Волки охотятся вместе - Виктор Дмитриевич Елисеев

Панаев развернулся к Железнову и, подавляя желание интуитивно назвать его по имени или позывному, привлек его внимание на беглом английском:

— Эй, амиго! Тащи его сюда! Тут поговорить можно ближе и интимно. Плюс для эстетов имеются инструменты.

Мертвец уже хотел нанести следующий удар по лицу Омара, но услышал ефрейтора и его кулак застыл у окровавленного носа ливийца. Капитан взглянул на распахнутые ворота и одобрительно кивнул.

— Найди веревку и стул…

И все-таки нанес хлесткий удар Омару. Тот взвыл от боли, закрывшись измазанными кровью руками. Женя прошел вглубь гаража, а Серега развернулся к пленнику и прорычал:

— Значит так, Омар, я перестану тебя бить, если ты ответишь на все вопросы. Понял?!

Тот судорожно закивал, и оперативник втащил его в бокс. Стоящий на стреме на углу Быков время от времени выглядывал в переулок, а когда Железнов скрылся в боксе, сержант переместился к остальным. Панаев тем временем нашел веревку, приблизился к Омару и с улыбкой маньяка начал связывать ему руки.

— К-кто в-вы? — пленник все же набрался смелости задать вопрос, следя за вошедшим Быковым, который закрыл за собой ворота.

— Я вопросы здесь задаю! — озлобленно шикнул Железнов, дав Омару подзатыльник.

— Твой худший кошмар… — зловеще растянул Мьют, затянув узел сильнее.

— Я не понимаю, зачем я вам… — продолжать лепетать ливиец. — Я обычный пекарь в местной булочной! У меня ничего нет ценного!

— А это мы сейчас будем выяснять! — Капитан, не обнаружив требуемого стула, кинул суровый взгляд на Женю. — Где стул?!

— Нету! — ответил тот с усмешкой, разведя руки. — Вон, сейчас подъемник подниму, и будет тебе груша для битья…

— Не надо! — взмолился Омар.

— Еще как надо! — подал голос Шут.

Панаев ловко привязал веревку к стрелке подъемника и переместился к пульту управления. Тем временем Железнов обыскивал карманы пленника: первым на свет показался мобильный телефон, который тут же был передан Быкову. Далее из заднего кармана штанов был извлечен небольшой блокнотик с разными записями на арабском и английском, похожими на заметки о людях, как в найденных в квартире конверта. Там же располагался сложенный листок с разрешением прохода на территорию американского посольства и передвижение по городу.

— Как много можно узнать о человеке, заглянув в его мобильный телефон… — с ехидством звучал голос сержанта, повертевшего в руках гаджет. — Столько тайн можно найти и поведать всему миру!

Руки Омара плавно поднялись вслед за стрелкой подъемника, а сам пленник пытался сохранять спокойствие и самообладание, что вызывало у опытных сотрудников Управления некоторую нотку уважения. Шут попытался разблокировать телефон, но на рандомный код система выдала ошибку доступа к секретам мужчины. Короткая системная фраза отсылала на метод разблокировки по лицу владельца устройства, и, рыча себе под нос что-то непонятное, Быков развернулся к подвешенному Омару и выставил перед ним гаджет с включенной для разблокировки фронтальной камерой.

— Не рыпайся…

Одобрительный писк, и раскрылось меню. Сержант удовлетворенно заулыбался, а Мертвец бросил суровый взгляд на Омара: мужчина все еще старался сохранять спокойствие и не подавать вид, что осознает свое плачевное положение. Внутри оперативника росло удовлетворение от складывающейся ситуации, а руки достали фотографию Денисова, и, практически тыкнув ее в нос пленнику, «волк» прорычал:

— Знаешь его?!

— Нет… — мгновенно прозвучало в ответ.

— Неужели?! — Капитан злостно улыбнулся, понимая, какой сценарий допроса ливиец выбрал для себя. — А мне кажется, что знаешь! И очень хорошо!

— Я же сказал — не знаю! — Омар попытался ответить с напором, но голос сорвался, и получилось слишком наигранно и неубедительно.