Одна ошибка (СИ) - Коулт Дарк

— Если отпускать каждого, кто преподносит тебе букеты роз, кто ж будет работать? — возмутилась Сони.

Елена грациозно встала, поблагодарила Камала и твёрдым голосом, не допускающим противоречий, бросила Сони, подойдя к двери:

— Сони, давай без капризов! На сегодня твой рабочий день завершён и точка!

— Ты ведь что-то хотела, Елен, когда вошла или нет? — решила использовать последнюю попытку Сони, остановив Елену у двери.

— Завтра, всё завтра! — бросила Елена перед тем, как исчезнуть за дверью.

Воспользовавшись возможностью, Камал настойчиво выпроводил Сони из офиса. С самодовольным видом он подвел ее к автомобилю на стоянке и галантно открыл дверцу.

— Прошу, — ухмылка на лице Камала явно выказывала его превосходство.

Недовольно хмыкнув, Сони всё же села в машину. А Камал, быстро огибая машину, сел с другой стороны.

— Ты редкостный наглец и … — Сони с трудом скрывала в голосе раздражение.

— И… продолжай, — улыбался Камал своей самой обворожительной улыбкой, от чего любая могла упасть в обморок, только не Сони, ведь она знала его как облупленного, равно как и все его манипуляции.

— И беспардонный негодяй! — выпалила Сони.

— Заметь, и наглецы и негодяи больше всего прельщают женщин! — усмехнулся Камал и завёл мотор, аккуратно выезжая на дорогу.

А тем временем из окна второго этажа Евгений провожал взглядом, как Сони уезжала в машине с его соперником. В бешенстве от ревности он ворвался в кабинет Елены и, забыв о субординации, выпалил:

— Елена Владимировна, а что этот лощеный франт делает в нашем офисе, да еще и увозит Сони с собой?

— Не твоего ума дело! — возмутилась Елена. — И что за фамильярность, Джон?

— Простите, не сдержался, — замялся Евгений, смутившись.

Елена, сменив гнев на милость, всё же решила ответить Джону, так как понимала чувства парня, которые он и не пытался скрывать.

— Джон, ну когда уже ты возьмёшься за ум? Сони не раз тебе давала свой ответ.

— И что? Пока она свободна, всегда есть шанс…

— У тебя нет никаких шансов! — перебила его Елена.

— Почему же? — возмутился Евгений. — Думаете, если на горизонте появился этот франт…

— Этот франт, к твоему сведению, — вновь перебила его Елена, — её муж! И этим всё сказано!

Ошарашенный новостью, Евгений остолбенел не в силах что-либо произнести.

— Смирись уже, — сочувственно похлопав его по плечу, тихо произнесла Елена и вышла из кабинета, одновременно выпроваживая непрошеного гостя.

— И куда мы едем? — безразлично спросила Сони, чтобы заполнить паузу, которая длилась с момента отъезда с парковки редакции, и начала давить свинцом на плечи.

На перекрестке они попали в пробку, и машина передвигалась медленнее, чем черепаха, что еще больше усугубляло тишину.

— Я заказал столик в ресторане, поужинаем. Хотя… — Камал многозначительно посмотрел на Сони и в глазах его промелькнул огонек желания, — хотя я бы предпочел сейчас поехать прямиком к тебе.

Уловив значение блеска в глазах Камала, Сони ощутила, как мурашки пробежали по коже. Она плотно обняла себя за плечи и торопливо промямлила:

— Я проголодалась.

— Я тоже, — томно произнес Камал, и нежно коснувшись её шеи, потянулся для поцелуя.

Поцелуй длился доли секунд, но был страстным и многообещающим.

— Я не это имела в виду, — смутилась Сони, и на щеках заиграл румянец.

— Хорошо, не помешает нагулять аппетит, — игриво ответил ей Камал.

Аппетит нагуливать им пришлось намного дольше, чем планировал Камал. Так как после ужина Сони захотелось прогуляться по скверу. Они мило беседовали все это время о различных пустяках и ни о чем в целом, старательно избегая главного вопроса, что интересовал обоих «А что дальше?», при этом Камал открыто заигрывал с ней мимолетными репликами, раззадоривая в ней страсть. Несмотря на вожделение и страстное желание воссоединения с ним, Сони все же понимала всю неоднозначность положения. И все же не решалась задать прямой вопрос, который мучал её.

Стояла глухая ночь, когда Камал подъехал к дому Сони и остановил машину у подъезда. Он галантно открыл ей дверцу машины, Сони вышла и благодарно произнесла:

— Спасибо, вечер был замечательным.

Камал ничего не ответил и впился в ее губы, но Сони осторожно остановила его.

— Пойдем? — с нетерпением прошептал он.

— Я вообще-то не приглашала тебя, — скрывая дрожь, тихо ответила Сони. — Наглости тебе не занимать.

— Ну так, зачем же дело стало? Пригласи! — в тон ей ответил Камал. — И я думал, вообще-то, что мы уже давно прошли эту стадию, разве нет?!

— Тебе не кажется, что мы в состоянии двусмысленности? — ответила вопросом на вопрос Сони.

— Почему ты так решила?

— Ох, Камал, — тяжело вздохнула Сони, — а как же Римма?

— А что с ней?

— О, Боже, Камал! Не играй со мной!

— Сони, я на полном серьезе! — он нежно взял ее лицо в руки и направил на себя взгляд, который она периодически прятала, смущенно отворачиваясь. — Она ничего не значит для меня, и она это знает, и знала изначально. Мне нужна только ты!

— А затем, наигравшись, бросишь и меня?

— Я не бросал тебя, это ты настояла на разводе, — процедил Камал, сдерживая с трудом раздражение в голосе, и прислонившись к капоту машины, нервно закурил сигарету. — Отлично! Хочешь поговорить? Может, вначале в дом зайдем, чтобы не устраивать комедию на радость соседям?

— Нет, — отрезала Сони.

— Думаешь, я способен взять тебя силой, против твоей воли? — разочарованно вздохнул Камал.

— Нет… боюсь, что я не смогу устоять, — прошептала Сони, акцентируясь на слове «Я», и отвела взгляд в сторону.

— И не надо, — прошептал он, отбрасывая недокуренную сигарету и страстно впиваясь в ее губы.

Он прижал ее к дверце машины и руки беспорядочно начали ласкать её, теснее прижимая к себе. Его ладони прожигали её в местах соприкосновения. Наполняли её жаром желания, и она ослабла в его руках, покоряясь его власти. Сони начала оседать, и она крепко обняла его за могучую шею. Покрывая поцелуями, он приподнял ее, как перышко, и понес на руках в квартиру.

***

Они больше не возвращались к этому разговору. Счастье нахлынуло на них волной, и накрыло с ног до головы, оглушив голос разума. Балом правили их сердца! А в сердцах у них жила нерастраченная любовь и нежность, что они хранили друг для друга. Каждый миг, каждое мгновение дарило им ощущение вечности. Забыв все обиды, они наслаждались обществом друг друга, не в силах расстаться на долгое время.

Дни, полные страстных ночей и ежедневных томлений, летели со скоростью света. Время, которое им приходилось проводить на работе в исполнении служебных обязательств, было изнурительным для каждого. Так как оно предвещало разлуку, пусть даже недолгую. И каждый день был полон томления в ожидании завершения рабочего дня, чтобы вечер и долгожданная ночь вновь дарила им минуты уединения, которыми они были вознаграждены за терпеливое ожидание в жажде обладания друг другом. И они растворялись друг в друге в умопомрачительном блаженстве…

Даже сон казался им утомительным явлением, которое ежедневно подкрадывалось, чтобы разлучить их. И они украдкой, ревностно, вырывались из его сетей, дабы наслаждаться бессонными ночами в объятиях друг друга, требуя восполнения потерянного времени за годы разлуки. И не могли насытиться друг другом! Каждый вздох, каждый поцелуй, был ярким, как в первый раз, был ненасытным, словно эта ночь близости последняя!

Все тревоги ушли на второй план, в душе Сони цвела весна! Она и забыла, когда в последний раз была так счастлива, когда в последний раз она так беззаботно улыбалась, когда бессонница приносила ей массу удовольствий и прилив энергии.

Камал, как школьник, сбегал с работы, чтобы украдкой повидать даму сердца, украсть целомудренный поцелуй. Ежедневными букетами роз превратил рабочий кабинет Сони, да и саму квартиру, в оранжерею, которая ежедневно обновлялась и пополнялась новым потоком цветов. Все запланированные ранее встречи были для него, как угроза ядерного взрыва, что предвещала разлуку с любимой. На совещания Николя затаскивал его чуть ли не под угрозой смерти. Но даже он не в силах был всегда своевременно уследить за очередным исчезновением Камала, ведь тот мчался на всех парах к любимой при малейшей возможности. Он, как неуловимый мститель, махал шашкой и скакал к возлюбленной, после очередной победы в борьбе с ветряными мельницами в лице «надзирателя» Николя. Николя надоедал ему с очередным важным проектом, который он мог потерять, как в данном случае потерял голову от головокружительных всплесков гормонов. Но даже он не смог совладать с сумасбродным поведением Камала и, махнув рукой, начал сам планироватьего день, и корректировать распорядок по необходимости.