Жил на свете человек. Как мы стали теми, с кем родители говорили не общаться - Ярослав Андреевич Соколов

аналогичны тому, чем для нашего собственного тела являются клеточки центральной нервной системы, нейроны. В силу этого развитие человеческого общества равносильно высшему развитию самой планеты.

Согласитесь, подобная доктрина несколько отличается от известного порождения либероидных умов, в которой человеческое сообщество представляется не иначе, как разросшейся колонией паразитов, либо и вовсе огромной раковой опухолью, пожирающей тело планеты. Понятно, что с их идеей фикс о необходимости масштабного сокращения рода человеческого такая страшилка соотносится как нельзя лучше.

Вот какие удивительные персонажи, находясь, как правило, при власти и при больших деньгах, пытаются активно направлять развитие человеческой цивилизации. А также решают, кому жить в этой самой новой цивилизации, а кто для нее лишний. Но самое печальное – что они уже сейчас тужатся проектировать следующее поколение людей, каким оно должно быть по их понятиям. А ведь это же как раз наши дети и внуки, пускай для кого-то еще только будущие. Иногда мне кажется, что подобные либеральные деятели составляют не просто некую отдельную от всех людей нацию, а скорее даже совершенно иной вид, внешне напоминающий Homo sapiens, но при этом априори враждебный ему.

Я бы не стала столь подробно останавливаться на данной теме, когда бы она напрямую не касалась того, чем я как специалист занимаюсь ежедневно – полноценным психологическим здоровьем детей. Их способностью в перспективе стать развитыми во всех отношениях людьми, полноправными членами общества, завести когда-нибудь свою семью и собственных детей.

Именно семья как самая меньшая, но при этом чрезвычайно важная структура общества и находится сейчас на прицеле у строителей нового мирового порядка, именно по семье и наносятся регулярные и весьма ощутимые удары. Все очень просто: не будет традиционной семьи – не будет и гармоничного развития ребенка. Элементарно, Ватсон. Именно к этому, к уничтожению семейного уклада с заложенными в нем моральными ценностями и принципами как раз и ведут процессы разрушения института семьи и института материнства. Однополые браки, идеология чайлдфри – все это лишь бэк-вокал из той же оперы.

Без нормальной семьи, без матери ребенок и оказывается беззащитным для телесных болезней и будет не способен выстроить собственную психологическую капсулу, в которую закладываются представления о добре и зле, естественный набор эмоций и целая библиотека тонкой подсознательной информации, передаваемой родителями от плеяды предыдущих поколений. Не говоря уже о том, что малыш совершенно лишается постоянной энергетической подпитки, которую в самые первые годы его жизни способна дать только мать. Ребенок станет отставать в развитии. Его психологическая матрица будет искажена, можно даже сказать, искорежена, а это сулит значительные проблемы во взрослой жизни. В том числе со здоровьем, когда психосоматические напряжения в конце концов приведут к вполне конкретным серьезным заболеваниям.

Малыш, лишенный собственных корней, окажется значительно более управляемым. Об этом и грезят либеральные идеологи, стараясь все шире внедрять в нашу жизнь методы ювенальной юстиции, разрушая семьи и калеча детские души. На мой взгляд, это и есть подлинное проявление того самого настоящего Зла с большой буквы, которое многие считают существующим лишь на страницах книг.

Если вернуться к аллегории с клетками высшей нервной системы планеты, то несчастные дети, оторванные от нормальной семьи, – это слабые и не полностью сформировавшиеся клеточки, не обладающие всей полнотой значимой информации. Такие клетки представляют собой легкую добычу для вирусов, способных переписывать целые разделы их генома. Вот такие клеточки с ДНК, искаженной вирусом, действительно способны привести к тяжелому заболеванию всего организма Земли.

Поэтому с полным основанием можно говорить, что дети на самом деле – наше будущее, будущее всей планеты. Несмотря на избитость этого изречения, оно не перестает быть верным. Заботясь о детях, об их здоровье, как физическом, так и психическом; о семьях, в которых они растут; о качестве образования, которое получают, – мы самым естественным образом прокладываем путь в грядущее.

Очень хочется верить, что пока еще не упущен тот самый момент, после которого общее будущее вдруг в одночасье, как по волшебству, превратится в общий кошмар.

Отвлекусь от рассуждений о глобальных процессах и расскажу наконец-то случай из своей практики. Дина попала в детский дом, когда ей едва исполнилось четыре года. Возраст, в котором ребенок просто непременно должен быть рядом со своей биологической матерью, для того чтобы правильно развиваться и получать нужное количество индивидуальной энергии. Когда во время родов отрезают пуповину, это вовсе не прекращает его подпитки от матери. Кроме питания материнским молоком существует еще своеобразная энергетическая пуповина, которая снабжает малыша требующимися ему силами вплоть до шести-семи лет. Но работает такая связь лишь на близком расстоянии.

Так вот, возвращаясь к истории Дины. Девочке еще повезло, если позволительно так сказать: ее удочерили в шесть лет, в том возрасте, когда сознательные воспоминания пока не столь крепки, и можно постараться выстроить новую семью, новые связи. Приемные родители были хорошими, добрыми людьми, а самое главное, что называется, души в ней не чаяли. Да и сама Дина, милая ласковая девочка, достаточно легко приняла новую семью. И все бы хорошо, если бы примерно через полтора года новые родители не стали замечать за ней некоторую странность. Дело в том, что Дина иногда просто наотрез отказывалась покидать дом. Вначале родители восприняли это как обычные детские страхи и не придали особого значения – ну нафантазировала, мол, девочка себе чего-то, пройдет. Тем более что случалось это не так часто.

Но однажды приступ оказался настолько сильным, что, когда Дину попытались уговорить выйти на улицу, с ней просто случилась истерика. Вот тогда родители и решили обратиться за помощью ко мне. И, надо сказать, совершенно правильно сделали, потому что чем раньше врач осмотрит ребенка, тем больше надежды на то, что с недугом удастся справиться и он не оставит ни следа в хрупкой психике ребенка.

Сама Дина объясняла свое состояние внезапным страхом перед улицей, перед всем окружающим миром. Лишь квартира, где она сейчас жила, казалась ей безопасной. При малейшей попытке покинуть свой дом ужас буквально переполнял ее, не давая и шага ступить. Весь мир в этот момент становился для нее враждебным и таил невиданную жуткую опасность.

Занимались мы с Диной не один месяц, я провела за это время несколько сессий. Родителей я, конечно, тоже консультировала. Никаких триггеров, приводящих к данному неврозу, выявить у девочки так и не удалось. Это часто бывает в таком возрасте. К счастью, нам все же удалось справиться с ее фобией. Сейчас Дина прекрасно себя чувствует, как и все дети, ходит в школу, записалась на гимнастику. У нее