Песнь моряка - Кен Кизи

сказать, что перечить Кармоди было совсем безопасно. Однажды на глазах у Айка он из-за нескольких случайных замечаний так врезал длинному капитану буксира по имени Текс, что тот едва не ослеп. Этот буксировщик вякнул про то, что Кармоди надо отправить туда, откуда он, по переписи прошлого века, заявился, а вместе с ним и всех долбаных понаехалов: Аляска для аляскинцев.

– Если так, – вежливо возразил Кармоди, – то долдоны вроде тебя должны убраться в кутузки Хьюстона и Далласа вместе с остальным техасским говном. И во всей этой стране останутся одни пра.

Кармоди был британским гражданином, уроженцем Корнуолла и потомком промышлявших у островов Силли бесславных морских разбойников. Прорыбачив всю жизнь, он все еще хранил в крови эту разбойничью искру: побережья – зона честной игры, так он всегда считал.

– А долдоны вроде тебя, – у буксирного капитана не хватило чутья спустить дело на тормозах, – должны убраться в свою Брюхтанию вместе с остальными старыми бритскими рыбожорами.

– Видите ли, сэр, я не брит. Я здесь, в Америке, полноценный и законный гражданин.

– Был бы ты гражданином, если б не напоил свою тупую пра до того, что она выскочила за тебя замуж?

Тут все и началось. Кармоди был невысок – всего пять и пять. Капитан чуть ли не на фут выше. Но Кармоди обладал преимуществом, о котором трудно знать заранее, – тем самым черт-побери-брюхом. Оно выступало из приземистого каркаса, как резиновый бампер на носу буксира, и оказалось, к удивлению буксировщика, таким же твердым. Схватив соперника за грудки, Кармоди прижал его этим брюхом. Длинный буксировщик сказал «оххх» и согнулся пополам, как человек, на которого накатился бочонок. Тем самым приблизив свое лицо к лысой и розовой голове Кармоди. Капитан получил пять ударов с такой скоростью, что ему показалось, это был один удар припрятанной дубинки. Он упал на пол салуна и подумал, что лишился зрения.

– Я ничего не вижу! Я ослеп! У него палка!

– Это голова. – Айк опустился рядом на колено с завернутым в барное полотенце колотым льдом. – Он разбил тебе нос и скулу так, что глаза заплыли. Прозреешь, когда спадет опухоль. А на будущее я бы на твоем месте поостерегся говорить с рыбаками об их женах.

Теперь Кармоди сам связался с техасской долдонкой, и Айк не мог отделаться от злых мыслей о том, как отреагирует эта самая пра-жена, когда ее рыбак вернется в родную гавань с таким уловом. Дело вряд ли дойдет до стучаний головой – Алиса бросила пить и была теперь слишком цивилизованной для такой примитивной реакции, – но как бы не вышло резни. Филетировочный нож был вполне в Алисином стиле. Много раз по утрам, сидя на консервной фабрике, попивая кофе и дожидаясь Кармоди, Айк с Гриром восхищенно наблюдали, как Алиса орудует тонким лезвием – изящно, словно художник кисточкой. Но Айк знал, что не дойдет и до этого. Кармоди был слишком обаятельным и слишком умным клоуном. Старый брит с легкостью напускал на себя дурковатый вид, но, если случай того требовал, его круглая голова из красной резины могла работать не только дубинкой.

– Эй, Грир, – прокричал Кармоди в люк. – Вы все тут знаете, зачем я на самом деле купил эту шикарную лодку?

Ответ пришел одновременно от Грира, Арчи Каллигана и юного Нельса:

– Ради палтуса, гнхе-хе-хе, – отличное подражание сиплому голосу Кармоди. Которого не волновало, сколько раз за последнюю неделю все слышали эту старую шутку. Так же как и старую песню.

На противоположном конце стола Вилли подняла взгляд от салата, который сейчас крошила. Шутки у нее в любой момент имелись свои.

– Эй, Арчи, – крикнула она через плечо. – Вы все тут знаете, почему Общество защиты животных приняло закон, чтоб запретить слепым прыгать с парашютом?

– Нет, Вилли, почему? – слегка насторожился Арчи. Некоторые ее шутки он понимал с трудом.

– Потому что у их собак от этого бывают инфаркты.

Арчи засмеялся вместе со всеми, но нельзя было сказать точно, понял ли он, в чем тут дело.

– Собаки-поводыри, дурень, – прошептал Нельс брату, и тот ответил:

– Я знаю.

– Эй, Виллимина, – крикнул Грир из своего люка. – А ты знаешь, зашем парашютистки надевают трусы-бандаж, када прыгают?

– Шоб ветром не надуло, – прокричала в ответ женщина и добавила: – Гнхе-хе-хе.

Такой у них был круиз.

В центре круглого кедрового стола располагался электрический мусоросборник. Кармоди резко затолкал в его жерло обломки рыбьего скелета и смел туда же остатки салата и зеленого лука.

– Ну, – Вилли поспешно отодвинула от него миску. – Салат уже тоже почти готов.

– Рыба не ждет, – извинился Кармоди. – Минуту с каждой стороны, больше будет только хуже. Еда готова, друзья! Лампу на капитанский стол.

Стол был вычищен, вытерт и застелен по такому случаю клетчатой скатертью. С подходящими по цвету и стилю приборами и салфетками он и вправду выглядел как капитанский стол. Мужчины достали из шкафа складные брезентовые стулья, Грир откупорил бутылку орегонского рислинга. В центр стола, поверх мусоросборника, водрузили свечу в ржавом дизельном поршне, и под ее светом Вилли достругала свой салат. Кармоди раздал всему столу куски рыбы – руками, словно толстые горячие карты, – потом вылил на них остатки масла и трав. Нельс взял тарелку и направился к люку, чтобы отнести ее Билли. Стол застыл в молчании. Кармоди считал, что все должны дождаться молитвы. Нельс вернулся через минуту с той же тарелкой.

– Кальмар говорит, ему надоела рыба. Он хочет бокал вина и банку венских сосисок.

– Этот долбаный Кальмар скоро сожрет все мои венские сосиски, – проворчал Кармоди.

– Он все парится из-за Гринера, – сказал Грир. – Когда паришься, лучше есть сосиски, чем рыбу.

– Пусть парится на голодный желудок. Мне надоело, что мой экипаж вечно нянчится с этим хреновым симулянтом.

Присутствие на борту Кальмара Билли только и омрачало безоблачный круиз Кармоди. Старик не выразил неудовольствия, когда в Джуно Кальмара занесли на носилках по доске, но не выразил и сочувствия. Его не интересуют дилеры и калеки – за время вояжа он сообщил об этом несчетное число раз. Хрен бы с ними. А что касается кальмаров, любому рыбаку известно, на что годны эти извивающиеся персонажи – на приманку.

– Я отнесу ему что-нибудь, – сказал Айк. – Может, нам стоит открыть еще одну бутылку.

– И выпьет все мое вино.

– Ты старая жадная водяная крыса, – накинулась на него Вилли. – Забыл, что этот бедный мальчик и закупился в Джуно вином? И сосисками, кстати, тоже, если я правильно помню.

– Ну и что? – надменно спросил Кармоди. – Какое дело коку до того, откуда берутся ингредиенты его ухи? Кто хозяин на камбузе? Ладно, друг Айзек, но сначала молитва. Чтобы остальные могли спокойно начать. Короткая… – Переплетя пальцы на шельфе своего пуза, он склонил розовую голову, на миг задумался, потом выдал