

— А чем ты занималась? — удивилась Листвард.

Я рассмеялась и покачала головой.

— Ты не поверишь! Ходила записываться в шахматный клуб.

— Ого! Весьма неожиданно. Любишь шахматы?

— Пока даже не знаю, — я опять вздохнула. — Сегодня мне довелось сыграть в первый раз, и я пока не определилась, нравится мне это или нет.

— Тогда я не понимаю, зачем тебе это? — Мила удивлённо вскинула брови.

Я, улыбаясь, приложила палец к губам.

— Секрет! Считай, что мне просто было любопытно.

— Как скажешь, — Листвард пожала плечами. — Насколько я знаю, глава шахматного клуба, старший брат Фридриха Макени из нашего класса.

— Ты знакома с ним? — я удивилась.

— Мы периодически встречаемся на собрании глав сообществ академии, — Мила улыбнулась. — Я же тоже глава клуба под названием «Лирический». Правда, оказалась в этой должности случайно, когда остальные члены его покинули.

— Ясно. И как он тебе?

— Кто? — Листвард захихикала. — Клуб или брат Фридриха?

— Брат, конечно, — я непроизвольно сморщила носик.

— Не знаю. Я не так хорошо с ним знакома, — Мила опять пожала плечами. — На лицо приятный, вежливый и общительный. Пахнет очень хорошо. Но имей в виду, что он, кроме того, что является главой шахматного клуба, ещё посещает «Чайный мужской клуб». Они вместе с братом там состоят. Ты, наверное, ещё не слышала, но всех членов этого кружка считают законченными извращенцами.

— Он в двух клубах состоит? Ты шутишь? — я снова едва не выронила ложку от удивления.

— Нет. Я, серьёзно. Чему ты удивляешься? — девушка захихикала. — Большинство учеников состоят одновременно сразу в нескольких сообществах академии. Только я в одном.

— Понятно. Ты, кстати знаешь, что твой клуб собираются распустить, если ты не покажешь активности на фестивале?

— Да. Знаю, — Мила вздохнула.

— Что вообще имеется в виду под «активностью»?

— Надо как-то поучаствовать в организации фестиваля. Мне выдали список возможных вариантов на выбор. Можно организовать какую-нибудь торговую палатку или сделать что-нибудь развлекательное. Ну, или предложить свою идею.

— И что ты решила?

— Пока ничего. Я одна, — Листвард грустно пожала плечами, опустив взгляд вниз. — Будет сложно сделать что-то стоящее.

— Чем ты занимаешься в своём клубе?

— Да собственно ничем. Просто прячусь там от остальных.

— Понятно, — я вздохнула. — Хорошо. Постараюсь тебе чем-нибудь помочь. Покажи мне завтра предложенный список. Вместе подумаем, как спасти твой клуб.

— Спасибо, — Мила улыбнулась.

Мы поболтали ещё немного, и я оставила её допивать кофе, а сама направилась в общежитие. Солнце уже скрылось в облаках на западе. На улице стало сумеречно. В парке зажглись фонари. В нашей комнате царила тишина и мягкий полумрак. На столе, в узкой вазе, букет пышных, белых хризантем, источающий головокружительно дивный аромат. Из сада доносятся трели соловья, а сверху снова слышны разговоры и приглушённый смех девочек. Кристина опять сидит над тетрадками, с потерянным выражением лица, освещённая светом настольной лампы.

— Алиса! Наконец-то! Ты где ходишь? Я тебя заждалась!

— С Милой в кафе посидели. А ты чего? Опять задача не получается?

— Ага.

— Хорошо, — я пододвинула стул. — Я сама ещё за уроки не садилась. Сейчас всё сделаем.

— Как это? — Кристина удивилась. — А где ты была весь вечер?

— Записалась в шахматный клуб. Меня их глава учил играть.

— Всё же решила этого виконта Минкасье очаровывать? — Отис скептически покачала головой и грустно вздохнула. — Я думала, ты к нам запишешься.

— Ну, я и не собираюсь только в один шахматный клуб ходить. Завтра заскочу к тебе. Посмотрю, что там у вас и как.

«Может, даже Милу туда перетяну. Зачем ей клуб, где никого нет? Наверное, ей будет лучше больше общаться с другими людьми, а не сидеть одной в затворничестве».

Отбросив, до поры до времени, ненужные мысли я сосредоточилась на домашнем задании. Кроме того, мне пришлось ещё помогать Кристине. Я сама в математике не особо сильна, а тем более в алгебре. Но у Отис с этим ещё большие проблемы. Пришлось сдвинуть стулья и, прижавшись плечом к плечу, решать её задачи, объясняя подруге про функции и переменные.

«Боже! Вот уж не думала, что мне в академии придётся заниматься чем-то подобным. Я вожусь с ней, как с ребёнком. Не понимаю, как она вообще училась до этого момента. Хотя ведь не кажется глупой. Наверное, проблема в том, что она банально спит на уроках и учителя не слушает», — я покосилась на Кристину краем глаза, пользуясь тем, что она сосредоточена на задаче и меня не видит.– «Моя первая подруга в академии. Мне определённо повезло, что я попала к ней в комнату, и мы сдружились в первый же день. Она хорошая девочка. Добрая и не строптивая. Что-либо доказать другим не пытается. Конфликтов всячески старается избегать. Сейчас мы сидим, тесно прижавшись, словно давно знаем друг друга. Можно подумать, что мы сёстры. Плечо у Кристины мягкое и